Выбор пути (СИ)
Молчание… Тинг встал, пристально посмотрел на меня, и подозвал двоих мальчишек. Те, выслушав своего лидера, побежали к другим землянкам, громко созывая людей.
К нам подходят - мужчины, женщины, под руки привели двоих старух. Стайка детей разного возраста, увязавшись за глашатаями, с ними же и вернулась к костру.
Большой род - больше тридцати человек. Встаю с места, приветствую народ. И, взмахнув рукой с едва затянувшимся шрамом, приглашаю всех подойти ближе к огню.
Люди медлят, но, заметив лёгкий кивок Тинга, рассаживаются вокруг.
- Род Горностая! Я, Дим, Говорящий с огнем великого племени Солнца, буду говорить, и огонь донесет мои слова до вас. Помните, что духи накажут вас, если будете смотреть на пламя слишком долго.
И вот здесь, на склоне безымянной балки, в каменном веке, за десятки тысяч лет до моего рождения, оживают картины будущего. Я показываю дома - нет, не небоскребы из бетона и стали, их время ещё придет. Обычные средневековые домики, но и они здесь вершина зодчества. Представляю запряженных в телеги лошадей, всадников - и огонь послушно отражает эти образы в глазах неандертальцев. Замечаю, что один из подростков слишком пристально всматривается в пламя, и его тут же звонкой оплеухой возвращают в реальность, а затем выталкивают из толпы. Молодцы, мне не хочется стать причиной несчастных случаев…
Я продолжаю рассказ, представляя огороженные поля и загоны, где растет зерно и бродят стада туров и бизонов. И, наконец, выпускающие клубы черного дыма горны и печи, из которых огненным потоком льется металл.
Люди ошарашены. Они с трудом воспринимают такой поток информации, сегодня они увидели едва ли не больше, чем за всю свою жизнь до этого…
- Вы видели все! Я приглашаю вас переселиться в Лантирск. Вы получите пищу и защиту, жилища не хуже тех, что у вас есть сейчас, но скоро мы начнем СТРОИТЬ новые дома. Охотники и воины, ещё до зимы у вас будет оружие, которого нет больше ни у кого в мире. Ваши дети, когда вырастут, легко найдут себе пару. Решайте, это ваша жизнь!
Я встал, и положив руку на плечо Тинга, успокаивающе произнес:
- Ты будешь главой рода и в Лантирске. А род Горностаев станет частью племени Солнца.
- Но решать, как мы будем жить дальше, будешь ты?
- Да. Пока я жив, через меня будут говорить ваши предки, те, которые не желают смерти и забвения своим детям. Род Белого Волка пошел против их воли, и где он теперь? Делай свой выбор, Тинг.
Ночи были уже не настолько холодными, чтобы прятаться в душной землянке. Поэтому мы, собрав побольше дров, отошли подальше и развели огонь. Пусть местные переварят новую информацию, все обговорят и обсудят.
Мы были не одни такие - на другом краю стоянки так же горел небольшой костер. Вокруг него сидели трое мужчин, то и дело бросая в нашу сторону злые взгляды.
Это хорошо, что нас больше. В открытую они не нападут, побоятся, но и нам расслабляться не стоит. Указываю на эту группу Кангу, и он понятливо кивает - ночью дежурить будем по двое.
Постепенно приглушённые голоса в землянках затихли, ночную тишину нарушал только далекий волчий вой. Моя смена была под утро, и я, не теряя зря время, завернулся поплотнее в меховую куртку и почти сразу уснул.
Мне снился Лантирск, темные силуэты юрт, едва освещенные светом костра. Вот в этой спит Эрика, ее подруги, в соседней - Юр с остальными детьми. А здесь - уставшие от бесконечного прочесывания леса и берегов Аркаима, охотники. Вот пара часовых, потягивающих горячий чай у костра, обширная вырубка вокруг… Городок отдалялся все дальше, превращаясь в едва заметную светящуюся точку, и вот далеко на западе я замечаю вторую. Лёгкое мысленное усилие, и эта точка приближается, становится все ярче. Вот уже я узнаю Гера, потирающего глаза. Рядом спят четверо уставших мужиков, они весь день добывали и дробили руду… Картинка снова отдаляется, словно масштабируемая карта. А если попробовать представить Фета?
Ощущение полета становится сильнее, и вот я вижу совершенно незнакомую мне местность. На склоне холма чернеют глубокие ямы, и только одна из землянок неразобрана. В ней и спит первый шахтер каменного века, я не вижу его лица, скрытого навесом, но почему-то точно знаю - он там. Вот от горящего у входа костра поднимается фигура часового, и растолкав спящего, занимает нагретое место.
Я смотрю на зевающего Фета, подбрасывающего дрова, на ярко разгорающееся пламя, приближаясь всё ближе - и передо мной проступает полупрозрачный силуэт Сенга и … Арики?
Старик что то говорит, но слов не разобрать. Повторяет снова и снова…
- Проснись!!!
Крик Арики все же пробивается сквозь треск искр и рев огня.
Я снова попал под действие этой странной силы? На меня накатывает дикий, первобытный страх. Прочь отсюда, быстрее! Мышцы пронизывает боль, но сознание уже вырвалось в реальный мир, и я, весь мокрый от пота, открываю глаза. Непонятным образом очутился на ногах, и теперь на меня вопросительно смотрят оба часовых …
Что-то со свистом вылетает из темноты, быстрое, стремительное, едва не задев ногу. Отскакиваю в сторону, а в землю, в то место, где я лежал всего несколько секунд назад, на пару ладоней вонзается тяжёлое копьё.
- Будите всех!
Часовые расталкивают спящих, а я, представив траекторию полета, выхватываю из огня длинную горящую ветку, и бегу в темноту. Позади тоже мечется свет, слышен топот - мои люди рядом. Через минуту замечаю человеческий силуэт впереди. Быстрее!
Ещё немного - и я с силой толкаю бегущего в спину, и сам лечу следом. Мы кубарем катимся вниз по склону, земля и небо стремительно меняться местами…
Факел я выронил, он лежит в начавшей отрастать траве выше. Противник едва различается, но это не мешает бить вслепую. Удар, другой, третий…
Вдруг человек подо мной изворачивается, выскальзывая, и в мою челюсть впечатывается здоровенный кулак. Словно лошадь копытом лягнула…
Перед глазами вспыхивают искры, я мотаю головой, пытаясь прийти в себя, и ловлю ещё удар. Теперь уже на меня наваливается тяжёлое тело, мужик рычит сквозь сжатые зубы:
- Убийца!
В его руке появляется длинный, острый осколок кости, и он с силой устремляется ко мне.
- За смерть отца!!
Страх, что эта штука вот-вот вонзиться мне в глаз, придает сил. Мне удается перехватить сжимающую оружие руку, но противник намного сильнее. Кажется, мышцы сейчас лопнут, пытаясь сдержать чужую мощь… Бесполезно, это все равно что пытаться остановить голыми руками надвигающийся поезд!
Вокруг становится светлее, раздаются крики, и вдруг все закончилось. Громкий, противный хруст костей, и враг обмяк, придавливая меня своей тушей. Отталкиваю его, пытаясь встать - голова все ещё гудит. Взгляд наконец фокусируется, и я различаю крепкую мужскую ладонь. Тинг, опираясь на окровавленную дубину, протягивает мне руку. Крики вокруг стихают, и в тишине раздается его спокойный и уверенный голос:
- Мы сделали свой выбор, Дим.
Двоих оставшихся мужчин из племени Белого Волка так и не нашли. Охотники проследили их следы на полдня пути, но идти на восток дальше не стали. Ушли, и ладно…
Сына Заруга похоронили на месте смерти, просто засыпав тело землёй. Тинг после ночного происшествия больше не вспоминал о предложении наших конкурентов переселиться к ним, и его род начал собирать вещи. С нами в Лантирск уходила половина племени, большая часть женщин и детей. Изрядно нагруженные, назад мы шли два дня. Остальные подойдут чуть позже.
Городок встретил нас суетой - прямо перед нашим приходом произошло небольшое ЧП, и в этом отчасти была моя вина. Юр, с такими же мелкими мальчишками, выполняя поручение вождя, нашел логово камышового кота и целых пятерых котят. Вот только самому коту это не понравилось, и теперь юный зверолов красовался разодранной одеждой и глубокими царапинами на спине и плечах.