Метели, в них тени и серебряная булава (СИ)

 — Вот именно. У меня всего четыре сестры. И я не стану пятнать сексом светлые чувства, что к вам испытываю.
 — Но это же во имя будущего! Вынужденная мера для того, чтобы каждая смогла зачать от тебя.
 — Попроси Кайлиасса. Он с радостью исполнит.
 — Варриэн. — Нетария сдерживала себя очень хорошо. Ева подумала, что это их семейное. — Кай не подходит. Ты прекрасно знаешь, что из всех детей ты единственный, кто похож на отца как две капли воды и внешне, и по нраву. Мы просто обязаны продолжить его наследие!
 — Нетария, этим ты не вернёшь отца домой. — Варриэн сочувственно посмотрел на сестру.
И только сейчас Ева поняла, что именно Варриэн утаил от неё в храме. Эти двое одинаково нуждались в своём родителе. Одинаково страдали от его отсутствия.
 — Я не питаю такой надежды.
 — Да. И потому решила, что в случае, если Кара не явится лицезреть внуков, ты хотя бы будешь довольствоваться схожестью с ним своего чада?
 — Я же не прошу тебя участвовать в воспитании.
 — Ты решила, что, наклепав детей, я забуду о них?
 Нетария выдержала паузу.
 — Тогда не получишь булаву.
 — Ты шантажистка.
 — А ты упрямец!
 — Повторяю. — Варриэн выходил из себя. — Я не стану трахать своих сестёр.
 — Тебе и не надо... — тихо сказала Ева.
 — Ей вообще позволено говорить? — Нетария впервые посмотрела на Еву, и в глазах её было презрение.
 — Само собой. — Варриэн бросил холодный взгляд на сестру. Он перевёл внимание на Еву, слегка сжимая её руку, которую до сих пор не отпускал. — Говори.
 — В некоторых мирах, — начала Ева, — где у Странников есть базы, люди создали технологию, позволяющую перенести семя мужчины в чрево женщины без соития. Беременность наступает, и секс для этого не нужен.
 — И Странники просто возьмут и отдадут эту технологию нам? — Нетария прищурила глаза. Ева отметила для себя ещё большее сходство между ней и Варриэном, нежели в самом начале.
 — Просто так не отдадут. — Ловец пожала плечами. — Но я слышала, что ты владеешь целой коллекцией редких артефактов. А Странники такое любят. Возможно, вы сможете договориться. И я могу устроить встречу. Странники не в первый раз закрывают глаза на обмен технологиями между мирами.
 — Никак преследуешь собственный интерес? — Нетария посмотрела на Еву уже не с презрением, но ещё без уважения.
Королева Гротэра воодушевилась, но Варриэн быстро охладил её пыл:
 — Нет.
 — Значит, дело вовсе не в сексе, да? — Нетария перевела взгляд на брата.
 — Не только в нем. — Варриэн вздохнул.
Женщины молчали, ожидая продолжения.
 — Я не хочу детей. Не хочу детей, потому что все Гурии знают, кто их матери. Все... Кроме меня.
Повисло молчание.
 — Тебя это расстраивает, да? — Нетария из высокомерной королевы вдруг превратилась в любящую сестру. — Ты никогда мне об этом не говорил.
 — Я вообще никогда никому этого не говорил.
Нетария откинулась на спинку стула. Откровенность брата тронула её. Хотя они были существами с божественным началом, все же их способность сочувствовать друг другу не утратилась в тысячелетиях. Как и любовь брата и сестры. Ева отметила, что Нетария вот-вот отдаст им артефакт. Но вместо этого в комнату ворвался вахч Гротэра.
 — Госпожа! — Он запыхался. — Нападение!
 — Кто? — Нетария поднялась.
 — Вахры, госпожа!
 — Организовать оборону! — Нетария направилась к выходу.
 Варриэн преградил ей путь.
 — Вахры здесь?
 — Сейчас не время вдаваться в пояснения, брат! — Нетария обошла его.
 Варриэн не стал её задерживать.
 — Будь тут, — твёрдо сказал он Еве.
 — Ага, сейчас. — Та обошла его так же, как и Нетария, и направилась к двери.
 Чем вызвала едва заметную улыбку на его лице.
 Снаружи царил хаос. Вся королевская охрана и вахчи с обеих сторон отражали нападение существ, похожих на огромных зверей. Какие-то из них напоминали медведей или волков. Какие-то были похожи на снежных барсов или саблезубых кошек. Вахров Ева видела впервые. Раньше она читала о них только в книгах. Те, кто меняет обличие. Высшие оборотни. Ева, достав из-за спины свои клинки, которые по длине вместе с рукоятью были ровно от локтя до кончика среднего пальца её руки, сбросила шубу с плеч. Очень предусмотрительно с её стороны было надеть на эту встречу походную одежду, а не ту, что предлагал Варриэн. Предпочтя выбранное им платье, она не смогла бы двигаться так быстро, как должна была. Когда ещё в поезде вампир увидел её наряд, он к удивлению Евы, не сказал ни слова. Лишь улыбнулся. Он тоже понимал, чем может закончиться встреча, если одна из сторон не проявит гибкость. А в таких ситуациях каждый боец на счету. Ева не была воином. Она Ловец. Но самый ловкий и самый быстрый. Она не обладала столь мощными нейро-психо данными, как другие Ловцы, и была цыплёнком по сравнению с Катериной. Но превратила это в преимущество, в совершенстве обучившись владению холодным оружием. Зачарованные клинки в её руках полыхнули светом бездны, и на поверхности лезвий выступили чёрные письмена. Клинки были голодны. Они жаждали крови. Причём неважно чьей. Они были голодны и просили покормить их. Ева чувствовала это каждый раз, когда брала их, как слышала и их голоса, говорящие с ней. Нашёптывающие о неутолимом голоде. Пытаясь усмирить эти голоса, Ева пропустила момент, когда на неё помчался медведь. Но уже была готова, когда тот попытался ударить её лапой, и отскочила в сторону. Медведь был огромен, но слишком уж неповоротлив. Ловец, отскакивая, прописала ровную линию по его плечу, заступая на спину. Плотная кожа, покрытая жёстким мехом, поддалась, как холодное масло, рассекаемое горячим ножом.
Оборотень взвыл от боли, и крик этот, поднявшись в воздух, умчался в сторону леса. Противник явно недооценил хрупкую на вид девушку, когда, развернувшись к ней, встал на задние лапы. Он намеревался обрушить на неё всю свою массу. Но Ева не просто так проводила все свободное время в тренировках. Описав в воздухе дугу руками, она прыгнула навстречу вахру, выставив клинки вперёд. И те принялись есть. Лезвия вошли в грудь медведя по самую рукоять. Он захрипел. Пошатнулся. И медленно завалился на спину. Ловец не спешила вынимать оружие, давая возможность клинкам насытиться. Этого хватит ненадолго. Вскоре они вновь попросят крови. Но чем больше заберут сейчас, тем на дольше их хватит.
Едва ли она успела осознать, что только что всего двумя ударами убила вахра, поднялся ледяной ветер. Острые снежинки срывались с сугробов, больно царапая кожу. Все нападавшие в мгновение ока были отброшены далеко назад, врезаясь в стволы деревьев. Обороняющиеся остались на местах. Вахры поднимались, отряхивались и исчезали в лесу. Некоторые из них лежали там, где упали, и не двигались. Они были или мертвы, или без сознания. Буря стихла так же стремительно, как и началась, а битва была окончена, едва начавшись. Хотя и битвой это было назвать тяжело, учитывая количество нападавших. Всего около двух десятков, как успела прикинуть Ева.
Оставшиеся оборачивались, с благоговейным трепетом глядя на бога. Варриэн стоял у выхода, глаза его горели светом синего льда. Воздух вокруг него пульсировал в такт биению сердца и расходился волнами, как водная гладь кругами от упавшего камня. Все пространство дрожало, пропитываясь божественной мощью. Все слышали, как бьётся сердце Варриэна, чувствовали, как по его сосудам течёт жизнь. Как крепнет в нем первобытная сила, стремящаяся вырваться наружу, но сковываемая твёрдой волей.
Теперь, глядя на вампира, Ева осознала, что значит быть рядом с богом, что значит чувствовать волны его силы. Все пали перед ним на колени. Кроме Евы. Она удержалась лишь потому, что уже была на коленях, стоя поверх убитого медведя и все ещё удерживая лезвия в туше. Клинки давали ей преимущество перед остальными. Будучи выкованными в Непроглядной Тьме из материала, неизвестного даже Странникам, они радостно насыщались кровью и с благодарностью вливали в тело Евы потоки силы. Ловец мысленно заговорила с ними, прося оставить душу несчастного убитого зверя, не брать больше, чем нужно, обещая покормить их совсем скоро. Ева врала им, как всегда. И клинки это чувствовали. Но они любили её какой-то постижимой только им самим извращённой любовью. И потому соглашались отступить каждый раз, когда она просила.