Ректор на выданье
Никогда не поверю, что этот элегантный мужчина старше меня раза в три (то есть молодой, но далеко не мальчишка), явно с некоторым положением в обществе, мечтает стать моим секретарем без какого-либо тайного умысла.
– Мистер Гайнорис, – я подчеркнуто старательно внесла его имя в список конкурсанток, который держала перед собой, – подскажите, откуда вы узнали об этой вакансии?
Он сидел через стол от меня, в том же кресле, в котором я недавно откачивала Черноглазку. Спокойный, с деловым, в меру собранным выражением лица. Но, если присмотреться, в его глазах можно было разглядеть огонек легкой насмешки.
«Ах ты ж, пройдоха», – подумала я. Ситуация интересная, конечно, забавная, можно развлечься. Но бесит, что при всей своей вежливости этот Гайнорис, похоже, считает себя хозяином положения.
Ну мы посмотрим еще, посмотрим, мистер Родвер.
– Я был при дворе, – совершенно спокойно и непринужденно ответил он, – и услышал новость, что ее сиятельство ректор уволила своего секретаря. Я поинтересовался, не требуется ли вам новый секретарь. Мне порекомендовали съездить в академию и узнать точно. Так я и поступил. Вчера я приехал в академию, получил необходимые сведения и сегодня в назначенное время прибыл на собеседование.
Просто сама невозмутимость и спокойствие этот Родвер! А ведь то, что он сказал, – удивительно и необычно. Он бывает при дворе – то есть далеко не человек с улицы, как я и подумала. Но при этом заинтересовался какой-то странной вакансией и даже сам поехал разузнать в академию.
– С какой целью вы желаете занять эту должность, мистер Гайнорис? – мило улыбнулась я, словно хотела удовлетворить праздное любопытство.
– Хочу опробовать свои силы в области делопроизводства и работы с магами. Решил сменить род занятий, – криво, одной стороной рта, улыбнулся он.
– Понимаете, что это звучит неубедительно? – спросила я.
– Вы находите?
Ты ж, паразит, еще вопросом на вопрос мне отвечать будешь как психологически подкованный королевский дознаватель!
– Да, нахожу. И вы знаете, что это неубедительно, – сказала я, – и напрасно отказываетесь назвать мне истинные причины. Чем вы занимались прежде?
– Я был сотрудником королевской службы безопасности и разведки, – как ни в чем не бывало сообщил он. – Недавно ушел в отставку.
«Ага, у нас в академии половина сотрудников – бывшие разведчики, вы не знали, мистер Гайнорис? Вы пришли как раз по адресу!» – ехидно подумала я. Только вот с этого момента ситуацию нельзя было назвать забавной.
– А когда именно вы ушли в отставку? – спросила я, приложив кончик самопишущего пера к губам, как делала это в юности.
Привычка. Со мной это до сих пор случается, когда я нервничаю. Взгляд Родвера Гайнориса скользнул на перо, на мои губы, и я заметила, что уголок его рта опять пополз в направлении улыбки.
– Вчера, ваше сиятельство, – со своей раздражающей вежливой невозмутимостью ответил он.
Ну все, подумалось мне, подослали. Король отправил этого Гайнориса, чтобы следить за мной. Меня в чем-то подозревают или вовсе решили сместить с должности.
Но за что?
Академия была городом в городе и государством в государстве. А ректор – почти королем своей небольшой страны. В пределах академии я могла любые решения принимать единолично.
Но наша маленькая страна располагалась в государстве намного большем, а значит, все мы подчинялись королю Эбору. По сути, он был единственным человеком в мире, кто мог напрямую мне приказывать. И он же мог сместить своим указом ректора академии и назначить нового.
Ректорская должность была либо выборной, либо предыдущий ректор мог оставить преемника, либо глава академии назначался королевским указом. Такие случаи были.
В общем, может, королю до сих пор удивительно, как академией может управлять женщина, и он прислал проверяющего?
Я автоматически закусила кончик пера. Поймала себя на этом, положила перо на стол и пристально посмотрела на Гайнориса.
– Его величество подозревает, что имеются недочеты в моей работе, и послал вас проверить, так ли это? – спросила я прямо.
– Нет, что вы, – чуть улыбнулся он. – Насколько я знаю, его величество очень доволен тем, как вы руководите академией.
Вот и мне всегда так казалось!
– В таком случае меня подозревают в неких политических интригах, а вы должны вывести меня на чистую воду, если обнаружите доказательства?
Вообще-то ректор главной академии страны мог быть некоторой политической силой. Нередко они возглавляли политические партии, участвовали в заговорах. Это я – возможно, в силу своего пола и одержимости наукой – совершенно политикой не интересовалась.
– Ни в коем случае, – серьезно повертел головой Гайнорис, но в его глазах уже совершенно откровенно светились лукавые насмешливые огоньки. – Всем известно, что вы не имеете политических интересов. Леди Сайорин… – он вдруг немного подался в мою сторону, и насмешливые огоньки в его глазах погасли. Стал невероятно серьезным и, по ощущению, искренним. – Я осознаю, что в это сложно поверить. Но его величество не испытывает в отношении вас подозрений подобного рода. Уйти в отставку, сменить род деятельности и поступить на должность вашего секретаря было моим личным добровольным решением.
«А глаза у него синие», – вдруг подумала я. Как-то вдруг разглядела. Яркие, но с несгибаемым железным блеском.
– Но чего тогда вы хотите? – спросила я.
– Я уже сказал: работать вашим секретарем. Это мое искреннее личное желание.
– И вас устроит секретарское жалованье? – ехидно спросила я.
– Скорее это будет искусство ради искусства. Думаю, у меня хватит личных средств, чтобы не зависеть от жалованья.
Час от часу не легче. И что ему на самом деле нужно, если он еще и вполне состоятельный?
Ведь не расскажет. Специально не расскажет. Я могу только взять его на эту должность, внимательно следить за ним и выяснить причину. Или не взять – и медленно умирать от любопытства, чахнуть, как цветок без воды.
Но я взяла себя в руки.
Не получится у него сыграть на женском любопытстве. И вообще не получится! Я решила, что секретарь будет девушка, и не откажусь от своего решения. Если уж Хорек был опасен в плане слухов, то что говорить об этом привлекательном, сильном и, судя по всему, умном мужчине? Его и близко к этой должности подпускать нельзя.
Видимо, Гайнорис хорошо разглядел обуревающие меня сомнения.
– Ваше сиятельство, просто дайте мне шанс. Уверен, я оправдаю ваше доверие и хорошо справлюсь с секретарскими обязанностями.
Нет, ну собеседование-то я продолжу. Мне просто-напросто еще и интересно с ним общаться. А прекращу собеседование – он уйдет, а я и тайну не узнаю, и его никогда больше не увижу.
Глава 10
– Что же, мистер Гайнорис, – сказала я. – С девушками я этого не делала, но думаю, вы согласитесь, что в отношении вас логично провести полный магический осмотр.
В глубине души я надеялась, что он откажется, ведь согласиться – значит целиком раскрыть карты: показать уровень силы и способность ею управлять. Откажется – и у меня будет удачная формальная причина попросить его удалиться.
– Разумеется, миледи, – спокойно ответил он, в синих глазах блеснуло понимание. Ах ты ж, хитрец! – Я ожидал, что вы пожелаете этого. Прошу, – он сделал жест рукой, словно открывал дверь.
Этим жестом он действительно открыл полный доступ к своей магической ауре, а я нырнула в нее внутренним зрением.
О господи… Все еще хуже, чем я думала.
В смысле для Гайнориса-то все еще лучше! Он еще сильнее и опытнее.
– Какова ваша магическая специализация? – спросила я, хоть и так уже знала ответ.
– Боевая магия и магическая стратегия.
Как у моего мужа. Тот самый набор магических умений, что сразу ставил мага на высокий уровень в моих глазах, внушал уважение, даже какой-то женский трепет. Ну просто потому, что я, при всей своей силе, существо очень мирное, к боевой магии не склонное и далекое от сражений. Опыт с Баром показал, что мне и защищать-то себя нелегко.