Собственность Грешника (СИ)
— До завтра? — переспросил я. — Но вы же сказали, что завтра уже заявление будет не забрать.
— Ну, до утра послезавтра ещё потяну. Ждите.
— Если она не придёт — я тебя закопаю, — сказал я и повесил трубку.
ТаяЯ маялась весь день до самого вечера, словно был какой-то шанс придумать что-нибудь другое. Юля поглядывала на меня, но пока тактично молчла. Дала мне время собраться с мыслями.
— Ты позвонила ему? Он готов с тобой поговорить? — спросила она, когда стрелки часов перевалили за семь вечера.
— Нет ещё.
— Тая…
— Да позвоню, позвоню… — вздохнула я, понимая, что дальше тянуть просто некуда. Днём мне звонил следователь и любезно напомнил, что может сгноить на зоне не только Пашу, отправив его в особенную колонию суперстрогого режима, где ему будет очень и очень плохо, но и меня тоже…
Допила свой сладкий чай — единственное, что я сегодня ела. Да и вообще после нескольких прогулок на морозе в тонком пальто я чувствую вялость и слабость. Только мне теперь не хватало заболеть для полного счастья. И пока я всё еще могу стоять на ногах, я всё же поеду к Алексу и попрошу его о помощи и… защите. Больше мне не у кого её просить. Только Алекс обладает такой властью, чтобы иметь возможность решить мои проблемы. И он всегда ассоциировался у меня с кем-то большим и надёжным. Жаль, что всё это теперь обернулось против меня. Но ещё не поздно всё изменить.
Вышла из-за стола и ушла в гостиную. Пока Ксюша и Юля допивали чай с сушками на кухне, я всё же открыла меню смартфона и зависла над номером Алекса. Чёрт, как же меня это ломает! Почему я должна за это всё платить?
Нажала на зеленую трубочку рядом с именем Северова. Приложила телефон к уху и с громко бухающим сердцем в груди стала ждать ответа.
— Да, — услышала я его голос на том конце провода, и в животе будто что-то надорвалось, а за шиворот насыпали снега… Боже мой, я не знаю, как заставить себя сказать это.
— Я слушаю, — ответил он, когда я так и не смогла ему ничего ответить. — Алло, Тай, ты меня слышишь?
— Привет, Алекс, — выдавила я из себя.
— Привет.
— Я… Мне надо поговорить с тобой, — сказала я ещё через паузу.
— О чём?
— Это личное. Мы могли бы увидеться?
— Прямо сейчас?
— Желательно прямо сейчас. Сегодня.
— Ну, я, вообще-то, дома уже, — ответил задумчиво Северов. — Если только ты приедешь сюда.
— Я приеду.
— Гхм… Ладно, я пришлю водителя за тобой. Через час он будет.
— Хорошо. Жду.
— Ну, тогда до встречи, Тая.
— До встречи.
Алекс отсоединился, а я ощутила, что вся дрожу от одного разговора с ним. Понял ли он, о чём я буду с ним говорить и почему согласилась приехать к нему домой для разговора? Может быть, как раз всё и понял, поэтому и пригласил в свой дом. Странно, что не в отель, как Толя…
Что ж… Есть ровно час, чтобы привести себя и мозги в порядок. Иначе у меня ничего не получится, и Алекс выставит меня вон, оставив наедине с проблемами и страхами.
— Юль, через час приедет водитель, — сказала я сестре, когда они с дочкой вернулись в гостиную, чтобы продолжать играть в настольную игру, разложенную на огромном чайном столе, которую им пришлось прервать для ужина. — Ксюша, зайка, мама будет собираться и ехать по делам. Помнишь, мы с тобой об этом говорили?
— Да, — сразу же сникла Ксения. — А ты приедешь скоро?
— Скоро, малыш, — улыбнулась я ей. — Только ты уже спать должна в это время. Поэтому не жди меня и ложись баиньки, когда тебе скажет Юля. Договорились?
— Хорошо, мам, — кивнула девочка, в глазах которой отражалась грусть.
— Не переживай, милая, — обняла я её, ласково потрепав по волосам. — Так надо. Мама вернётся и очень любит тебя!
— И я тебя люблю, мам!
— Да ты же солнышко моё! — прижалась я к ней щекой. А потом отстранилась и заглянула в такие же зелёные глаза, как у меня. — Ну всё, слушайся Юлю, я пошла собираться.
Поднялась наверх, приняла душ, довела своё тело до совершенства… Вымыла волосы, высушила их и слегка накрутила. Неярко подкрасила глаза карандашом. А вот теперь — бельё…
Открыла комод с отделом для белья и стала перебирать кружева. Красное, белое, розовое… Юля говорила про чёрное, и Алекс как-то говорил, что именно чёрное кружево его впечатляет больше всего. А вот назло им всем выберу бежевое! Такой вот маленький протест.
К нему телесные чулки. Оглядела себя в зеркало. Повертелась перед своим отражением. Красиво. Ему понравится. Мне придётся сделать так, чтобы понравилось.
Из одежды выбрала светлую блузку со свободным рукавом и темную юбку.
Ну всё. Можно ехать.
На тумбочке у кровати завибрировал мой телефон. Я подошла к ней и взяла в руки свой смартфон. Алекс…
— Да, — приняла я вызов.
— Водитель на месте. Ты едешь? — спросил мужчина.
— Да, еду, — ответила я, ощущая, как почему-то холодеют пальцы ног. — Уже выхожу.
— Хорошо. Он тебя ждёт.
— Иду.
Я завершила звонок. Постояла ещё какое-то время с телефоном в руках, а потом взяла в руки небольшую сумочку и стала спускаться вниз.
Накинула своё тонкое пальто, такие же не сильно тёплые замшевые сапоги на каблуке и вышла к машине Алекса.
* * *Такси слишком быстро доставило меня по указанному адресу и остановилось у крыльца коттеджа, в котором мне уже доводилось бывать несколько раз. Правда, цель моих посещений была совсем иная, нежели чем сейчас. Мы посещали это место с мужем в качестве гостей Алекса, а теперь я приехала сюда одна и собираюсь сделать то, чего он мне никогда не простит, если узнает об этом. Но других вариантов спасти мужа я просто не видела. Времени осталось совсем мало. Алекс же обещал мне, что никто не узнает о том, что сегодня произойдёт в этом доме.
Отдав водителю свою последнюю наличку, я покинула салон машины. Пошла к двери, словно нарочно медля, словно совсем не ощущая мороза по щекам и ветра. Словно я могла бы оттянуть миг, когда я должна буду навсегда переступить эту черту и потерять себя.
Я поднялась по ступеням и задержалась у двери, не решаясь нажать на звонок. Сердце барабанило в ушах так, что даже ветер вокруг, кажется, завывал тише.
Но стоять на морозе и ждать чуда бессмысленно — проблемы сами собой не исчезнут. Заставила себя поднять руку и надавить на кнопку.
Снова ожидание, снова в ушах бешеная дробь собственного взбесившегося сердца.
Дверь открыла домработница Алекса Татьяна.
— Добрый вечер, — кивнула мне она, приглашая войти в холл.
— Добрый вечер, — отозвалась несмело я и вошла в уютное тепло, которое, впрочем, меня сегодня совсем не грело.
— Давайте ваше пальто, я уберу его в шкаф, — предложила она.
Я расстегнула пуговицы дрожащими и непослушными пальцами, отдала пальто Татьяне.
— Алексей Сергеевич ждёт вас в кабинете, — указала она направление, в котором следовало идти.
— Хорошо, — ответила я и пошла за женщиной, ощущая, как нарастает паника внутри. Как я это сделаю? Как я потом смогу смотреть в глаза Паше? Я не знаю, кем я сама для себя буду после этого… Но отступать нельзя. Я уже пришла сюда, и мне нужна помощь Алекса.
Возле одной из дверей на втором этаже в конце коридора Татьяна остановилась.
— Это здесь, — сказала она мне. — Проходите.
Она оставила меня одну, а я ещё раз попыталась собраться с духом. Заправила прядь волос, выбившуюся из причёски, за ухо, осмотрела юбку. Не нашла к чему ещё придраться в своём внешнем виде и перевела взгляд на дверь. По ту сторону меня ждёт он. Тот, кого я ненавижу и кого сейчас буду умолять о помощи.
Подняла руку, собрала пальцы в кулак и нерешительно постучала по толстому дереву.
— Да, — услышала я и опустила ручку двери.
Та поддалась и открылась. Я сделала несколько шагов вперёд и услышала, как дверь сама почти бесшумно закрылась за мной, будто отрезая пути к спасению.
Тут же по телу пробежала дрожь — на меня в упор смотрели карие глаза, такие нереально тёмные, что удивительно, как они могли принадлежать обычному человеку. Он стоял у окна и повернулся, когда я оказалась в его кабинете.