Имперский экзамен (СИ)

Дед потыкал пальцем в крышу под ногами и хихикнув рванул к выходу с крыши. Моего мнения он, конечно, не спрашивал.
— Надеюсь, у тебя все под контролем? — быстро спросила Фэн, когда я пробегал мимо.
— Ага, конечно, — пробормотал я. — Попробуй его останови…
— Держи меня в курсе! — крикнула мне в спину Фэн.
А мне некогда было ответить, дед с веселым уханьем прыгал вниз по лестнице через все пролеты, я едва поспевал следом.
Поскольку двигались мы сверху вниз, ни один из встретившихся охраников и не подумал остановить длиннобородого седого психа в синем комбенизоне. Сверху только начальство появляется.
Дед перешагнул через турникеты и ворвался в приёмную с надписью «Глава Городской Администрации», раскидав секретарей-референтов, разметав облако бумаг, выбил ногой дверь из комнаты ожидания в кабинет мэра.
— У нас назначено! — бросил я, проходя следом по разрушенной комнате.
И нас никто не рискнул остановить.
— Пак Ким Джоль! — проорал дед, врываясь в кабинет похоже прямо посреди расширенного совещания городского совета. — Привет, старая козявка! Все жаришь воздушный рис?
— Господин Юйчи Гун, — округлил глаза Пак Ким Джоль, приподнимаясь в кресле во главе стола. — Вы вернулись!
— Это что такое! Вы кто такие! Вы чего врываетесь? Это заседание городского совета! — понеслись в нас возмущенные крики со всех сторон.
— Господа! Господа, — замахал руками Пак Ким Джоль. — Прошу вас тише. Это важно. Глубоко извиняюсь перед всеми присутствующими, но это заседание переносится на завтра.
— Это еще почему? — донесся непонимающий голос. — У нас масса нерешенных вопросов! У нас тут кризис, в конце-концов!
— Железнодорожники бастуют из-за проигрыша своего лидера!
— И что на счёт мусоровозов? Мы закупаем?
— Господин Пак, мы же с вами собирались поговорить о…
— И животноводство!
— Этот кризис либо сейчас разрешиться, — перебил ропчащих подчинённых Пак Ким Джоль, утонув в огромном кресле. — Либо нам всем уже ничего не поможет. Идите господа, идите. Завтра в то же время продолжим.
— Да как они смеют, — шепотом кипятился один из выходящих чиновников. — Дверь к мэру ногой открывать!
— Ты чего? — громко прошипел ему другой. — Это же сам Великолепный Чан! Финалист. Ему можно…
Я слегка смутился и присел в уголочке. И мэр тоже сразу как-то изменился. Из успешного управленца превратился в провинившегося мелкого клерка.
— Вы вернулись, господин Юйчи, — повторил он, когда недоумевающие чиновники покинули кабинет. — Похоже, действительно последние времена наступают.
— Не ной, Пак Ким Джоль, — усмехнулся мой дед. — Прорвемся!
— Я устал господин, Юйчи. — натурально захныкал Пак Ким Джоль. — Я больше так не могу! Тут так страшно! То одно, то другое! То твари нападут, то Империя вторгнется. И все что-то требуют! Помилуйте! Отпустите меня! Я бы жарил себе воздушный рис внизу на перекрёстке у парка, как встарь, и больше никогда-никогда не стал бы мечтать вслух о несбыточном….
Фига се. Так вот как Пак Ким Джоль попал на место мэра! Дед исполнил его высказанную вслух просьбу! Офигеть! Да с дедом надо следить за базаром-то! А то вот так впухнешь ещё. Бойтесь ваших желаний их может услышать чересчур доброе божество!
— Ты знаком с моим внуком, Пак Ким Джоль? — спросил дед, махнув рукой в мою сторону.
— Конечно, — закивал мэр. — Великолепный Чан, многообещающий молодой человек. Капитан Чонг о нем отзывался положительно.
— Уйдешь в отставку сразу, как только он станет ваном, — кивнул дед.
— Эй-эй-эй! — вскинулся я. — Мы так не договаривались!
— Будет сделано, господин Юйчи! — с восторгом выпалил Пак Ким Джоль, едва в ладошки от радости не захлопал, стервец!
— Да нафига мне это надо, такое счастье? — возмутился я. — Я даже в градостроительные симуляторы не играл толком!
— Справишься, — легкомысленно махнул рукой дед. — Вот наш вдохновенный мечтатель Пак Ким Джоль, продавец воздушного риса, пожелал стать, справился — справишься и ты. Тут же нет ничего сложного, так ведь, Пак?
— Конечно- конечно! — Пак часто закивал головой. — Нужно просто собирать совет каждый рабочий день, раздавать указания и проверять исполнение! Иногда после обеда выезжать в районы, но это очень редко. Всё очень просто!
 
— Вот видишь! — дед поднял указующий перст. — Просто соблюдай правила игры, и все наладится.
— Я вам подскажу, если что, — вскинулся наш мэр.
Похоже, ему действительно не терпелось покинуть свое тёплое местечко.
Вот блин! Кажется, реально влип… Я усмехнулся:
— Как там было? «Каждая кухарка должна научиться управлять государством»…
— Ага. Так. А это что за монумент? — ткнул дед пальцем в окно, через пару кварталов от которого виднелся Центральный парк.
— Это Лестница из Черепов, — вздохнул я.
— Чегось? — скривил дед лохматую седую бровь.
А дед-то всё продолжает корки мочить и глаголом жечь. Всё как встарь. Ничего не поменялось!
— Ну, лестница… — смутился я. — Из черепов.
Ну, вот чего он?
— Символ неукротимости человеческого духа в борьбе с непостижимым, — помог мне мэр. — Главный экспонат музея Катаклизма. Мы складываем туда черепа всех убитых ежегодных чудовищ.
— Вы туда, что, даже экскурсии водите? — потыкал дед в окно пальцем.
— Ну, да, — промямлил Пак Ким Джоль. — Это важный элемент городской самоидентификации. К нам едут посмотреть его со всего света!
— Ого, — впечатлился дед. — Я так понимаю, там раньше был институт археологии… Ага… Выходит, мой бывший коллега, малыш Джоджо всем заведует? Я должен посмотреть поближе, чего ты там нагромоздил!
И рванул к выходу.
— Господин Юйчи! — в неподдельном отчаянии заголосил Пак Ким Джоль. — Господин Юйчи! Постойте! У нас же осталось столько неразрешенных вопросов! Да что же это такое! Опять сбежал… Господин Чан! Может, вы ему передадите?
— После экзамена! — выпалил я и смылся оттуда следом за дедом.
Да ну вас нафиг, я в душе не волоку в этих ваших межведомственных интригах!
Дед скатился по лестнице на первый этаж, выскочил из здания мэрии, пересек улицу, невзирая на такие мелочи как движение личного и общественного транспорта, прошагал несколько кварталов до парка и понесся к толпе экскурсантов, собравшейся под Лестницей Черепов необратимо, как снежная лавина.
Я едва поспевал за ним!
— Городская легенда гласит, — услышали мы издалека вдохновенную речь. — Что однажды герой, сразивший первого зверя, вернется, и наступит эра всеобщей гармонии и благоденствия. А покуда не наступили эти благословенные времена, каждый имеет возможность попытаться извлечь меч из кости… если отметка о доплате за попытку проставлена в вашем электронном билете… Эй-эй-эй! Дедуля! — заголосил благообразный немолодой уже экскурсовод. — Вперед не лезем! Все по очереди! И у вас же билета вроде бы нет! Ну, вот, куда он? Ну что за народ!
Дед мой тем временем, растолкав туристов, взлетел вверх по Лестнице из Черепов.
— Так, — произнес дед, одним рывком извлекая меч из кости. — Кажется, это моё.
Толпа вокруг ахнула.
— Вот блин, — сдавленно простонал экскурсовод. — Ты чего творишь, дедуль! Это же был главный экспонат!
— Ничо! — весело бросил дед, он прищурившись оценивал состояние лезвия. — Малыш Джоджо парень головастый, придумает новую легенду.
Дед взмахнул мечом, выкрикнув:
— Обернись, меч Фучэеньдао!
И меч обернулся длинной суковатой палкой! Той самой, какой дед любил мухи сшибать в воздухе в уже такие далекие времена чанова детства.
Публика зааплодировала такому фокусу, а этот приколист ещё и давай раскланиваться.
— Милые люди, благодарная публика, — бросил дед, утаскивая меня прочь по дорожке среди деревьев, бросив посетителей на попечение безутешного экскурсовода, лишенного своей реликвии.
— Дед, — произнес я. — Надо поговорить.
Видимо я был достаточно серьезен, дед упираться не стал. Некоторое время мы искали, где присесть и чуть не попались в зубы притаившейся у дорожки хищной скамьи.