Триумвират (СИ)
— Ты задаешь вопрос, но сам уже на него почти ответил. — хмыкнул Гастос. — Шадд и Империя разок помирились. Помирятся и другой. Как только гиганты перестануть кусать друг друга, то мы из союзников Шадда снова станем разбойниками, гадами и презренными душегубами. Вы все это понимаете. Потому что сколько бы я вам не талдычил убрать лапы прочь от шаддинских и сулимских торговцев, кто-то все равно срывается. Значит у нас есть только один шанс. Шанс именно сейчас затопить имперский флот. Если выгорит, то… Сулим надолго встрял в междоусобицу, Ти-Шадай бодается с Лин-Лаги, у Шадда маловато кораблей. Вы чуете, чем пахнет? Свободой. Настоящей, чистой, полной. Если же мы сейчас засунем головы в зад, попрячемся и переждём, то наемников у нас заберут, корабли перестанут присылать, стратегов больше не дадут. А может быть, свободные братья Терионы, мы застанем день, когда имперцы и шаддинцы вместе приплывут нас резать. Видит ли так далеко твоя подружка, Каскорс?
— Гастос дело говорит. — вмешался ранее молчавший пират восточной наружности. — Если грохнем Осьминога, то будем править морями.
— А у нас вообще есть шанс? — с некоторым сомнением вопрошал еще один пират.
— Есть! — ответил ему Гастос и в голосе его звучала фанатичная уверенности, граничащая с безумием. — Забудьте дурные знамения. Верьте мне, братья. Знамения вас уже подводили, а я еще ни разу.
— Гастос… — сквозь зубы процедил чернокожий, в гадательных способностях подружки которого сомневался король пиратов. — Складно стелишь, но все ходишь вокруг да около. Хочу знать на что ты нас подписываешь!
— На победу. — усмехнулся изгнанник. — Тебе нужны подробности? Может, мне, сука, еще памфлет написать и разослать во все концы Терионы? «Секретный бл*дь план разгрома имперцев». Спешите читать!
Раздалось несколько смешков, а чернокожий зло сплюнул на песок.
— Гастос прав. — вступил в разговор человек с внешностью типичного канртегца. — У наших врагов есть и гадатели, и колдуны, и стратеги, и шпионы. Я с детства обладал способностью видеть больше, чем окружающие. В Канртеге таких людей зовут совами. И я вижу, что Гастос необычный человек. Удача благоволит ему. Если бы кто другой задвигал тут речи про эру свободы и разгула пиратства, то я бы только посмеялся. Но есть люди, которые могут совершать невозможное.
— Вот! Вот! — щелкнул пальцами Гастос. — За эту авантюру я отвечаю и своей головой. Ваши пророки чувствуют беду? Так нас ждет тяжелая битва. Будут смерти, будут горящие корабли. Вы думаете с властью имперцев можно покончить меньшей ценой? Свобода стоит дорого, но она того стоит. Верьте моей удаче, а не дурным знамениям.
Видение оборвалось.
Во все времена и, наверное, во всех мирах люди пытаются заглянуть за завесу грядущего. Даже самые абсурдные способы гаданий находят своих клиентов. Здесь прорицатели, действительно, обладают сверхъестественной силой. Однако даже самые искусные из них не способны предугадывать будущее точно. Они лишь вылавливают отдельные разрозненные фрагменты, которые трактуют в меру собственного разумения. Однако, как говорится, от большого камня и круги по воде расходятся дальше. Чем масштабнее и ярче событие, тем проще предсказателям уловить его отголоски.
Тайкано говорил, что его прорицатели видели дурные предзнаменования. Теперь вот остальные пираты твердят тоже самое. Но Гастос все равно тащит их на бой. У него есть какой-то сверхсекретный мегаплан.
Следующим утром я максимально точно передал видение Фальвусу через командный голос. Мы снова договорились встретиться на его корабле для мозгового штурма. По приказу Нементила флот замедлил ход. Гребцы экономили силы, а другие моряки начали подготовку кораблей к бою.
— Описание крепости очень напоминает Ордолар, куда мы направляемся. — в голосе Фальвуса я слышал если не напряжение, то настороженность. — Разведка, действительно, сообщила о скоплении кораблей там.
— Они уже ищут с нами встречи? — спросил Октан.
— Они? Нет. Гастос? Да. — ответил я. — Именно он хочет открытого боя и это меня напрягает.
— Пираты же должны иметь представления о численности и силе нашего флота? — осторожно поинтересовался Октан.
— Должны! — будто бы возмутился Фальвус. — Корабли таких размеров за печкой не спрячешь. Но я решительно не понимаю, что там себе удумал этот негодяй и почему так рвется умереть. Нужно будет внимательно следить где они попытаются дать нам бой. Мели, скалы, опасные течения — мы с капитанами и людьми, побывавшими здесь, обдумываем все возможные варианты.
— Морские чудовища? — осведомился Октан.
— Ааа… — отмахнулся Фальвус. — Мне есть чем ответить на любое чудовище и у Михаира, думаю, тоже.
— Шторм? — спросил я.
— Шторм раскидает их посудинки даже сильнее чем наши. — ответил Фальвус. — И даже с проклятым Тайкано им будет сложно создать опасный шторм, при противодействии моих ребят.
На несколько минут воцарилась гнетущее молчание. Одна из самых неприятных для стратега ситуаций — когда ты не понимаешь что и зачем делает противник. Наблюдаешь определённые действия, но не можешь уловить в них смысла. Может, это блеф или Гастос просто рехнулся? Черт его знает. Даже начинаю скучать по адекватным шаддинцам и предсказуемым северянам.
«В Ордоларе у меня есть агентурная сеть и ее пока не раскрыли». — передал мне Фальвус. — «Я рассчитывал на помощь изнутри при осаде. Могу сказать, что пока пиратский флот и наемники, действительно, там».
Фальвус передал это через командный голос из соображений нарастающей паранойи. Уже даже на своем кораблей стремно говорить важные вещи вслух.
«А что наши предсказатели и их гадания?» — спросил я.
«Дурные знамения».
У всех дурные знамения. Восхитительно.
Огромный имперский флот шел навстречу пиратской вольнице, усиленной наемниками. И с обеих сторон готовились к худшему. Небо снова затянули серо-свинцовые облака. С востока периодически слышались громовые раскаты. Днем, выйдя на палубу своего корабля я ощутил как ветер стал заметно холоднее. Под серым небом и сами воды Терионы казались мрачнее. Не синей гладью, но темной бездной. Я заметил что-то в воздухе и удивился. Насекомые так далеко от берега? Но то были несколько снежинок. Кажется, Тайкано опять сплетал свои чары. Враг готовился к битве. А в отголосках далеко грома мне мерещилась одна эта проклятая фраза:
«Дурные знамения. Дурные знамения».
Глава 11
Точка невозврата
С каждым новым днем холодный ветер набирал силу, а серо-свинцовая пелена не покидала небес. Далеко за горизонтом почти непрерывно грохотали молнии. Тайкано готовил применение своей стихийной магии. Однако Фальвус уверял, что беспокоиться пока не о чем. Наш флот неспешно приближался к Ордолару. Примерно день пути оставался до канртегской крепости, когда передовые дозоры доложили, что пираты покинули свою твердыню. Их флот теперь направлялся на север к городку Ти-Артай. Это поселение когда-то давно основали выходцы из Ти-Шадая, угнанные в рабство канртегцами. После освобождения не все из них решили вернуться на историческую родину. Среди бывших невольников хватало изгнанников или должников, которых когда-то продали в рабство соотечественники. По итогам они основали свою диаспору на Терионе, активно занимаясь торговлей, рыбалкой и земледелием. Ти-Артай в отличие от Солончака был крупным городком, где и пираты любили гульнуть. Игорные дома, бордели, скупщики награбленного и рабов — все как положено. Однако на карательные операции времени сейчас не было. Мы преследовали флот Гастоса, не начиная осаду Ордолара или Ти-Артайа. Шли буквально по пятам пиратов. Птицы разведки уже могли издалека окинуть взором вражескую армаду. Довольно многочисленная, хотя по военной мощи, конечно, уступала нашей. Всего пираты и наемники сумели собрать: 166 тяжелых судна и 568 легких суденышек.