Я все еще князь. Книга XXI (СИ)

От доктора веяло заботой, и Дункан быстро расслабилась.
— Александр Есенин вас принес, — он потер руки. — Так, а теперь давайте, я вас осмотрю. Вы уж простите, не могли бы вы встать?
— Голова болит… — потерла она лоб.
— Ох, секунду, — теплая ладонь легла девушке на лоб, и боль постепенно прошла. — Лучше?
— Да, спасибо!
— А теперь, попробуем встать, — улыбнулся он. — Можете прикрыться, если стесняетесь.
— Да не особо. Вы же доктор. Я в курсе, как проходит осмотр, — она скинула простыню и голой встала перед лекарем.
Тот поправил очки и начал аккуратно водить рукой в сантиметре от тела Дункан. Иногда он тыкал пальцем и спрашивал, больно или нет.
— Шрамы, рубцы никак не беспокоят?
— Нет.
— Хорошо… — он продолжил обследование. — Кости быстро срослись. Это не страшно. Но у вас было что-то странное с внутренним хранилищем.
— Эм, — она опустила глаза на лекаря. — Какое внутреннее хранилище? У меня его нет! Я вообще-то не маг.
— Ох, милочка, в этом то и проблема, — развел он руками. — Видите ли, мы знаем, что Айседора Дункан не маг. Это известно всем медицинским учреждениям под руководством Михаила Павловича. Но вот в чем проблема. У вас появилось внутреннее хранилище…
— Как мне к вам обращаться?
— Лука Савельевич.
— Лука Савельевич, разве такое возможно? Откуда оно у мен⁈
— В этом и проблема. Никто не знает. Такого никогда не было. И это внутреннее хранилище… Оно, хм… не ваше. В вашем теле есть кто-то еще.
« Упс, поймал» — услышала она шипящий голос в голове.
— Кого поймал? — не поняла Дункан.
— Что? Я такого не говорил… — он прищурился. — Может быть, вы слышите голоса?
— Возможно.
Дункан не до конца понимала, что с ней происходит, но она легла на кровать и укуталась в одеяло. Надо было подумать, и много о чем. И в первую очередь…
— Где Есенин! — ее глаза округлились. — Доктор! Достаньте это из меня! Быстро!
Она начала вырывать капельницу и хвататься за одежду.
— Подождите! Успокойтесь! Мы все сделаем!
— Это надо делать сейчас! Где Есенин? — она схватила рукой доктора за одежду и с легкостью оторвала от пола.
— Подождите, голубушка, отпустите меня! Он как только вас принес, тут же исчез! Я не знаю, где он! — затараторил Лука и аккуратно погладил Дункан по руке. — Тише, голубушка… Все хорошо.
« Он хочет убить тебя», — прошептал голос в голове.
Но Ася почувствовала легкую усталость и сонливость. Опустив доктора, она села на кровать и быстро начала засыпать.
— Позвоните… позвоните царю… пожалуйста… или Чехову… Есенину… хоть куда… — глаза быстро закрывались, но она боролась со сном как могла. — Скажите, что Дункан не… не сможет… я не смогу Сашу…
Наконец, Дункан уснула.
Пожилой врач вытер пот со лба и выдохнул.
— Кажется, обошлось…
Выйдя за дверь, он кивнул двум отрядам охраны, каждый по десять человек. Те тоже выдохнули.
— Обошлось, мальчики. Сегодня вашей жизни ничего не угрожает, — успокаивающе произнес доктор.
— Да бред же, Лука Савельевич, это же простая баба. Она там голая и полуживая! — сказал молодой боец.
Доктор многозначительно посмотрел на командира — матерого ветерана с седыми усами. Даже в своем возрасте он выглядел внушительно и был в форме. Подойдя к молодому подчиненному, тот без стеснения влепил ему хороший удар в живот.
— Я бы посмотрел на твой скулеж, если бы она вырвалась! — прорычал командир, наклонившись к ловящему воздух парню.
— Но, она же… Не… маг… — едва справившись с болью, сказал парень.
— Ох, молодой человек, — вмешался лекарь. — Как вы думаете, почему тогда она напарница Есенина, а не маг? — доктор положил руку на спину парня, снимая боль. — Вот именно, потому что она чертовски сильна. Физически. А теперь простите, мне надо сообщить Чехову, что пациентка очнулась.
* * *
Дикая Зона.
Понятия не имею, насколько мощной должна быть эта атака, и даже не хочу проверять. Но два факта я точно знал.
Первое: сейчас в Есенине весы магии перевешивали на одну сторону, и сделать заклинание, смешав две противоположные силы, у него не получится. Это не предположение, а сухие цифры, показанные Лорой.
  
И второе: я не дам ему совершить эту атаку!
Пушкин активировал нечто… Да хрен пойми, как оно называется. Но это точно что-то очень крепкое, способное выдержать любую атаку. Наверное.
Есенин не стал долго готовиться. Да и я тоже.
Пришлось ускориться до такой степени, что ноги буквально ныли от перенапряжения.
Проблема всех мощный атак в подготовке. Есенин, сам того не ведая, проговорился. Когда он прицелился и почти выпустил плазменный шар, я ударил ногой ему по рукам, и настолько сильно, что его локти вывернулись в противоположную сторону, а атака, предназначавшаяся Пушкину, полетела вниз.
— Зря… — прошипел Саша.
— Тяжелый, зараза, — проговорила сквозь зубы Лора.
Этот удар нам достался с большим трудом. Его руки были словно из бетона, если не крепче. Пришлось пожертвовать голенью. Но все же я не позволил этой атаке попасть в Пушкина. Может, он бы и выдержал. Но рисковать я не намерен.
— Попался! — зарычал Александр Сергеевич и, размахнувшись, швырнул в него непонятно откуда появившийся меч.
Пока руки у Саши не успели срастись, он немного ослаб. Мечом его прибило к скале. Мы с Пушкиным подскочили моментально. Лора уже вела обратный отсчет действия протокола «Красный». У Александра Сергеевича тоже не было сил.
— Финалочка! — прорычал тот, навалившись на Есенина всем телом. Локтем сдавил ему горло, а второй схватил правую руку. — Миша! Я не знаю, что ты задумал, но сейчас самый подходящий момент! — и его тело загорелось. — Быстрее!
Я схватил вторую руку Есенина и прижал к скале, а затем ударил в то место, куда показывала Лора. Именно там была брешь в защите. Туда попал Захар своим мечом, и рана не до конца успела срастись. Видимо, хаос всему виной.
Моя ладонь прошла наполовину в тело Александра. И тут же мои руки загорелись, как и у Пушкина. Есенин зарычал, силясь вырваться. Болванчик атаковал безостановочно, пытаясь нанести хоть какой-то урон, но это капля в море.
— Лора! Давай! ДАВАЙ БЫСТРЕЕ! Я ТАК ДОЛГО НЕ СМОГУ!
* * *
Светлана Нахимова.
Все, что происходило, не укладывалось в голове у молодой Нахимовой. В моменте все пошло под откос. Сперва ранили Ермакову, потом появился Захар, за ним Есенин и Миша с Пушкиным. Еще и какой-то китаец стоял рядом и оказывал первую помощь пострадавшим.
Что за хрень тут происходит⁈
Ей никогда не было так страшно как сейчас. Безысходность от осознания того, что она ничего не сможет сделать сильно давила на нее. Она посмотрела по сторонам. Рядом сидел Антон и немигающим взглядом смотрел на битву.
Его брат слетел с катушек. И его пытались остановить два человека. Один из них был их товарищем и близким другом.
Света даже представить не могла, какого это: смотреть на то, как два близких человека сражаются насмерть.
Нахимова выглядывала из-за камня. Кузнецов сделал какое-то движение и моментально оказался сбоку Есенина. Это было так быстро, что даже ее натренированный взгляд не смог уследить за ним. Дальше еще чуднее. Он ударил по рукам Есенина, сбив атаку, и сломав тому кости.
Свете показалось, что и его нога странно согнулась.
Уму непостижимо! Почему Кузнецов Миша, тот самый, которого она встретила перед поездом в КИИМ, оказался таким сильным? Как так⁈ Он же прямо сейчас дерется наравне с Есениным и Пушкиным, ничуть им не уступая! Откуда у него такая сила?
Пушкин пригвоздил Есенина к скале и оба навалились на него.
— Саша! — крикнул Антон и рванул к дерущимся.
— Лови его! — закричал Дима. — Быстрее! Пока он не добрался до них!
Света не стала медлить и первой выскочила из укрытия. Она запустила в ноги Антона водный хлыст, сбив того с ног. Тут же подскочил Марк и упал на него сверху. Дима зафиксировал ноги, а Света выбила меч из рук Есенина-младшего.