Босс моего мужа (СИ)

– Обувь на низком ходу выбрала удачно: сегодня нам придется довольно много передвигаться. – Его взгляд поднимается выше. – Длинная юбка… Я полагал, что хотя бы в одежде у тебя со вкусом получше, хотя…
Склонив задумчиво голову, он протягивает руку и начинает собирать пальцами длинную ткань. До тех пор, пока не оголяет мое бедро. Под мое сбившееся дыхание прикасается пальцами к моему телу, скользит вверх, наблюдая за моей реакцией.
Прикусываю губу и молчу. Опускаю глаза. Даже вот так… на рабочем столе…
Его пальцы останавливаются возле кромки чулок, а потом неожиданно отпускают – и ткань, и меня.
– В доме не нашлось теплых колготок?
– Все сносила лютой зимой. Но обязательно куплю новые, раз босс недоволен.
На его губах мелькает улыбка.
– Не вводи себя в напрасные траты. Тем более что аванс ты пока не получила.
– Ты собираешься платить мне зарплату?
– Почему нет? Ты же собираешься здесь работать.
– Да, но… – Смотрю на него в замешательстве. – Но ты ведь и так… И потом, какой из меня специалист? Это же просто смешно! Это ведь просто прикрытие! Это знаем и ты, и я, и…
Он так резко поднимается, что я замолкаю.
Проводит костяшками пальцев по моей щеке и советует:
– Попробуй себя удивить.
После чего его пальцы опускаются вниз и уверенно принимаются расстегивать пуговицы на моей блузе.
  
Глава 26. Анита, настоящее
 
Он действует уверенно, не оставляя сомнений в том, что сотни, тысячи раз уже это делал.
Одна пуговица сдается легко, за ней и вторая.
А третья, видимо, проявляет своеволие, потому что его пальцы на ней застывают на какое-то время.
Он не только близко, а нависает надо мной. Давит – аурой, взглядом, нотами холодного одеколона. Пространство начинает сужаться, как будто кто-то сдвинул массивные стены его кабинета.
Дышать становится тяжело, несмотря на то, что третья пуговица поддается, и ткань блузы слегка раздвигается. Ей в этом помогают пальцы Тимура. Я чувствую их на своей шее – там, где бешено бьется пульс.
В ушах начинает шуметь, когда подушечка большого пальца принимается поглаживать мою кожу. Нежно. Так нежно, что от этой нежности хочется закричать.
Сжав губы, я смотрю на ворот его белоснежной рубашки, и мой взгляд невольно цепляется за цепочку. Похоже, та же самая, что и тогда.
Пальцы Тимура опускаются вниз и прикасаются к цепочке, которая висит у меня. Приподнимают ее, крутят из стороны в сторону, показывая хозяину, а костяшки пальцев задевают кожу и нагревают ее до какой-то невероятной температуры, когда сознание почти отключается.
И, как в замедленной съемке и будто со стороны, я вижу, как мои пальцы делают то же самое – прикасаются к цепочке Тимура и поднимают ее, пока не вытягивают кулон, на котором нарисован какой-то знак и два скрещенных закрытых замка.
– Это что-то значит?
Едва вопрос срывается с моих губ, температура накаляется до запредельной, а потом резко падает до нуля.
– Значило, – Тимур отпускает мою цепочку, – когда-то давно.
– А теперь?
Дымчатые глаза чуть прищуриваются, губы слегка раздвигаются, ломая жесткую линию.
– Теперь это скорее тренировка для памяти.
Новый вопрос остается при мне, когда его ладонь взмывает вверх и прикасается к пучку, который сжимает волосы. Склонив голову, Тимур задумчиво прищуривается, а потом опускает ладонь.
– Пожалуй, пока лучше оставить так.
– То есть моя прическа подходит для работы в твоем офисе? – любопытствую я. – Ну хоть что-то понравилось!
– Видно, что ты очень старалась, – спокойно парирует он. – Возможно, когда ты захочешь мне угодить в следующий раз, у тебя получится лучше.
– Я не…
– Кабинет главного юриста в конце коридора. У вас три с половиной часа. Потом мы с тобой едем на встречу.
– Какую встречу?
– Ты же вчера сама составляла мое расписание. Если забыла, можешь подсмотреть там.
– Ты хочешь, чтобы я сопровождала тебя?
– Это входит в обязанности моего личного помощника.
– А то, что я еще и с юристом…
– Это твой бонус.
 
Он утыкается в ноутбук, а я настолько под впечатлением, что еще пару секунд рассматриваю его профиль.
– Хорош бонус, – ворчу, забирая свою сумочку. – Я из-за этого бонуса уснула с рассветом, да и то…
Не знаю, стоит ли брать с собой ноутбук, – наверное, будет странно, если я начну носить его из кабинета в кабинет. Поэтому ухожу налегке, с одной сумкой, отметив для себя время возврата.
Хотя налегке – это весьма оптимистичное заявление, с учетом, что спину мне жжет так, что ноги подкашиваются.
Перед тем как отправиться к юристу, захожу в дамскую комнату, и не зря. Щеки, несмотря на пудру, такие румяные, что, кажется, каждый, взглянув на меня, поймет, что было в кабинете у генерального. Теперь с такой красотой на щеках яркая помада сюда не идет. Стерев ее, использую блеск.
Глаза какие-то бездонные, или это эффект дорогого зеркала – без понятия. Но мне нравится мое отражение.
Кабинет юриста нахожу без проблем – с такой-то подсказкой. Постучав, захожу – немного переживаю и сама удивляюсь. Как будто иду на важный экзамен, как будто для меня это имеет значение.
– Добрый день, – отвечает на мое приветствие Елисей Вадимович и сразу берет быка за рога, – ну что ж, проверим, что вы усвоили.
Едва я занимаю свободный стол, кстати, тоже с оранжевым креслом, я попадаю под обстрел не только его внимательных взглядов, но и вопросов. Причем он затрагивает не только те темы, что оставил мне для домашнего изучения, он копает глубоко, попутно подкидывая ситуации-головоломки, над которыми приходится сильно подумать.
Над одной из такой я зависаю надолго, чувствуя в строках какой-то юридический подвох и не в силах обнаружить его.
– Сдаюсь! Что здесь не так?
– Хм, – усмехается главный юрист, – значит, все-таки что-то не так? Вот и я так думаю уже день. Отлично, отлично, будем разгадывать дальше.
Удивленно смотрю на него. То есть это реальная задачка, насущная? Вновь возвращаюсь к ней и так увлекаюсь, что совсем забываю про время. А когда открывается дверь, вопросительно смотрю на Тимура.
– Нам пора выезжать, – поясняет он свое появление.
Я деловито киваю, а потом замечаю, что от усердия грызу карандаш, чего за мной давно не бывало. Да уж, деловая дама – смешно! Опомнившись, бросаю карандаш на стол и оборачиваюсь к Елисею Вадимовичу.
– Я сброшу вам то, что нужно будет изучить до завтра, – кивает рассеянно тот, глядя в экран.
Хотя он только выглядит настолько рассеянным, потому что мы не успеваем дойти до лифта, как на мой мобильный поступает сообщение с длинным перечнем ссылок.
– Ничего себе, – удивляюсь я, – это же минимум сидеть до полуночи…
Но, заметив, что он также сбросил мне и нашу задачку-головоломку, улыбаюсь. А вот это уже интересно.
– Пожалуй, бонус начинает мне нравиться, – бормочу я тихонько.
Ну это я думаю, что тихонько, потому что Тимур неожиданно отвечает:
– Дело за малым. Осталось сделать так, чтобы твоя основная работа тоже стала приносить тебе удовольствие.
Понятно, что за работу он имеет в виду…
Мои щеки вновь начинают пылать. Когда в лифтах уже додумаются устанавливать кондиционеры?
Улица встречает порывом осеннего ветра – охлаждает, успокаивает, заставляет отвлечься на разноцветные листья, которые подбрасывает нам под ноги. Я догадываюсь, к какой машине мы направляемся, когда замечаю возле своей оранжевой Мазды красный Феррари.
Они как два ярких пятна на фоне черного с белым.
Только моя машина компактная, нежная, тихая. А рядом с ней – смерч.
Тимур снимает машину с сигнализации, и я сажусь в салон. Вряд ли он собирался открыть мне дверь, я помню, это и раньше не входило в его привычку. А то, что чуть задержался и сделал шаг в мою сторону, – мало ли что он там рассматривал возле машины.
Он не включает музыку, не пытается завести разговор, и я слушаю его молчаливый диалог с этой красной красавицей. Быстрее? Как скажет хозяин. Сбросить скорость? Как будет угодно.