Децема (СИ)
Вцепившись в волосы, я медленно съехал по стене на пол.
Я сам его слышал. Я слышал.
Кто бы мог подумать, что в тот раз шаги Десницы, идущего от порога к столу, на самом деле, были отсчетом.
До разрыва шаблона остается десять, девять, восемь…
До вулканизации мозга — семь, шесть, пять, четыре…
До конца света — три, два, один…
Мое внутреннее зрение транслирует гигантский взрыв, волна от которого ударяет в виски.
— Какая же я дура! — бичевала себя Эльза. — Я им поверила, а мне ведь нельзя никому верить! С чего я взяла, что могу называть своим что-то подобное? Своим телом? Своим домом? Я просто тупая никому не нужная уродина!
Эти детские истерики не соответствовали возрасту и статусу госпожи Элы. В иной ситуации это было бы даже забавно, если женские слёзы вообще могут быть забавными.
Эльза разрыдалась, и я потянулся к ней, чтобы утешить, хотя меня переполняла ненависть.
Я ненавидел этих людей, беспечность которых забрала у Эльзы едва обретенную надежду на семью, защиту, любовь. Из-за одной ошибки все полетело в ад: Эльза теперь даже более несчастна и потеряна, чем до этого. А я…
Ох, чёрт, я должен быть сейчас на месте Эльзы.
Это я главарь Децемы. Это мое тело.
Я на самом деле жен… женщи… щина.
Похлопывая её по спине, я подумал: «боже, я ведь совершенно не контролировал свои мысли, когда впервые увидел госпожу Элу. Я посчитал ее красивой, и кто знает, о чем еще я тогда мог подумать…».
Похоже, я участвую в какой-то авантюре, навязанной мне этим треклятым «разделителем».
— Что теперь со мной будет? — прошептала Эльза. — Им нужно только это тело. Я для них — паразит. Они сидят там сейчас и гадают, как от меня поскорее избавиться. Они уже убили меня, а теперь убьют окончательно, чтобы воскресить тебя. Им нужен только ты, Алекс, а я… я никому не нужна.
Выпрямившись, я провел рукой по груди. Теперь моя комплекция меня более чем устраивала. Мысль, что на пустом месте должен появиться лишний элемент третьего размера, вынудила пожалеть о том, что я позавтракал. Интересно, где тут у них ближайшая уборная.
— Нет, — выдохнул я, тупо уставившись в пространство. — Я могу поверить во что угодно: в тюрьму, в «разделитель», в инопланетную мафию. Но это… Это — потолок моей веры. К черту все! Я ухожу!
— Куда ты уходишь, идиот?! Забыл, где мы?
Ах да, точно. Как все-таки нелегко привыкнуть к мысли, что находишься от своего привычного мира на расстоянии, которое принято измерять не милями, а годами.
— Ты — их глава, Алекс. Это тебя они ждали. — Эльза закрыла лицо руками. — Почему со мной всегда так получается? Почему только со мной?
— Эльза, алло, я тоже тут.
Она меня не слушала.
— А может мне вообще нигде нет места? Вдруг я — ошибка? — Она уставилась на меня сумасшедшими глазами. — Ошибка системы, сбой какой-нибудь программы. Ведь ошибки случаются.
— Ошибки? Да, похоже, так и есть. — Я оттянул футболку на груди.
— Так и должно быть, ты что, не понял? Ты и должен был родиться мужчиной! Это прописано в программе твоего наказания!
— Откуда знаешь? Что если во всем ошибается именно Десница? С чего он вообще решил, что его босс — я? Может, к тебе вернётся память уже завтра!
— Она не вернётся! Никогда не вернется, потому что это всё, — она обхватила голову ладонями, портя к чертям прическу, — всё это — не мое! Моя душа — не тот ключ, которым открывается спрятанное здесь!
— Но как они могли перепутать?.. — Уверен, в эту самую минуту за столом обсуждали тот же самый вопрос.
— Ты же сам слышал: их координаты не могли быть сверхточными. Всё, что показывал их радар — точка, диаметром в метр.
Да, и так уж получилось, что, когда Мышь, а следом и Кей сверяли данные по этому радару, я находился рядом с Эльзой
Как я мог обвинять их в оплошности? На месте парней я бы даже не счел нужным допустить, что их очаровательный босс в земном воплощении может оказаться недомерком-астматиком. Конечно, я бы решил, что объект их поисков — девушка, у которой к тому же созвучное имя.
Как же я «люблю» подобные идиотские ситуации, а особенно — играть в них главную роль.
— Ладно, Эльза, главное сейчас…
…неразводить панику. Я уверен, что эти парни найдут способ исправить косяк, случившийся по их вине.
Оглушительный грохот заставил нас испуганно переглянуться.
На штаб напали? Кто его знает, может, мафиозные разборки здесь — рядовое явление.
Конечно, разумнее было не открывать эту дверь, но я тогда туго соображал. Высунув голову в коридор, я едва её не лишился. Мимо меня пронёсся тайфун.
Трудно было поверить своим глазам: перед моим носом пролетела огромный, как Титаник, Бартл. Когда Тартар впечатался в окно, по закалённому стеклу паутиной расползлись трещины.
Обалдеть. Я словно в комикс попал.
За моей спиной вскрикнула Эльза, и я вновь почувствовал вцепившиеся в мое плечо сильные пальцы.
— Он… он убил его?
Если бы. Она ещё не успела договорить, а Бартл уже стоял на ногах, чтобы в следующую секунду рвануть на противника. Видимо, подобное у них — повседневность, никто не носился с криками и не разнимал этих чокнутых верзил.
Как и предсказывал Раск: две стихии, методично разносящие особняк, были Бартлом и Дисом. И я готов был спорить, они не остановятся, пока не пробьют друг другу бошки.
— Спасите! — закричала Эльза, когда Бартл снова пролетел мимо нас, превращая коридор в гигантскую аэродинамическую трубу. — Хватит! Прекратите!
— Я никому… не подчиняюсь… кроме босса! — прохрипел Бартл, поднимаясь на ноги. — Никто… не будет меня наказывать… кроме босса!
Я наблюдал за ними во все глаза. Дис на фоне Бартла казался обреченным на проигрыш, я даже поставил его права на лидерство под сомнение…
— Скажи им прекратить, Алекс! Ты же их хозяин! Мне-то теперь плевать, даже если они друг друга прикончат! — трясла меня за плечо Эльза. — Командуй! Наведи порядок!
— Ты что, с ума сошла? — прошептал я, поворачиваясь. Она подумала, что все дело в страхе. Но, увы, причина заключалась в другом. — Да такого даже в "Прайде" не увидишь.
Серьезно, если они так хотят продемонстрировать друг другу и случайным зрителям свое мастерство, с какой стати я буду отказывать себе в удовольствии и портить такую живописную драку?
Тем временем Дис оседлал широченную грудь рухнувшего Бартла, занося над ним сжатый в кулак механический протез. На лицо бедняги опустилась парочка ударов.
Третий не достиг своей цели: взревев, Тартар погасил атаку своей ладонью, в которой металлический кулак буквально утонул. Залитое кровью лицо Бартла исказила гримаса страшного усилия, вены на его правой руке вздулись, и в итоге до нас донесся жуткий скрежет: гигант просто стер протез в порошок. После чего провел блестящий бросок через себя.
Бартл знал, куда нужно целиться: Десница вылетел в окно, сметая треснутое стекло начисто. Что ж, остается надеяться, что третий этаж для него — высота не смертельная.
— Позагорай немного, мудак, — сплюнул на пол Бартл, поднимаясь на ноги.
Посмотрев себе под ноги, Тартар несколько секунд разглядывал кровавые кляксы, после чего поднял голову. Лицо его распухло и стало походить на огромный чернослив.
Думаю, он не видел ни черта: вместо глаз у него были два слепленных вареника. Вероятно, ему подсказала интуиция, где мы находимся. Бартл поплелся в нашу сторону, и хватка на моем плече усилилась.
— Босс! — звал Тартар, приближаясь. — Простите меня, босс! Нет, не прощайте, вы должны меня наказать! Как я мог не узнать вас? Я не достоин быть частью вашего избранного круга! Не достоин носить звание старейшины!
Он чего, спрашиваю, совсем с ума сошёл? Пусть сначала глянет на себя в зеркало. Краше в гроб кладут. Если дело и дойдет до наказания, то только через месяц, а то и все два.
— Босс, вы слишком добры ко мне. Как всегда. — Он растянул окровавленный рот в улыбке.