Да, господин (СИ)

— Пристегнитесь, что вы делаете?
— Останови у обочины, делай, что хочешь, а я собираюсь сделать так, как я хочу. Я устал ждать чего-то от тебя, а раз я ничему не мешаю, то тебе придется потерпеть нарушение устава. Ты сам сказал, что думал об этом, так?
Деймон неохотно кивнул, поворачиваясь к пассажиру, как только остановился на светофоре.
— Тогда почему я не могу получить от тебя пару пощечин и команд, которые ты отдаешь на сцене для своего Ала?
— Откуда?!
Из ступора Деймона вывели только сигналы стоящих сзади машин, так что ему пришлось тронуться с места и отвести взгляд от гостя.
— А ты думаешь, что я не мог попасть в один из ваших клубов, если у меня есть членская карта нескольких других?
— Я бы не хотел, чтобы на работе знали об этом, пока…
— Я проголосовал за тебя, как за партнера. Даже несмотря на то, что я тебя хочу настолько, что у меня пальцы ног поджимаются от одного твоего взгляда, ты еще и один из лучших специалистов.
— Я тоже тебя хочу.
— Но?
— Но теперь ты закроешь рот, пристегнешься и мы доедем до дома. Где ты съешь все, что я приготовил, сходишь в душ, а потом, может быть, если у меня будет настроение, отсосешь мне.
— А как тебе идея сходить в душ вместе, где я отсосу тебе, а ты трахнешь меня так, что у меня ноги на совещании вместе не сойдутся?
— Учить тебя и учить.
— Это точно, господин.
========== Часть 5 ==========
— А потом мы приехали ко мне и трахались до рассвета, он чуть не кончил, когда я шлепал его рукой, все терся о мое бедро и скулил. А сегодня на совещании он чуть не залез мне в штаны. Кажется, я совершил ошибку.
— А я думаю, что нет. Несмотря на то, что ты уверен, что он тебе не подходит, я думаю, что вы могли бы быть вполне совместимы.
— Он живет в Милане, понимаешь?
— Кому это когда-то мешало? Но… ты же сам учил меня не спешить с выводами. Посмотри, что у вас получится, поговори с ним и верни мне моего уверенного в себе Деймона, а то я уже боюсь.
— Хорошо, дорогой, я тебя понял. Спасибо, что выслушал. Ты написал Тейту?
— Эм-м-м…
— Сейчас, Ал. Сейчас!
— Хорошо.
Едва они успели попрощаться, как щеколда в кабинете Деймона закрылась, отрезая его и партнера европейского филиала от остального офиса.
— Нажми кнопочку — опусти жалюзи, негоже всему офису видеть, как я сосу будущему партнеру.
— Ты из ума выжил?
— Я уже сказал, что собираюсь сделать, увидят это или нет — твой выбор.
Уилл выглядел хищно, опасно и уверенно. Все ребячество, казалось, осталось позади, он шел к столу, под звук опускающихся жалюзи, не отводя взгляда от цели. Как только щелчок оповестил о том, что они скрыты от любопытных глаз, Грейсон скинул с себя пиджак и развернул кресло Уилсона к себе.
— Надеюсь твой партнер не обидится на меня за то, что я тебя заезжу за эти три дня.
Уилл встал на колени и сложил руки за спиной, как Ди учил его делать этой ночью. Оказалось, членство в Темном клубе в Италии досталось ему в шутку, но ему так понравилась эстетика БДСМ, что он продолжил приходить, иногда только участвуя в чем-то мало похожем на полноценную сессию. Репутацию он заработал, благодаря тому, что помог хозяевам клуба сохранить заведение, но сам не мог довериться никому, чтобы позволить истязать свое тело — детские проблемы с доверием сказывались на его взрослой жизни. Они не успели многого обсудить этой ночью, но эта тема была крайне важна, так как Ди должен был понимать, к чему его любовник готов.
Деймон завелся с полоборота, жадно впитывая красоту момента и покорность вечно дерганного Грейсона. Его хотелось, вопреки убеждениям и неправильности положения, вопреки тому, что Ди ни разу не позволил себе воспользоваться кабинетом для утех. Было много «но», однако было одно всепоглощающее «да» — Уилла хотелось всего и совсем.
— Ты можешь расстегнуть ширинку руками, но дальше — только ртом, Уилл.
Уилсон придвинулся к любовнику, мягко съезжая в кресле ниже, чтобы тому было удобно, а Уилл поднял на него взгляд, казалось, он до последнего не верил, что его провокация сработает.
 
— Да… господин?
— Можешь называть меня по имени, я не использую слова «господин» со своими нижними.
— Хорошо, Деймон.
Уилл расцепил руки и расстегнул молнию на брюках Деймона, а после зубами и языком приспустил их вместе с бельем, чтобы добраться до члена. Он почти приступил к минету, когда вспомнил, что они играют сегодня в подчинение, а значит он должен дождаться команды.
— Хороший мальчик, вспомнил правило.
Ди пригладил непослушные вихры на макушке Уилла и улыбнулся, чувствуя, как собственный голос становится ниже, как в нем появляются рычащие нотки.
— А теперь можешь взять его в рот и постарайся хорошо смазать его, потому что я собираюсь трахнуть тебя прямо здесь.
Грейсон заскулил, переступая на коленях и едва держа себя в руках, но принялся послушно вылизывать и посасывать член любовника, старательно доводя его до исступления, своим умелым ртом приближая момент, когда этот член окажется глубоко внутри его тела.
— Неужто великий Деймон решил нарушить собственные правила?
Наглый взгляд и нарушение правил послужили тому, что на щеке Уилла остался слабый, розовый след от пощечины, которая почти не принесла с собой боли, но отрезвила его, возвращая в реальность.
— Раз ты согласился играть по правилам, то не стоит нарушать их. Правила реальной жизни мы обсудим после.
И лишь оказавшись голой грудью на столе, видя перед собой мелкие аккуратные строчки рукописного текста, чувствуя, как в него медленно входит член, Уилл, наконец, поверил, что события вчерашней ночи ему не приснились. Пальцы Деймона крепко сжимали ягодицы, буквально нанизывая партнера на член, иногда они подбирались к, и без того натруженому входу, и надавливали на него, заставляя стенки растягиваться еще больше. Эти ощущения сводили с ума, власть, которую он так легкомысленно отдал другому, оставила после себя блаженную пустоту, а легкие, скорее, разогревающие шлепки на ягодицах становились небольшими крючками реальности, в которой необходимо было удерживаться, чтобы не сорваться в небытие сразу.
— Ты такой узкий, будто я не брал тебя всю вчерашнюю ночь.
Деймон заставил любовника выпрямиться, уложил его колено на стол, выгибая и раскрывая его для себя еще больше, он шептал парню на ухо пошлости и брал его глубоко и жестко, оставляя укусы на плечах — там, где их точно скроет рубашка.
— Да, пожалуйста, еще.
Уиллу казалось, что прошла целая вечность, а может быть, всего несколько секунд с тех пор, как они оказались в этой открытой, откровенной позе, но оргазм подступал с такой скоростью и силой, что Грейсон мог только скулить.
— Давай, детка, кончи для меня, хочу, чтобы ты сжал меня внутри, хочу почувствовать, как тебе хорошо на моем члене.
Ди завел руку вперед, обхватывая член любовника и проводя по нему рукой, больше всего желая сейчас увидеть, как он кончает. И Уилл не заставил себя долго ждать — он содрогнулся и откинул голову на плечо партнера, тяжело дыша и продолжая высоко поскуливать, а потом сорвался в оргазм, от которого подкосились колени. Уилсон постарался собрать всю сперму в руке и поднес ее к лицу Уилла.
— Слижи, будь хорошим мальчиком, а я поцелую тебя — хочу чувствовать твой вкус.
Уилл почти захныкал от того, что начинал снова заводиться от одних слов, но послушался и ответил на глубокий, требовательный поцелуй. Внутри него продолжал размеренно двигаться горячий, твердый член, явно намекая, что таким коротким раундом Уилл не отделается.
— Я не заводился сразу после оргазма уже лет десять, что же ты делаешь со мной?
— По-моему все очевидно, я тебя трахаю, дорогой.
— Значит до тебя это делали неправильно.
Уилл усмехнулся, заводя руки за голову и обхватывая Ди за шею, чтобы снова увлечь его в поцелуй, а бедрами подался назад, насаживаясь на него еще глубже, буквально выпрашивая более настойчивых движений. И Уилсон последовал молчаливой просьбе, прижимая любовника к себе крепче и двигаясь в нем быстро и настойчиво, выбивая из него рваные выдохи.