Охотники на драконов (СИ)

На площади немедленно собралась толпа зевак. Странные люди, самобеглая коляска для них ничто, а на обычного пегаса сбегаются глазеть.
На дворцовой площади располагался большой фонтан, струившийся день и ночь. Фонтан появился четверть века назад, и к его строительству Сеун имел самое прямое отношение. Тогда над столицей появился дракон, прозванный опаловым, хотя никаких опалов в нём не замечалось. Драконы вообще очень разнообразные существа, но этот превзошёл своими странностями всех. У него не было брони, он не выдыхал пламя и летал не слишком быстро. Зато он жрал всё, что встречалось на пути. На удары копья он не обращал внимания, боевой пегас ничего не мог ему сделать. Абсолютно неуязвимая тварь. По счастью, пошёл дождь, и оказалось, что опаловый дракон не любит воды. Опалового взяли вчетвером, связав в воздухе мокрыми верёвками и свалив на землю перед самым дворцом. Затем его неделю поливали холодной водой, и, в конце концов, бедняга окаменел. Но на всякий случай, вода продолжала литься. Именно так и возник знаменитый дворцовый фонтан. От награды четверо драконоборцев отказались, но король объявил, что они все имеют право в любую минуту пройти к его величеству и просить, что посчитают нужным. С тех пор, как уже сказано, прошло четверть века, и в живых из четверых осталось двое: Нусс Цопин и Сеун, который был в ту пору молод и любил ввязываться в отчаянные предприятия.
Во дворец Сеуна пропустили беспрепятственно. Охрана видела, что это охотник, опустившийся на пегасе прямо перед дворцом. А вот дальше было бы не так просто пройти, но почему-то никакой охраны у резных позолоченных дверей не оказалось. Обычно здесь толпились сановники, соискатели каких-то неведомых благ, просто знатные и богатые господа, жмущиеся поближе к трону, а сейчас не было никого. Конечно, Сеун не был здесь двадцать пять лет, но не могло за такой срок всё так решительно измениться. И лишь потом до охотника дошло, в чём дело. Слухи о грядущем возмущении достигли столицы и придворные спешили, если не переметнуться на сторону будущего победителя, то, по крайней мере, отвернуться от побеждённого.
Лишь в тронном зале Сеун нашёл человека, способного ответить на вопросы.
— Государь здесь, но вряд ли он сможет вас принять.
— Я мастер Сеун. Двадцать пять лет назад государь обещал, что примет меня в любую минуту, как только это понадобится мне.
— Ах, оставьте, кого сейчас интересуют старые сказки.
— Слово короля это не сказка!
— Ну, хорошо, я доложу его величеству, но ничего не могу обещать.
Как ни странно, через минуту придворный вышел и пригласил Сеуна в следующий зал, где на приступочке возле трона сидел король, похожий на кого угодно, но не на короля.
Время никого не красит, разве что в седой цвет. Состарился его величество и погрустнел, так что и не узнать. Но всё же Сеун поклонился и сказал:
— Ваше величество, мне нужна помощь.
— Мне сейчас самому помощь нужна. Что же я могу сделать для тебя?
Сеун вытащил свой, ставший знаменитым, кошель и высыпал перед королём все остатки драконьего серебра.
— Это огромные деньги, — произнёс король. — Не думал, что у кого-то из крестьян могут оказаться такие. Что ты за них хочешь?
— Это деньги не крестьянские, а охотничьи. У крестьян таких денег не бывает, да и у охотников не у всех и только раз в жизни. Я мог бы жить спокойно и оставить богатство своим правнукам, но в дело вмешался маркиз, то есть, герцог Мальтон.
— Он всюду вмешался, — кивнул король.
— Я хочу вызвать его на поединок, но боюсь, что он мой вызов не примет.
— Разумеется. Герцог и простой крестьянин. Кто станет принимать такой вызов?
— Поэтому мне нужен титул. Такой, чтобы Мальтон не мог отказать.
— Ты понимаешь, что просишь? Титул присуждает особая коллегия, на это уходят месяцы, и далеко не все добиваются успеха. Когда тебе нужно решение?
— Сегодня. Прямо сейчас. Мальтон, насколько известно, не ждал месяцами.
— Так то — Мальтон.
— А то — я. Мальтон со своим войском подходит к Марново. — Ему очень хочется сделать меня своим крепостным. Вам, государь, принадлежит земля, но небо принадлежит мне. Я и ещё несколько охотников сдерживаем драконов. Мальтон это понимает лучше всех, поэтому первым делом он напал на меня. Куда он повернёт потом, вы, ваше величество, знаете сами. Если я его не остановлю завтра, то не знаю, кто его сможет остановить.
 
Король молчал несколько секунд, а потом расхохотался громко и весело, как умел смеяться четверть века назад.
— А это забавно! Устроить дуэль между северным мужиком и герцогом Орнуэлом Мальтоном! Когда меня захотят удавить в тюрьме, мне будет о чём вспомнить. Эй, кто там есть? Если через десять минут весь государственный совет не будет здесь, то те министры, кто не явится, попадут не в опалу, а в ссылку. И, конечно, первым делом казначея! Деньги не должны валяться на полу.
Оказывается, придворная жизнь может вертеться не хуже титанового дракончика, попавшего на копьё. Явились министры, грамоты, печать. Придворный ювелир принёс готовую герцогскую корону. Сеун подозревал, что это запасная корона, изготовленная для Мальтона на случай, если первая корона ему не понравится, но не стал капризничать. Корона и корона, не всё ли равно, какая, главное, что герцогская.
— Надеюсь, у вас найдётся драконий камень, чтобы вставить в венец, — спросил ювелир. — Аметист или, по крайней мере, гранат. Но это должен быть камень, добытый лично вами. В противном случае, я могу вставить приисковый камень, но это займёт некоторое время.
— Аметистов у меня целая шкатулка, но для короны есть кое-что получше.
Сеун достал добытый в бою сапфир, и тот мгновенно врос в корону, словно опытный гранильщик старательно врезал его туда.
— Что это? — спросил король, успевший пересесть с приступочки на пышный трон. — На гагат это не похоже.
— Это чёрный сапфир. Если вы, ваше величество, читали «Примерное описание летающих драконов», то должны знать, что это такое.
— Да, это настоящая герцогская корона. Славные мужики живут в моих владениях, и я правильно делал, что не угнетал вас напрасно. Какое имя вы хотите избрать?
— Меня зовут Сеун, другого имени мне не надо.
— Отлично! Записывайте: Сеун Первый… Где находятся ваши владения?
— Я живу на хуторе, близ деревни Марново.
— Так и запишем: Сеун Первый, герцог Марновский. А что, неплохо получилось…
— Марново небольшая деревня, — вставил какой-то знаток.
— Неважно. Главное, что звучит хорошо. Гарольд, объявите королевский указ на площадях и пошлите Орнуэлу Мальтону вызов на поединок, скреплённый моей печатью. Пусть он попробует отказаться.
  
Глава 4
 
Домой Сеун вернулся под вечер окончательно изнемогший. Ноги не держали, и сломанные рёбра болели нестерпимо. Какой уж тут поединок. А ещё завтра с утра свадьба, на которую было приглашено всё селение и жители окрестных хуторов.
— Где тебя носило? — встретила его Вана. — Тебе в постели лежать надо, а то не встанешь к завтрему.
— Надо будет, встану. Где меня носило, расскажу потом. А пока, герцогиня, что у тебя на ужин? Тащи на стол, а то я у короля пообедать не успел.
Пока Вана доставала из печи пареную репу, Сеун, не дождавшись ужина, уснул прямо за столом, и Вана, уже привычно, понесла больного мужа в постель.
Свадьба была громкая, не то, что герцогу, королю впору. Собралось всё село, и из соседних мест гости пришли. Все были накормлены, напоены, единственное, что многих удивило, что молодожёнам на первую перемену блюд подали житную кашу, которую иные и в будний день не едят. Хотя, кто знает, какие обычаи в семье охотника. На поминках — кисель, ну а на свадьбе — каша с маслом.
Бывает ли в жизни такое, чтобы праздник обошёлся без скандала, драки или другого безобразия? И тут, только гости отвалились от столов с угощением, чуть успели зазвучать волынка и тамбурин, а танцы ещё не начались, как прибежали из села с сообщением, что идут солдаты.