Голодный космос (СИ)

— Тогда свяжитесь с ними немедленно! — капитан проникся опасностью момента.
— Уже пытались, — Джордж одним из первых явился в рубку, как только поднялась тревога. Раньше него успела только Анна — еще до завершения первого гудка. — Они не отвечают. Последний пакет данных говорит о том, что они потеряли связь с группой профессора, отправившегося за образцами.
— Проклятье! — капитан хотел было стукнуть по чему-нибудь, но удержался. — Отправьте пакет, пусть пошлют кого-нибудь за ними и возвращаются! Не могли же они в самом деле далеко уйти — с таким-то ландшафтом.
— Уже, капитан, я их на всякий случай дублирую и переотправляю каждые минут десять, — старший навигатор как раз делал повтор передачи данных.
Капитан нахмурился, все же по уставу надо было дождаться его приказа, но смягчился. Все-таки дорога каждая минута. Да и приказ наверняка отдала Анна — в его отсутствие и при внештатных ситуациях именно она отдает распоряжения. Расстраивать его мысли было некому.
— Если они не вернутся в течение пяти часов, — начальница службы безопасности немигающим взглядом смотрела на экран со звездой. — Нам самим придется улетать.
На диске солнца расцветали сразу три коронарных выброса.
***
Крис по-прежнему сидел в кабине челнока и с недоумением смотрел на небо. К местной тяжести он уже почти привык, но всполохи вечной ночи все еще притягивали его взгляд. А уж как только в небо устремился странный золотистый луч…Сейчас он стал почти невидимым, иссяк, наверное, но вот звезда… Он и не подозревал, что она такая огромная!
Прежде черный шар теперь тускло мерцал, покрывшись какими-то мелкими пятнышками, как старая фотография. Иногда пятнышки сливались, образуя крохотные желтые петельки. Это, конечно, завораживало, но разве мертвые звезды так себя ведут?
Да и очередной пакет данных говорит, что им пора валить. Только как, если половина экспедиции еще не вернулась?
Шипя и потрескивая, заработал коммуникатор.
— Буры и образцы руды погружены, — равнодушно сообщил Андреас. — Есть сигналы от второй группы?
— Нет, пока не… Подожди-ка, — Крис подкрутил настройки, пытаясь уменьшить возросшие за последние пару часов помехи. — Да! Слабый прерывистый сигнал! На три часа от нас.
— Принял, — андроид отключил коммуникатор, бегом, насколько позволяли гравитация и полусинтетические мускулы, направившись встречать опоздавших.
Экспедиция ушла очень далеко — усовершенствованному человеку потребовалось пятнадцать минут, чтобы добраться до них. А это много!
К этому времени Орманн тащил на себе двоих — глупо улыбающегося профессора, прижимающего к груди свой кейс, и полубессознательного Самуса, поджавшего правую руку. Бывший десантник тяжело со свистом дышал, забрало его шлема запотело изнутри. Все трое были покрыты каменной пылью и потеками черно-белой слизи, а профессор еще и перемазан темной жидкостью.
Синтетик, не спрашивая, подхватил более тяжелого Самуса с другой стороны, разгружая Орманна, как можно скорее потащил его к посадочной площадке. Тот стонал, слабея, давление в его костюме было явно ниже необходимого.
Оставив безопасника на трапе техникам, Андреас так же бегом вернулся обратно, перегрузив и профессора на себя. Тот что-то бормотал, глядя широко распахнутыми глазами, и поглаживал серебристый чемоданчик. Ради любопытства (нет, ну что вы? Какое любопытство у андроида — просто ему же нужно узнать состояние пострадавшего), киборг включил свой коммуникатор на общий прием.
–..да, наконец, докаательства жизни у Черных звезд! Столько времени и сил… не зря! А эти статуи! Потрясающе! Они были совсем как живые! Может, это та самая кремниевая форма? Да…
— Лейтенант Орманн, что у него в кейсе? — киборг полуобернулся, не сбавляя хода.
— Что? А, в этом… Какая-то слизь из подземелий, которая от света убегает… И хрен знает что из амфор. Кажись, зародыши…
— Чьи?
— Да хрен его знает! Наверное, тех уродов, что живые статуи поставили!
— Они на вас напали?
В ответ он получил поток отборной брани в адрес неведомых ‘их’, из которой можно вычленить, что да, на группу напали неведомые твари.
 
Кое-как они доползли до челнока. В небе был уже не бледный призрак — набухал пока еще тусклый, но уже пульсирующий огненный шар. Едва видимые доселе, Авроры теперь ярко сияли, оповещая незваных гостей о падающей с небес радиации. В свете прожекторов Андреас, наконец, увидел причину плохого самочувствия безопасника — правая рука почти по локоть превратилась в месиво, соединившись с бронепластиком и тканью скафандра. От утечки давления его спасло только то, что все это сплавилось в монолит.
— Какого… — даже андроид не удержался. Бросив ученого на Орманна, он вытащил бластер из кобуры. — Сержант, кто это сделал? Согласно протоколам биологической безопасности…
— Да никто — это какая-то плазменная пыль из светящегося хрустального шарика. Она все нафиг плавит…
— А слизь?
— Она вроде как безобидна… Просто органический мусор.
— Все равно, согласно протоколу номер 551 дробь А, пункт первый, вам придется пройти санобработку и карантин на корабле, — он приблизился к профессору, протянув руку к кейсу. — Согласно протоколу 553, необходимо уничтожить потенциально опасные биологические вещества из агрессивной среды.
— Нет, нет! Ни за что! — Альбрехт прижал к себе чемоданчик, как последнюю драгоценность.
— Сержант, я вынужден просить вас о помощи, — серые глаза синтетика заставили Орманна взрогнуть. Он никогда не любил эти механизмы, в том числе за слишком большое сходство с человеком и этот бездушный взгляд. Но в одном им не откажешь — они всегда действуют согласно букве протокола. Если не глючат, конечно. Вздохнув от усталости, Орманн одним движением отобрал у тщедушного ученого серебристую коробочку.
— Вы не посмеете! Это бесценные образцы! Вы совершаете преступление против науки! — профессор кинулся на андроида так рьяно, что безопаснику пришлось его держать. Откуда только силы взялись?
Киборг забрал кейс, выставляя максимальную мощность своего оружия. Отбросив чемоданчик подальше, на оплавленные скалы, он эффектно расстрелял его из бластера. На месте кейса осталась только кратерная ямка в полупрозрачном камне.
— Поднимайтесь на борт. Грузовой отсек не покидать, пока не будет определен карантинный статус, — как ни в чем не бывало, приказал киборг, убирая бластер.
Орманн проводил его тяжелым взглядом, затаскивая впавшего в депрессию ученого.
Сам синтетик уже забрался по трапу, оставив скафандр в шлюзе из грузового отсека в коридор, и бегом направился в кабину — на черном небе расцветал уж очень красивый цветок.
  
Глава 16
 
Крис с любопытством и страхом наблюдал за происходящим на посадочной площадке. С одной стороны, профессора было очень жалко, да и вообще, судя по всему, ребятам пришлось несладко. Но с другой… Работа на лунной базе приучила его не спорить с начальством. Если командир сказал, что есть биологическая опасность, значит, так и есть. Приказали ликвидировать — ликвидируем без вопросов. Да и вообще — мало ли, когда погрызший их мутант последний раз зубы чистил? Как там инопланетный кариес на человеке работает, никто не знает.
От размышлений его отвлек панический вой сирены от автоматической системы наблюдения кораблика: к планете рвался на всех парах самый страшный враг спутников и челноков — выброс коронарной массы. Раскаленное до температуры в несколько тысяч кельвинов облако звездной плазмы несло в себе мощный поток заряженных частиц. Даже не учитывая повреждение внешних систем и обшивки от температуры, урон электроприборам будет колоссальный. Были даже случаи самовозгорания топлива — от электромагнитной бури в изолированном баке заряжались стенки, порождая маленькие молниевые разряды.
Конечно, на поверхности планеты с таким-то полем до них долетит только половина, но мало ли…
От размышлений его отвлек ворвавшийся в кабину синтетик. Отодвинув с кресла Криса, он сам активировал давно греющиеся вхолостую двигатели, проверяя изоляцию шлюзов.