Печать Пожирателя (СИ)
Ну вот и начал отплачивать тебе за подставу, козёл!
— Фу-у-у! — скривилась Варвара, — Ну и мерзость!
— Вы что творите⁈ — к нам бежали остатки команды целителей, а на их пальцах уже мелькали какие-то заклинания.
Дело грозило обернуться дракой…
— Всем стоять!
Вернувшаяся Ванесса подкрепила свои слова каким-то незнакомым мне колдовством, и заставила всех замереть на несколько секунд.
Мышцы попросту отказывались повиноваться! Ну и силища у этой баньши…
Онегина подошла к Заварскому, влила в него немного света из ладоней, и парень перестал блевать слизью.
А затем декан целителей направилась прямиком ко мне — как раз, когда оцепенение спало.
— Так-так-так, Апостолов… Проявляем таланты моего факультета?
— Госпожа магистр, я всего-лишь отбросил проклятье, которым ваши ученики…
— Цыц! — она подняла указательный палец, — Я всё видела, Апостолов. Не нужно лгать.
— Я не…
— Молчать! Не смей перечить, когда я говорю!
Я скрипнул зубами. Старая баньши с каждой секундой бесила меня всё сильнее и сильнее!
— Вижу, вам нравится производить впечатление… Пытаться выделиться, являясь обыкновенной заурядностью… И вы творите… как это у молодёжи называется? Ах да, «творите дичь».
— Госпожа магистр, при всём уважении — встрял в разговор прибежавший Зверь, — Наш игрок оказался подвергнуть проклятью, а кроме ваших учеников никто не может…
— Чушь. Никто из моих ребят не стал бы просто так атаковать вашу… подругу. Мы же не на матче! Полагаю, заклинание просто осталось на поле после отборочных, — выдала Ванесса, чем окончательно утвердила в моих глазах образ суки.
— Ну конечно, — ухмыльнулся я, — И так удачно, что от него не осталось и следа!
— Не для вас, Апостолов, не для вас, — плотоядно улыбнулась Ванесса, — Как я уже говорила — я видела, как бросили некротику в моего ученика. И за это вы будете наказаны…
Глава 19
Мертвецкие
Наутро следующего я снова оказался в ректорате.
Но к моему удивлению и удовольствию, также туда притащилась вся наша команда по чароболу!
Было приятно, что ребята встали на мою защиту. Они наперебой пытались рассказать, как всё произошло, и каким-то чудом убедили профессоров, что я не атаковал Заварского целенаправленно.
Их слово против слова целителей и Ванессы — казалось бы, голос декана должен перевесить, но…
Это разбирательство лишь вызвало раздражение у директора Кощеева. Инцидент произошёл на чаробольном поле, плюс Онегина сама настаивала, что проклятье осталось там после отборочных. Кроме того — я помог снять злые чары с Ани, что сыграло только на руку. Так что в этот раз мне не влепили очередное «предупреждение» (пора бы уже узнать, что за ними следует!).
Но наказание всё равно назначили — «За неосторожное обращение с некротикой»!
Бред, конечно, но мои попытки оспорить это разбились о хитрость Онегиной.
Проклятая баньши!
Наказанием оказалась уборка мертвецких в подвалах «Арканума». Это были помещения, где старшекурсники практиковались в некромантии на настоящих трупах.
Ванесса выставила всё это даже не как выволочку. Напротив, настаивала на том, что если у меня есть способность к манипуляции некротикой, значит мне будет полезно почувствовать её лучше.
Короче говоря, в тот же день, после пар я собирался в подвалы.
— Хочешь, пойду с тобой? — предложила Аня.
После того, как я снял с неё проклятье, Лисицина чувствовала благодарность. Даже поцеловала в уголок губ, после того, как мы покинули чаробольное поле, а сегодня едва в открытую не послала Онегину по известному адресу!
Хорошо, что я вовремя успел наступить ей на ногу.
И вот теперь — предлагает вместе провести время в подвалах с разлагающимися мертвецами.
М-м-м, романтика!
— Нет уж, — хмыкнул я, представив такое «свидание», — Я не особый любитель тафофилии.
— Чего?
— Прогулок по кладбищу. Но там хотя бы свежий воздух, а в подвалах… Короче, нет, спасибо за предложение, но справлюсь сам.
— Ну и ладно! — поджала губы Аня, — Но я твоя должница!
— Мне для таких долгов скоро карманов не хватит.
— Не поняла…
— Да это я так, не бери в голову, — фыркнул я, — Сочтёмся, когда придёт время.
— Как скажешь, — подмигнула Аня и обняла меня, — Ладно, тогда я побежала. Успею на репетицию к ребятам.
— Что за репетиция?
— Я играю в группе, — улыбнулась подруга, — Приходи как-нибудь, послушаешь!
Музыка, да? Ну в принципе, чего ожидать от той, кто владеет звуковой магией… Интересно, она использует свой талант, когда играет? Я видел, что случилось с Лилей на чаробольном поле — она пустилась в пляс, едва попала под заклинание Лисициной.
Размышляя об этом, я направился в подвалы, и в коридоре первого этажа столкнулся с Машей.
Да сегодня мне прямо везёт!
— О, привет!
— Привет, Марк, — натянуто улыбнулась она, — Как дела?
— Ну… Скажем так, быть постоянном гостем в ректорате мне уже надоело.
— Всё никак не успокоишься?
— Да я-то тут причём⁈ — искренне удивился я, — Почему-то меня невзлюбили некоторые дворянские личности, и постоянно втягивают в разную… хрень.
— О, думаю, это ещё цветочки, — фыркнула Тимирязева, — Скоро начнутся чаробольные матчи, вот тогда градус противостояния между факультетами вырастет до небес. А учитывая, что ты и так нажил себе врагов…
— Давай не будем о них? — предложил я, — Ты выглядишь расстроенной. Что-то случилось?
Она прикусила губу и отвела взгляд, словно думая, рассказывать мне, или нет.
— Ничего особенного. Небольшие проблемы за пределами академии.
— Я могу помочь?
— Спасибо, Марк, — улыбнулась Маша, — Но я как-нибудь сама. Там ничего такого, просто… В общем, неважно.
— Ну, как знаешь.
— Я пойду, ещё кучу дел сегодня надо успеть завершить.
— Да, мне тоже. Убраться в мертвецкой.
Маша закатила глаза, махнула рукой и направилась к выходу.
Я задумчиво проводил её взглядом.
Меня определённо интересовала эта девушка, но каждый раз, как только у нас возникала возможность поговорить, она обязательно заканчивалась ничем.
А куча проблем и дел, которые ежедневно на меня наваливались, не позволяли распыляться на такие мелочи.
Хм… Надо всё-таки выделить время и вытащить Тимирязеву куда-нибудь погулять.
Хотя…
Нужно ли оно мне, когда та же Лисицина совсем не прочь провести время вместе?
Сложный выбор…
— Что, облизываешься, опостылевший?
Голос Львова я узнаю из тысячи мерзких голосов, что слышал даже в прошлой жизни…
Он вышел из ответвления коридора — удивительное дело! — совершенно один.
— А ты куда свою подтанцовку дел? — искренне удивился я, — Вы разве не всё время за ручку ходите?
— Шут, — скривился Сергей, — Что, нравятся горячие стихийные девочки? Конечно, это не то что ваши «отстойные» кобылы.
— Ты язык-то прикуси, пока тебе его кто-нибудь не укоротил. Неудобно будет зад Земельцева лизать.
Глаза Львова полыхнули огнём.
— Слушай, ты, нищеброд… Ещё раз увижу, что ты подкатываешь к Тимирязевой…
— И что сделаешь? Вызовешь свою службу безопасности и будешь вопить, как я тебя обидел? — издевательски рассмеялся я, — Или воткнёшь заклинание в ногу, и оставишь какому-нибудь монстру на съедение? Не, Серёжа, не прокатит. Что в одно, что в другом случае я подожгу твою мелированную чёлку.
— Ещё раз…
— Ещё раз решишь, что можешь указывать мне, что делать — и я тебе так лицо подровняю, что твоему папеньке придётся сильно потратиться на пластических хирургов и салоны красоты для своего драгоценного сыночка. Уйди с дороги, Львов.
Пикировка с этим придурком была мне совершенно неинтересна, так что я шагнул вперёд и толкнул Львова плечом, заставляя отойти с прохода.
— За эти слова ты ответишь отдельно! — прошипел он, отходя на шаг.
— Ага, обязательно.
Поворачиваться спиной к нему я не стал, как и обещал в день поступления — стоял и ждал, пока Сергей уйдёт.