Политическая история Римской империи

В Риме не только император, но и другие богачи имели целые дворцы, и в то же время большинство жителей обитало в многоэтажных домах — инсулах, порой в весьма скромных, если не нищенских, условиях. В Городе имелось 1797 особняков и 46 602 инсулы. Но в Риме было много людей, которым даже проживание на верхних этажах инсул было недоступно, и они ютились под мостами и портиками, в мавзолеях за городской стеной, в лучшем случае — в бараках, примыкавших к стене, использовали любое укрытие, чтобы как-то выжить.
  
Римская империя состояла из Италии и провинций. Италия официально управлялась непосредственно сенатом и другими римскими властями. Адриан в дополнение к Риму с его непосредственной округой создал еще 4 округа, которыми управляли консуляры, обладавшие административными и юридическими полномочиями. Ликвидированные при Антонине Пие, эти должности были позже восстановлены. Уголовное судопроизводство в стомильной зоне вокруг Рима осуществлял префект Города, а за ее пределами — префект претория. Оба префекта могли, если считали нужным, вмешиваться и в другие дела италийских городов.
Провинции были сенатские, управляемые посылаемыми сенатом проконсулами и пропреторами, и императорские, управляемые императором через своих легатов-сенаторов, имевших проконсульский или пропреторский ранг, а некоторые — через прокураторов из числа всадников. Сенатские наместники посылались в провинции на определенный срок, а императорские легаты — на неопределенное время, какое император сочтет нужным. Например, первый легат Аравии Г. Клавдий Север занимал свою должность 10 лет, а наместник Британии Гн. Юлий Агрикола — 7 лет. Впрочем, и сенатские наместники посылались в провинции с согласия императора, да и в дела сенатских провинций он мог вмешиваться и даже, если считал это необходимым, переводить их в число императорских. Посылаемые в сенатские провинции прокураторы, управлявшие императорским имуществом, действовали там совершенно независимо от наместника, полностью отвечавшего за свою провинцию, включая ее безопасность, уплату налогов и правосудие, осуществлявшееся им на основе римского права.
Для определения возможностей налогообложения и контроля над движением населения в провинциях проводился ценз. Впервые он был проведен в Галлии в 27 г. до н. э. Первый ценз осуществлялся после создания провинции, а повторные проводились через определенное время, обычно раз в 10 лет, но для Египта был установлен 14-летний промежуток, а для Сирии — 12-летний. Наместник порой вмешивался в мельчайшие дела подчиненных, например мог решать, на том ли месте построена баня. Но постоянно брать на себя решение всех местных дел он был не в состоянии, ибо весь штат управления состоял из 100–150 чиновников, не считая, правда, воинов, если они имелись в провинции, которых он тоже мог использовать для отдельных поручений. Поэтому основной ячейкой и в Италии, и в провинциях оставались самоуправляющиеся города.
Города, представлявшие собой собственно городское поселение и сельскую округу, юридически занимали разное положение. «Союзные города» официально даже не входили в состав провинции, что не мешало наместнику вмешиваться в их дела тоже. Городами римского права были муниципии в Италии и на Западе и полисы на Востоке, а также колонии. Их граждане автоматически считались и римскими гражданами. Муниципии и полисы были обычно местными поселениями, в том числе порой и значительными городами, которым было даровано римское гражданство. Колонии выводились из Рима и Италии, и считалось, что их гражданами были в первую очередь колонисты и их потомки. С течением времени появились и «почетные колонии» — местные города, получавшие колониальный статус без фактического переселения туда римлян и италиков. Хотя муниципии, полисы и колонии официально находились на одном правовом уровне, последние считались более почетными поселениями. Иногда преобразование муниципия или полиса в колонию становилось видом награды. Наряду с городами римского права существовали и муниципии латинского права. Лица, занимавшие в этих городах какие-либо выборные должности, затем получали римское гражданство. Довольно много городов были перегринными, их жители ни римским, ни латинским правом не обладали.
Постепенно (особенно в связи с распространением гражданства) статус различных городов выравнивался. Каждый город управлялся на основании собственного закона. Во многих полисах Греции и Востока это были старые законы, признаваемые римской властью. В других и почти во всех городах Запада закон давался Римом и следовал общей модели с теми или иными изменениями, определяемыми спецификой данного города или региона. В каждом городе имелся гражданский коллектив, обладавший всей суммой политических и имущественных прав в рамках этого города. Наряду с гражданами в городе могли жить и поселенцы, чьи права были ограничены. Жили там и вовсе бесправные люди, не говоря о рабах. Особое место занимали римляне, не входившие в число граждан. Органом власти города было собрание, выбиравшее городской совет — курию или булэ. Избирались также городские магистраты. Там, где сохранились старые законы, это были многочисленные должностные лица, унаследованные от доримского времени. В остальных случаях во главе городской администрации обычно стояли два дуумувира, а хозяйственной деятельностью занимались два эдила. Исполнение городских должностей требовало траты собственных средств, поэтому и в совет, и на должности избирались богатые люди. Постепенно был установлен имущественный ценз, определявший возможность избрания. Так в городах возникает сословие декурионов (позже куриалов) или булевтов. Как уже говорилось, они составили третье привилегированное сословие империи. Таким образом, и с социально-экономической и с политической точек зрения основной низовой ячейкой Римской империи являлся город античного, полисного типа, что в первую очередь определило античный характер раннеимперского общества.
Наконец, надо отметить, что Римскую империю объединяли и морально-религиозные связи. Все больше людей чувствовали себя римлянами независимо от своего фактического происхождения. Старые этносы или исчезали вовсе, или отступали на задний план перед экспансией «романства». С ними исчезали и местные языки. Большая часть населения империи стало латиноязычной, а на Востоке — грекоязычной. Почти все жители империи почитали римских богов. Особое значение приобрел императорский культ. Будучи воплощением римской государственности, сенат решал вопрос об обожествлении государством другого символа — покойного императора. Но надо иметь в виду, что, во-первых, не все императоры были обожествлены и на этот акт огромное влияние оказывали политические соображения, а во-вторых, даже обожествленный император, как уже говорилось, не становился богом — deus, а лишь божественным — divus. Римляне тонко чувствовали грань между бессмертными богами и смертным, хотя и выдающимся, человеком. Обожествленный император представал, скорее, особенно в первое время, как главный посредник между римским народом и божественным миром, становясь постепенно залогом величия и процветания Рима.
В провинциях император почитался вместе с богиней Рима Ромой. Были созданы специальные жреческие коллегии императорского культа. Божественным императорам воздвигались храмы и алтари. Отправление этого культа было в первую очередь свидетельством политической лояльности, но не только. Почитатели Ромы воздавали дань величию Рима. Император же выступал и как всеобщий покровитель, а от этого часто зависела карьера, а то и жизнь человека. Знати из муниципиев и провинций это покровительство открывало путь к высшим ступеням карьеры. Для рядового населения провинций император и Рома выступали как символ Римской державы вообще, частью которой провинциалы все больше себя ощущали. Для вольноотпущенников занятие места в коллегии жрецов императорского культа было единственной возможностью войти в городскую или провинциальную элиту.
Императорский культ имел и определенное политическое значение. Вокруг храмов и алтарей императора проводили свои собрания представители провинций или группы провинций, где делегаты общин высказывали свои претензии наместникам и могли жаловаться на них императору, что служило средством давления на провинциальную администрацию. Присяга, приносимая всеми жителями империи каждому новому императору, устанавливала между главой государства и его населением определенные религиозные связи, основанные на взаимных обязательствах: император должен был заботиться о подданных, а те ему подчиняться. Солдаты почитали императора как своего верховного главнокомандующего, чиновники — как главу государственного аппарата. Так что не только раболепие, но и реальные нужды людей и провинций вели к широкому распространению императорского культа, отправлявшегося в римских формах и более или менее единообразно на всей территории империи, что в большой степени способствовало ее объединению.