Второй встречный (СИ)

— Хедвиг! Ты скажи бабушке, если ей что-то надо узнать, пусть прямо у меня и спрашивает.
Судя по тому, как покраснела моя маленькая помощница, в этот раз я угадала. Не став дальше смущать ребенка я оставила ей под надзор печь и ушла в комнату накрывать на стол. Скоро к завтраку спустится вся моя немаленькая семья.
К моему удивлению, Айко уже крутился у стола. От тренировок ли, от доброй еды ли, или просто время пришло, но мальчишка вдруг неожиданно быстро вытянулся и раздался в плечах. Так он скоро и меня ростом догонит, одобрительно окинула я племянника взглядом. И отметила одновременно, что купленной Виллемом куртки на следующую весну парню уже, наверное, не хватит.
— Ты чего не спишь? — Спросила я, расставляя на столе простую посуду. — Это Ян тебя так рано поднял?
— Да нет, когда я уходил, он только вставать собирался. — Отмахнулся Айко и доверительным шепотом спросил. — Теть Трауте, а он всегда теперь такой будет?
— Какой?
— Ну, как лягушка весной. Сонный он какой-то. Сидит у окна, смотрит куда-то. Я тоже выглянул, посмотреть, а там ничего интересного и нет. Только видно соседский двор и загон для свиней.
— Он, наверное, просто задумался. — Вступилась я за деверя. Неугомонный Айко и здоровую меня, бывало, ухитрялся довести. А Яну, как ни крути, здорово досталось. — Айко, ты не дергай его сейчас зазря. Нам в городе пришлось против чужого мага бороться, сам знаешь. Яну больше всех попало. Он у нас сейчас, считай, что раненый.
— Да кто его трогает!? — Возмутился племянник. — Я же говорил, надо было меня с собой брать. Я бы помог.
— Ох, Айко! — Я не выдержала, притянула к себе вихрастую голову и звонко чмокнула в нос. — Ну чем бы ты нам помог, чудо ты мое? Ты же не маг. Я рада, что ты за домом и хозяйством присмотрел, когда нам неожиданно задержаться пришлось.
— Да ладно, мужики и сами справились бы. — Смутился мальчишка. И тут же спросил то, что, видимо, с вечера не давало ему покоя. — Скажи, тетя Трауте, а правду вчера купец говорил, что ты — родственница вендского князя?
— Мы, Айко. Мы — родственники. — Поправила племянника я. — Ты же сам слышал, что я родственница бывшим хозяевам этой земли по материнской линии. Это значит, по линии твоей бабушки.
— Так это что получается, мы все — родня не только теть Анныному барону, но и настоящему князю? — Глаза у мальчишки загорелись. Видимо, он мысленно уже представлял себя рядом с сиятельной родней. Жаль, но эту искорку мне пришлось погасить.
— Получается. Но, Айко, тетин Аннын барон нам намного ближе, а мы его так ни разу и не видели. Думаю, что и у князя более близкой родни немало. Сейчас мы ему нужны, потому что не дали затопить его город. А потом, кто знает, вспомнит ли он о нас? Сами проживем как-нибудь.
— И правильно. — Айко одобрительно кивнул, а я чуть не засмеялась, настолько явно мальчишка пытался подражать манере Арвида. — Когда у нас приданого на всех не хватало, что-то князь про нас не вспоминал. А теперь, когда все устроилось, сами обойдемся.
Я уже почти умилилась понятливости племянника. Но это удивительно взрослое заявление тут же было подпорчено вредным.
— А можно я про князя домой напишу? Ну, пожалуйста! Пусть Гербертовы родители локти кусают, что княжескую родню на каких-то овец променяли!
Надо было бы возмутиться и напомнить мальчику о том, что скромность является одной из добродетелей, а мстительность Творец всячески осуждает… Но дело в том, что совсем недавно я и сама думала о том же. И почти в тех же словах. Поэтому не стала лицемерить.
— Знаешь, Айко, давай поговорим с Арвидом и спросим у него. Что можно написать, напишем вместе.
Довольно кивнув, племянник убежал во двор по своим делам. А я вспомнила, что выйдя утром во двор обратила внимание на покрасневшие ягоды калины, висящие на соседском кусте. Надо бы прогуляться по околице, наверняка в подлеске можно найти еще ту или иную позднюю ягоду. Подарки подарками, а зима предстоит длинная.
— Прогуляйся, конечно. — Не стал возражать муж, когда за завтраком я заговорила об этом. — Только сама не ходи. Ты и дороги толком еще не знаешь, да и мало ли… Возьми Хедвиг с собой, еще кого-нибудь из мальчишек, корзины носить. И для защиты кого-нибудь из наших. — Арвид на миг задумался, потом решил. — Айко возьми, Фолькера, и я скажу Хойгеру, чтобы еще кого-то постарше прислал, для надежности.
 
— Можно будет прямо сейчас идти? — Уточнила я, так как дни уже становились короткими.
— Прямо сейчас, наверное, не стоит. Мы договорились с вендами, что утром мужики поправят курган, а потом они там устроят этот свой обряд. Мы с тобой на самом обряде не будем, но на курган их проводим. Окажем вендам почет, а потом, прямо оттуда, можете идти.
— Ой, да, еще же и венды… — Вспомнила я. — А что от нас требуется. Арвид, ты же говорил, что они все сделают сами.
— Они и сделают. — Согласился муж. — Но раз ты теперь официально признанная родственница вендского князя, придется тебе тоже туда сходить.
— Да схожу, мне же не тяжело. — Действительно, если они там будут только есть и пить, то ничего непотребного мне делать не придется. Подумаешь, захотелось людям позавтракать на холме… Если разобраться, мало ли старых кладбищ. Мы их всех и не знаем.
Собрав свое «ягодное войско», я велела приготовить несколько корзин разных размеров, не будучи уверена точно, что можно найти в окрестных лесах. Поскольку дни и правда становились все короче, я решила не терять времени на хождение туда и обратно. Венды тоже приехали целой толпой, так что и пара подростков никому не помешает.
На кургане, как и обещал Арвид, не происходило ничего особенного. К моему удивлению, вендские купцы, а точнее их сопровождающие, не стали ждать, пока всю работу сделают наши мужики. Они дружно взялись за лопаты, и вскоре раскопанный склон холма был полностью восстановлен. Мужики притоптали аккуратно уложенную землю, а остальное по весне сделает новая трава. После этого купец Вильк протяжно запел какую-то песню на своем языке.
Я вслушивалась, завороженная непривычным звучанием, а мужчины, тем временем, пустили по кругу большой ковш с каким-то напитком. Когда дошла очередь до Арвида, он, как и остальные, отхлебнул глоток, передал ковш дальше и со словами: «Покойтесь с миром» — ушел с холма. Его уход я восприняла как сигнал, что нам тоже можно уходить. Кивком позвав за собой остальных, я тоже пошла вслед за Арвидом, оставив вендов одних на холме.
Ближе к обеду мы вернулись домой уставшие и немного разочарованные. Конечно, самое лучшее время мы провели в дороге. Да и местная детвора, как я поздно догадалась, водила нас по хорошо им знакомым (а значит, не раз и не два за эти лето и осень обобранным) ягодникам. По-хорошему, вся наша добыча не стоила уставших ног. Калина еще не спела, ее ягоды хотя и манили яркими красками, но были еще твердыми на ощупь и противно-горькими на вкус. Маленькую корзиночку удалось наполнить до половины поздней облепихой. Еще одну корзину мы забили различными травками, которые могут пригодиться зимой. И только шиповник порадовал нас: на окраине леса мы наткнулись на настоящие заросли и набрали две корзины.
— Тоже мне, леса-а-а… — Недовольно ворчал Айко. Помогая тащить одну и них. — Да мы дома столько же набирали прямо на хуторе, стоило только выйти за ограду.
— А ваш хутор тоже в лесу стоял? — Спросила Хедвиг, думая, видимо, о здешних хуторах. Я заметила что с Айко она общается намного свободнее, чем с нами, не стесняясь спорить и задавать вопросы.
— Зачем сразу «в лесу»? — Почем-то обиделся племянник. — Нормальный хутор, на холме стоит, над речкой. У нас шиповник вдоль стены посажен, как защита от врагов. У вас разве так не делают?
— Не знаю. — Растерялась Хедвиг. — Вокруг села — точно нет. А в лесу — это надо у хуторян спрашивать.
— У дяди Арвида спросишь. — Посоветовал я Айко. — Он же бывал на обоих хуторах.
— Точно! Только это до вечера надо ждать, он, наверное, опять занят.