Политическая история Римской империи

Вскоре в г. Берит встретились Веспасиан и Муциан, наметившие план войны. Было решено, что первый укрепится в Египте, чтобы лишить Рим и Италию подвоза продовольствия. С этой же целью он должен будет затем захватить Африку. План был рассчитан на то, чтобы заставить Вителлия и Рим капитулировать под угрозой голода, но дело повернулось иначе.
Когда известие о провозглашении Веспасиана императором дошло до армий, стоявших в Паннонии, Мезии и Далмации, те решили к нему присоединиться. Еще недавно дунайская армия, соперничавшая с германской, активно поддержала Отона. На Дунай после победы Вителлия в наказание были переведены и некоторые легионы, участвовавшие в войне. Среди них был VII легион, недавно набранный Гальбой в Испании, с которым он и двигался на Рим. Его легат Μ. Антоний Прим не только решительно выступил на стороне Веспасиана, но и уговорил остальных немедленно вторгнуться в Италию. Фактически он и возглавил армию вторжения.
  
Решительное сражение произошло в конце октября 69 г. около Кремоны почти в том же месте, где недавно потерпели поражение отонианцы. На этот раз после многочасового упорного боя, в котором успех склонялся то на одну, то на другую сторону, победу одержала армия Прима. Накануне сражения командующий вителлианцами Цецина предал своего императора. Попытка другого вителлианского полководца, Валента, изменить соотношение сил, укрепившись на юге Галлии, не удалась. Вскоре и сам он погиб. Находившаяся на стороне Вителлия Кремона была разрушена.
Флавианские войска вступили в Среднюю Италию. На их сторону перешли многие италийские общины, пострадавшие от грабежей и бесчинств вителлианцев. Веспасиана признали флотские эскадры, стоявшие в Италии. В этих условиях Вителлий, потеряв голову, решил отречься, но толпа не дала ему это сделать. В Риме вспыхнуло восстание. Находившиеся там сторонники Веспасиана, в том числе его брат Сабин и сын Домициан, были осаждены на Капитолии. Последний был взят, находившийся там старинный храм Юпитера сгорел, а вместе с ним и хранившийся там архив. Домициану удалось бежать, а Сабин был схвачен и убит. После этого ни о каком примирении не могло быть и речи. Флавианская армия подошла к Риму.
Активная часть плебса и в сложившейся ситуации осталась верной Вителлию. Многие горожане вооружились и приняли участие в боях. 20 декабря войска Прима ворвались в Рим. В городе развернулись ожесточенные уличные бои, в которых активно сражались наряду с солдатами и сторонники Вителлия из гражданского населения. И все же сопротивление вителлианцев было сломлено. Вителлий был схвачен и после издевательств убит.
Рим оказался во власти флавианских солдат, и взявший фактическую власть Прим не мог или не хотел с этим ничего поделать. Магистраты и значительная часть сенаторов разбежались, так что созвать сенат и как-то легализовать создавшееся положение было невозможно. Вскоре, однако, в Рим прибыл Муциан, фактически управлявший государством до прибытия Веспасиана. Он решительно оттеснил Прима, а когда тот пытался обратиться к Веспасиану, то встретил у того весьма холодный прием. Собравшийся все же сенат получил послание Веспасиана, после чего дал ему и Титу консулат, а Домициану претуру с консульским империем. Муциана и Прима сенаторы тоже отличили, хотя и были ими недовольны. Тон послания Веспасиана дал сенату повод полагать, что он сможет играть роль реально правящего органа. Даже приспешник Нерона Эпирий Марцелл говорил об умеренной свободе, которая нравится хорошим принцепсам, явно имея в виду Веспасиана. В этих условиях ведущую роль пытался играть Гельвидий Приск, являвшийся после смерти своего тестя Тразеи Пета признанным лидером сенатской стоической оппозиции. Он даже вопреки предложению назначенного консула предложил сенату вместо принцепса принять решение по насущному финансовому вопросу. Несколько позже Приск, будучи претором, приветствовал нового императора лишь именем Веспасиан. И, как это было в позднереспубликанские времена, в сенате начались раздоры, практически парализовавшие его деятельность, в результате чего законов, как пишет Тацит, в государстве не было. И лишь с прибытием в Рим Муциана, который твердо взял управление в свои руки, именно в это смутное время 22 декабря сенат единодушно, как это он делал всегда, присвоил Веспасиану «все, что обычно полагается принцепсам», прежде всего титул августа и трибунскую власть. Но этим постановлением сената дело не ограничилось. Вероятно, в том же декабре были созваны комиции, принявшие специальный закон о власти Веспасиана, определивший функции нового главы государства. Веспасиан явно не очень-то доверял сенату, и страховка в виде закона, принятого комициями, была для него не лишней[73]. Гражданская война завершилась победой Веспасиана.
Надо прибавить, что когда известие о выступлении Веспасиана дошло до Галлии, вождь батавов Юлий Цивилис объявил себя его сторонником и на этом основании пошел против Вителлия. Однако с победой Веспасиана он не сложил оружия, война на северо-востоке Галлии продолжалась.
Значение и последствия гражданской войны. Гражданская война 68–69 гг. имела большое значение. Она началась через 99 лет после прекращения последней, но, в отличие от гражданских войн конца республики, разворачивалась в совершенно новых условиях.
Императорская власть с самого начала была тесно связана с армией, поведение которой определило судьбу и Нерона, и четырех принцепсов, сменивших друг друга на протяжении полутора лет. Из этих четырех только один — Отон стал императором в Риме, а остальные в провинциях: Гальба — в Испании, Вителлий — в Германии, Веспасиан — в Иудее, Египте и Сирии. Уже не столько преторианцы, сколько солдаты легионов играли решающую роль в смене императоров. Как писал Тацит, была открыта тайна императорской власти, состоявшая в том, что императором можно сделаться не только в Риме. Военный характер этой власти стал еще более явственным. Это отразилось и на номенклатуре принцепсов. Как говорилось ранее, сенат еще в 30 г. до н. э. дал будущему Августу право превратить титул императора в свое личное имя, чем тот и воспользовался, но непосредственные преемники Августа от этого отказались. Тиберий подчеркивал, что императором он является только для солдат. Один Нерон позже и то лишь иногда именовал себя Императором. Однако Гальба принял официальное имя Гальба Император Цезарь Август. И с этого времени все последующие главы римского государства включали в число своих официальных имен Imperator.
Гражданская война охватила большую часть Римской империи. Театрами военных действий стали не только Италия, но и большое количество провинций, сыгравших в этой войне значительную роль. Да и сама война началась с восстания в Галлии, и галльские аристократы активно в ней участвовали. Позиция провинций оказывала влияние на расклад политических сил, и императоры, как и претенденты, должны были ее учитывать. В то же время только в небольшой Иудее, расположенной на периферии римского мира, вспыхнуло именно национально-освободительное восстание. Подобный характер носили события и в другой периферийной провинции — Британии. Элементы национально-освободительного движения имелись и в восстании Цивилиса в Северо-Восточной Галлии, но большая часть этой страны его не поддержала. Это говорит о том, что в основной своей массе провинции, стремясь (может быть, не всегда это осознавая) стать интегральной частью государства, отделяться от нее не желали. В этом отношении складывавшаяся средиземноморская империя выдержала тяжелое испытание войной — она не распалась. Но война создала предпосылки для более последовательной и быстрой интеграции провинций в общеимперскую ткань и в социально-экономическом, и в политическом плане.
Победа Гальбы означала победу сената над императором. В противоречивом единстве республиканских и монархических элементов, каким был принципат, преимущество склонилось на сторону первых. И гибель Гальбы стала поражением сената. Социальной опорой Вителлия являлся городской плебс, и разгром Вителлия стал и его разгромом. Таким образом, были разбиты те силы, которые упорно сопротивлялись большему включению и Италии, и особенно провинций в социальную и политическую жизнь империи. В результате были устранены все препятствия для окончательного превращения Римского государства в средиземноморскую империю, а Рима — из полиса, господствовавшего над остальным государством, в ее столицу.