Эй на Груманте (СИ)

Юдифь* — корабль на котором служил юный Френсис Дрейк и который ему завещал его хозяин.
 Глава 23 
Губернатор Миланского герцогства, герцог Фабрике Альварес де Толедо Альба в этом Мире не успел стать штагальтером Нидерландов. Король Филипп II решил поручить именно герцогу нанести ударить по Острову проклятых еретиков и принести туда свет истинной веры. Герцог кстати был опытным военачальником и серьезно относился к подготовке армии и к артиллерии испытывал серьезный пиетет и помнил, как в одном сражении ему не хватило пороха и посему, с тех пор он уделял серьезное внимание пороховым запасам. Вот и сегодня, дюжина больших галеонов была под завязку наполнена порохом, причем от греха подальше с них была снята почти вся артиллерия и на нок рее постоянно висели нарушители противопожарной безопасности. Герцог был строг но в этот роковой день эта строгость ему не помогла, а скорее наоборот.
  
А тем временем Док, с Щукой и парой Речных крейсеров в брюхе и в сопровождении трех рейдеров из старого состава выдвинулся к Кадису и по пути к ним присоединилась Ирландская эскадра, где ирландских судов было аж три штуки, а остальные девять были из Грумантских трофеев и имели Ирландские каперские патенты и экипажи из поморов и ушкуйников*, ну и плюс семь английских судов и все это под командованием адмирала Айвена (каперанга Иванова). Док шел отдельно и выпустив Щуку и крейсера ушел мористее, где скомпилировав из грузовых стрел мачты, притворился огромным Черным фрегатом.
Рейдеры, замаскированные под парусные линкоры и так же имевшие каперские свидетельства, возглавили Ирландскую эскадру, а Щука подойдя под перископом к входу в гавань Кадиса, выпустила боевых пловцов. СМЕРШ сработал хорошо и место якорных стоянок пороховых галеонов было известно и отмечено береговыми ориентирами, так что плавать им оставалось не долго.
Аквалангисты-диверсанты Мазура, споро заминировали цели, поставили взрыватели на сорок пять минут и спокойно удалились на субмарину, а потом, через положенное время сработали комплексные взрыватели и началась огненная потеха и Чесма тут и рядом не стояла, ибо Кадискская Этна (как назвали позже эту битву) была гораздо масштабнее.
Пороховые галеоны стояли в стороне у берега, где на свою беду был организован большой лагерь десанта из сотен и сотен шатров, и все это снес огненный ураган. Взрыв был такой силы, что один галпас закинули на шпиль ратуши.
То что корабли с порохом стояли в стороне от основной кордебаталии, ни сколько ей не помогло. Часть уцелевших кораблей пылали, остальные метались по гавани обрубив якорные канаты. Флагманский галеон «Милагросса» и еще пять таких же больших кораблей стояли на брандвахте, (герцог Альба явно предчувствовал что то, но предчувствие ему мало помогло). И когда четыре из них сохранившие такелаж двинулись к выходу в открытое море, в дело вступила «Щука». Две торпеды разметали три галеона, четвертый( это был «Милагросса») развернулся назад в гавань, где пылали и метались остатки Великой армады и рано или поздно загорелся сам и на нем рванули забитые под пробку крюйт-камеры. Последнее что видел в этой жизни герцог Альба которого взрыв выкинул с капитанского мостика туда, куда залетают лишь птицы, это были пылающие в гавани его корабли и пожары на берегу. А потом подошла объединенная эскадра…
Ирландцы и Англичане занялись разной мелочью порскнувшей из гавани, а Грумантские корабли задействовали минометы и ДШК.
Разгром был ужасающий, тем более, что адмирал Айвен приказал «сделать посуду под ключ». Грумантские рейдеры стали цепью поперек гавани и выцеливали испанские суда еще имеющие боевой потенциал, заодно выбивая огневые точки на фортах и когда море огня стало утихать обычные парусники Объединённого флота начали зачистку гавани попутно не забывая о трофеях. Когда к месту битвы подкрались сумерки, испанский флот попросту перестал существовать.
*Про то откуда взялись ушкуйники будет рассказано в следующей главе.
 Глава 24 
•С ушкуйниками у нас тут случилось вот что… В этом мире не все ушкуйники ушли в Вятскую вечевую республику и стражу Новгородского посадника. Во время Норвежских походов уходя от погони корабли ушкуйников обнаружили на Земле Франца Иосифа (тут естественно еще без названия) некий аналог Земли Санникова — большой остров обогреваемый термальными водами. Когда на Руси ушкуйников окончательно прижали, произошел исход на Север и там образовалась республика Ледяного веча, с населением к году нашего явления сюда, тысячи полторы душ мужеского и женского пола, не считая детей. Ушкуйники нашли на острове заброшенное селение викингов с сохранившимися амуниционными складами где и осели изначально. Занимались рыбалкой, охотой на морского зверя, разведением оленей и естественно ушкуйничеством. Причем команды морских ушауев и пары трофейных галеасов выходили на разбойный поиск в доспехах викингов, чем плодили нездоровые сенсации. В походы Северные ушкуйники ходили дальние и после того, как взяли на абордаж французскую шняву везущую из Магриба груз экзотических невольниц доя одного маркиза. Девиц моментально разобрали замуж, и немедленно организовали экспедицию Магриб за невестами, которую пресекли испанские корабли. Они потопили один из галеасов, а выживших казнили, как еретиков, причем капитана, грозившего испанцам гневом Перуна, инквизиция сожгла на костре, как колдуна и ненависть к испанцам стучала в сердцах ушкуйников, как пепел Клаасса у Тиля Улленшпигеля. И тут на республику Ледяного веча наткнулись норвежские охотники. Они не стали сообщать об этом королевским датским властям, а даже наладили с ушкуйниками взаимовыгодную торговлю, но было ясно, что с инкогнито и анонимностью поселенцев, скоро настанет карачун. И на Грумант прибыло посольство ушкуйников с просьбой взять их под свою руку. Я по ребовал вассальной присяги от всех глав семей и сразу сказал, что у нас в княжестве вече не бывает и царят строгая дисциплина и полный порядок, при жесткой вертикали власти. Кстати на улкуйников произвел неизгладимое впечатление мой верный черный лабрадор Бимс, который после переселения сюда, еще больше вырос в холке, стал четко понимать человеческую речь, по крайней мере мою и построил всех местных собак, практически обретя выборочное право первой ночи и введя традицию, по которой со стаей избранных псин встречал и провожал корабли на пристани, когда я бывал в порту. Причем кормить и гладить себя он позволял только моим девчонкам и мне естественно. Так что я получил штатные профессиональны экипажи на трофейные суда, которых в моем флоте стабильно пребывали. Твт как раз мои мастера наладили производство паровых машин, а один гений из техников-лейтенантов разработал элпментарный паровой водометный двигатель, чем решил проблему изготовления гребных винтов, чем усилил мой вспомогательный флот на порядок, по крайней мере по части скорости и автономности хода в штиль. На Ушкуе, так называлась моя новая область, я поставил форт с рацией и радаром, там базировался отряд кораблей в составе одного вспомогательного крейсера и семи трофейных лоханок принявших экипажи ушкуйников (три из которых были паровыми). Боевое крещение новая отдельная эскадра приняла во время набега датских пиратов увязавшихся за парой наших галеасов шедших с товаром на Ушкуй. Все пять пиратских посудин покрошили на дрова. ДШК это очень хороший пулемет, не даром в нашем Мире он был создан по личному указанию товарища Сталина. Ну и наши новые чугунные дульнозарядные пушки хорошо сыграли, мои умельцы смогли скомстролить натуральные бомбические орудияпричем практически не используя ресурсы машинерии ХХ века, которые я жестко приказал беречь и использовать исключительно для ремонта себе подобного. Производство черного пороха теперь тоже было перспективным ибо в этом архипелаге был огромный селитряной остров с древней колонией гагар, а сера имелась и на Груманте и очередной гений из техника лейтенантов нашел сорт каменного угля подходящий для производства черного пороха и он же создал хорошую начинку для бомб, за что получил техника-майора и академическую мантию. Надо сказать, мои академики из офицеров, вельми освежили Академию и поубавили спеси ученым мужам.