21,55,01 (СИ)

— И я, — кивнул мужчина. — Покинуть город хорошее решение, Денис. Я бы сказал «спасибо», но в моем случае цена благодарности слишком велика.
Он знает мое имя? Я попытался подняться, вскинуть руки, бросить в мужика рюкзак, да хоть закричать! Без толку. Мои руки крепко сжимали рюкзак с вещами на груди, колени не двигались, а с губ не сорвалось ни писка. Что за чертовщина?
— Пора действовать, Мечтатель, — раздался женский голос за спиной. Молодой, взрослый, старый. Женщина звучала подобно оркестру. Мелодия напоминала какофонию, нежели что-то осмысленное и прекрасное. — Иначе он станет головной болью.
— Чужой головной болью, Воровка лиц, — возразил Мечтатель.
— В первую очередь нашей. Ты знаешь правила. Вытащи ребенка Ведьмы из машины. Хватит играться с жертвой.
— Удивлен, что слышу это от вас.
«Что здесь происходит? О чем, блядь, они говорят?» — подумал я.
— Уверена, ребенок желает тепла и уюта в своем жилище, — не сдавалась Воровка лиц. — Вытащить его из машины проще простого.
— Я не стану этого делать. Денис покинет Лягушево целым и невредимым… не меньше, чем сейчас.
Думаю, последнее он сказал для меня. Отлично. Два чудовища спорили о моем побеге. Не знаю, радоваться или кричать оттого, что одно из них защищает меня.
Хотелось повернуться на моего «защитника», но шея задеревенела, как и остальное тело. Я видел его только боковым зрением.
— Преимущество на моей стороне, — прохрипела Воровка лиц, как старуха. — Ты тратился на него весь год. Я же успела восстановиться после девчонки.
— Но вы бездействуете, — заметил Мечтатель. — Скорее всего, хотите выторговать что-то.
— Верно. Обсудим цену позже. Пока оставлю за тобой долг.
— Откажусь. Говорите сразу.
Воровка лиц плюнула и прошипела сквозь зубы:
— Три одержимости красивым женским телом и две мечты о преображении.
— Дороговато, — протянул Мечтатель.
— Мое молчание стоит дорого. Я храню секреты пяти членов Верховного Совета СССР, три тайны Сестер Горнила и одно истинное имя Внешнего.
— Звучит, как угроза.
— Я не дура, чтобы призывать Его.
Мечтатель громко вздохнул и стукнул по полу тростью.
— Плачу за ваше молчание о этой встрече три одержимости красивым женским телом. А за ненападение на Дениса Рязанова и на меня в течении недели — две мечты о преображении.
— Согласна, — пропела она девичьим голоском. — Расскажи, как старой подруге. Считаю, Ведьма подбила тебя на авантюру.
Странно. Я ожидал услышать вопрос, но прозвучало предположение. Ее манера речи сбивала с толку.
— Не скажу. Не после того, как вы вытрясли с меня плату за молчание.
— Как хочешь. С удовольствием посмотрю за попытками старушки с первого ряда.
Слева от меня забарабанили шажки, словно по салону автобуса пробежал ребенок.
— Ну и беда, — цокнул Мечтатель. Я увидел боковым зрением, как он повернулся ко мне. — А тебе пора спать.
Мои веки в ту же секунду налились свинцом. Что за?
— Ты проснешься в другом городе и не вспомнишь о нашем разговоре. Уверен, сейчас ты мечтаешь об этом. Поэтому я здесь.
— Я… — прохрипел я. Слова с трудом покидали мой рот. — Я выживу?
Мечтатель покачал головой.
— К сожалению, эту мечту не исполнить даже мне. Но твоя жертва обернется возможностью для следующего.
Жертва… От этого слова жгло в груди. Я не соглашался стать жертвой. Не соглашался отдать жизнь ради следующей… следующего. Я продержался дольше Миши и Кати. Надеялся, разбить это проклятье, надеялся выжить.
Мечтатель поднялся с кресла и зашагал к выходу.
Черт. Черт… Черт! Будь проклято это все! Ради чего я страдал? Неужели мои попытки были тщетны? Я же что-то изменил? Должен был хотя бы выиграть время для следующей. Следующего.
Глаза закрылись сами собой. Сознание померкло.
«Мама! Ма! Спаси меня! — напоследок мысленно завопил я. Не хочу сдаваться. Не после того, через что я прошел. — Мама! Кто-нибудь. Спасите… меня…»
Но никто не пришел.
  
Глава 1. Стук в окно
 
Думаю, мне крупно повезло. Удача хоть раз в жизни повернулась ко мне лицом.
  
Я стоял на лестничной клетке, перед дверью своей новой квартиры.
К этому моменту привела череда невозможных событий: эта женщина каким-то чудом вспомнила обо мне и вписала в завещание, юрист каким-то чудом нашел меня в другом городе и не поленился отправить письмо, а я каким-то чудом поверил. Вероятность каждого близилась к нулю. Но всех сразу… Она равнялась выигрышу в лотерею, главный приз которой мог разрушить мою жизнь.
Я вытащил из кармана связку и принялся рассматривать каждый ключ: домофонный, маленький и блестящий, бурый от ржавчины, два длинных и почти одинаковых, снова домофонный.
Тянул время.
Темная металлическая дверь виделась мне вратами в ад. Даже надпись имелась:
«ОТКРЫВАЯ ДВЕРЬ, Я НЕ ПРИГЛАШАЮ ВАС ВОЙТИ».
Каждая кривая линия, каждая дуга, каждая загогулина была прочерчена несколько раз. Поверх одной буквы нанесли три-четыре такие же. Слова не находились на одной линии, они скакали вверх и вниз, будто написавший хотел исправиться и сделал только хуже.
Письменное воплощение нашей семьи. Ни капли гостеприимства, только открытая неприязнь.
Я приложил кулак к двери, попытался оттереть. Бесполезно. На что я рассчитывал? Слова наскребли ключом или гвоздем. Еще и с такой силой, чтобы оставить хорошо видимый след. Поможет только замена двери.
Заклеить надпись одним листом я не мог. Глазок отделял одну часть послания от другой, прошлый жилец посчитал отличной идеей — использовать его в качестве запятой.
«Черт! — выругался я. — Я ведь не знаю, что внутри…»
Да, я мог закрыть отдельными листами и оставить тонкую щель для глазка. Но все же. Денис точно задумывался об этом. Точно знал, какие проблемы возникнут, и все равно сделал так. Хуже только надпись на всю длину двери. Хорошо, что ему было лень.
«Черт», — повторил я.
Надпись была задумкой этой женщины. Я не сомневался. Скорее всего, она хотела приманить меня бесплатной квартирой, хотела усыпить бдительность вежливым юристом. Все ради одного момента. Чтобы я столкнулся с тем, от чего бежал два года назад. Снова испытал, каково быть частью этой семьи, и снова сбежал. Отказался от подачки себе во вред.
«Обойдешься».
Я вставил ключ в замочную щель и прокрутил два раза. После двух щелчков положил ладонь на ручку.
Правого бока шеи коснулся прохладный ветерок. Я обернулся к окну. Оно закрыто. Значит, чей-то взгляд.
Приглушенный щелчок. Дверь справа от меня приоткрылась со скрипом, внутри в темноте блеснули круглые очки. Старушка лет восьмидесяти выглянула из щели между дверью и стеной. Она щурилась, пыталась рассмотреть меня.
Я повернулся к ней и через силу улыбнулся:
— Эм… Привет. Я ваш новый сосед.
Старушка широко раскрыла глаза. Ее нижняя челюсть задрожала.
— … Динечка? — отступила она во тьму квартиры. — Это ты?
Мои губы сами сжались в тонкую линию.
— Нет. Денис мой… — слова встали комом в горле. Я пересилил себя и закончил предложение: — Мой старший брат.
— Господи, — выдохнула старушка. — Я уж подумала, мол, призрака увидела. Извините, я не расслышала ваше имя.
— Я — Теодор. Эм… Я студент. Учусь на четвертом курсе.
«Молодец, Тео. Начинать знакомство со лжи, — укорил я себя. — Ладно. На этот раз хотя бы заметил».
— Очень приятно, можете звать меня Любой, — улыбнулась она. — Студент? Не слишком ли далеко до института?
— Я на заочке, — не нашел я другого выхода, кроме еще одной лжи.
Хотелось провалиться сквозь землю. Открыть дверь и нырнуть в свою квартиру.
Нельзя. От отношений с соседями зависела моя дальнейшая жизнь здесь. Если напортачу, наживу лишние трудности.
— Прекрасно, — шире улыбнулась старушка, оголяя верхний ряд зубов. — Ученье — свет! В наше время важно посвящать себя всего учебе.
Я метнул взгляд на свою дверь и невзначай приоткрыл ее.