Голодный космос (СИ)
Во время Первой Марсианской Войны за независимость они управляли небольшим катером военно-космических сил Объединенной Земли, капитан которого по глупости завел их в окружение. Оставшись без двигателя и боеприпасов, они дрейфовали в космосе несколько недель, не надеясь на спасение — даже ближний космос огромен, во время боевых действий услышать сигнал ‘SOS’ среди какофонии радиопомех и микроволновых взрывов практически невозможно. Но им повезло — Нейл Родриго, тогда еще капитан малого крейсера Земли, пролетал мимо, совершая обходной маневр. Один из его пилотов был сильно ранен во время боя, второй управлять тяжелой боевой машиной в одиночку мог с трудом. Тогда он пригласил подобранных по пути близнецов и не ошибся — с тех пор они навсегда стали его пилотами.
Хитрый маневр, о котором говорил капитан, мог бы войти в учебники по летному искусству, если бы не был смертельно опасен. Спустя месяц после чудесного спасения близнецов, крейсер попал в окружение. Новое оружие, изобретенное в полуподземных городах Марсианских колоний, могло переломить ход войны. Оригинальное название этого устройства выговорить человеку, далекому от технических тонкостей, было бы сложно. Среди солдат Космофлота ее называли по-разному — аннигилятор, пушка смерти, пожиратель кораблей. Но ближе всего к сути было другое — Гравицапа. Названная так в честь загадочного механизма из древнего фильма времен Зари покорения космоса, создавала в точке фокуса что-то вроде гравитационной линзы, искривляющей пространство и затягивающей все вокруг в безжалостные тиски переплетающихся изограв. По сути, оно создавало крохотный и очень слабый аналог Черной дыры, существующий всего несколько секунд. Убийцу кораблей применили всего в двух боях, но умудрились погубить почти половину космического флота Земли.
Оказавшись между молотом и наковальней — ударными силами Марса на легких истребителях и Гравицапой — выжить можно только чудом. Чудом капитана Родриго стали близнецы. Он дал им полную свободу действий, положившись на их интуицию. И она не подвела — Трофеи словно видели все ленты изограв, чувствовали линии напряжения, скользили, проводя крейсер меж танцующих и переплетающихся в безумной пляске лент сил притяжения. Но где есть притяжение, там и отталкивание. Гравитационные и прочие другие силовые линии не начинаются ниоткуда и не уходят в никуда, они имеют пик и точки схождения, а вынужденные сплетаться в комок, разворачиваются и вращаются с чудовищной силой. Гравицапа закручивает и сжимает их почти по всей сфере действия. Но у сферы есть два полюса реверсии — там гравитационные линии выталкивают постороннее, снимая напряжение с основного поля, по-другому оно не смогло бы функционировать. После окончания действия ловушки, реверсивные петли появляются по всей сфере, выбрасывая покореженные куски металла, бывшие когда-то военными машинами. Но до окончания действия Нейл со своей командой мог не дожить. И тогда в дело вступили сверхъестественные способности модификантов.
Пилоты не стали уводить крейсер от Гравицапы. Наоборот, набрав скорость, они устремились к самой точке фокуса, на всех парах мчась прямо к смерти. Но за доли секунды до горизонта невозврата они развернули корабль почти на сто двадцать градусов и буквально вскочили на реверсивную нить, взобравшись на нее, словно лихой ковбой на дикого жеребца. И верхом на ней вылетели прямо позади вражеской флотилии. Шутки с пространством сыграли против своих создателей — десяток тяжёлых кораблей сопровождения и сам гироскоп Гравицапы оказались уничтожены за пару залпов с тыла. За ту кампанию Нейл получил повышение и новое звание, а пилоты — награду за безрассудный подвиг (одну на двоих, но они не обиделись). Теперь жизнь экипажа снова в их руках.
— Четыре минуты до прыжка.
Джо убрал от пульта руки — сейчас даже инженеры космофлота не смогут ничего сделать. Либо пан, либо пропал.
Близнецы колдовали над пультом, понимая друг друга без слов. Словно имея телепатическую связь, они одновременно двигали нужные рычажки и ползунки, увлекая тяжелый транспортник все глубже в Бездну.
Прямо по центру обзорного экрана расцвел черный цветок с лепестками оранжевого пламени протуберанцев. Теперь уже вся поверхность их пленительницы не просто покрылась сетью трещин, она сияла огненными пастями, ощерившимися в предвкушении долгожданной добычи. А вот слева по курсу блестела золотыми искрами таинственная планета. Теперь ее можно было отчетливо разглядеть невооруженным глазом — тысячи кремниевых иголок сверкали в свете невыносимо ярких Аврор и прячущегося в недрах планеты огня. И неведомый луч загадочного происхождения, тугим золотистым и зеленоватым жгутом протянувшийся от планетоида к звезде. Там, где он соприкасался с короной, происходило что-то неестественное — от поверхности звезды вверх поднимался целый вихрь плазмы, превращаясь в настоящую солнечную бурю. Ураган пульсировал и вращался, извергая волны звездного вещества. Это было завораживающе красиво. Смертельно красиво.
Корпус застонал — старый транспортник явно был против такого надругательства. Пилоты заставили его вильнуть, подныривая под ленту изогравы. Корабль накренился, притягиваясь к силовому пику.
— Три минуты до прыжка.
— Капитан, разрешите немного потрясти? — один из пилотов на секунду обернулся. На довольном лице была словно нарисована жутковатая широченная улыбка, а миндалевидные глаза горели нездоровым огнем. Братьев все это только забавляло.
— Разрешаю, — что бы они сейчас ни вытворяли, хуже им не будет. Если не успеют, то электроника полностью откажет в зреющем звездном шторме.
— Внимание, опасность критических перегрузок, — любезно сообщил компьютер. Системы отслеживания состояния корабля сейчас в один голос выли, требуя снизить скорость и не насиловать отслужившую свое машину. Но их отключил Джо. Сам старший навигатор включил компенсирующий режим своего кресла и теперь потихонечку тонул в образовавшихся складках, жалея, что давно забыл все молитвы.
— Терпи, терпи, дружочек, — едва слышно шептало от передних кресел. — Еще чуть-чуть…
Корпус мелко задрожал, в лаборатории зазвенели стекла, виртуальные окна пошли мелкой рябью. Те члены экипажа, кто не успел забраться в компенсирующие капсулы, начали терять сознание. Несколько побочных экранов отключились — отказывали вспомогательные системы.
— Две минуты до прыжка. Отказ систем навигации. Отказ вторичного энергоузла. Отказ…
— Отменить оповещения, — капитан провел рукой в воздухе, словно проводя невидимую черту.
— Оповещения отменены, — покорно сообщил искин.
Даже сам капитан чувствовал слабость — перегрузки приближались к максимально допустимым значениям, заставляя мысли превращаться в тягучую патоку, а время медленно сползать с пространства, словно на полотнах сюрреалистов. Но спокойно сидеть Нейл себе позволить не мог, как и поддаться предательскому туману в голове.
От приборных панелей раздался писк — начали отказывать главные системы. Страшно заскрежетали армирующие балки и перекрытия, грозясь лопнуть от напряжения. Если так пойдет и дальше, ‘Посланник’ развалится на части.
— Одна минута до прыжка.
Транспортник нырнул носом вниз, стальным китом обрушиваясь на звезду. Ее черно-оранжевый лик уже заполнил собой все видимое пространство, а они все продолжали падать в Бездну.
Замигал свет — вышли из строя изолированные от остального корабля генераторы под рубкой. Еще немного, и они все станут просто метеором без права на возвращение. Но пока их падение еще управляемо — руки близнецов летали над пультами и рожками джойстиков.
— Тридцать секунд до прыжка.
Теперь остается только молиться. Секунда раньше — и ‘Посланник' прыгнет в звезду, позже — и они промахнутся мимо курса, потеряв колоссальное количество топлива вхолостую и навсегда потеряются в космосе.
Вдруг нараставшая все это время тяжесть резко уменьшилась — вверху экрана показалась граница огненной короны на фоне черноты космоса.
— А теперь вверх-х… — близнецы одновременно потянули рычаги на себя. Транспорт качнулся, звезда сместилась еще ниже.