Списанная со счетов (СИ)

Поднимаюсь, отработанным за прошедшую неделю, плавным движением, разворачиваюсь и уверенно покидаю курятник, подспудно забрасывая брошь в карман.
Блин. Поэзию им подавай.
Я же не спрашиваю у ледéй, чему равен квадрат гипотенузы и в чём отличие дебета от кредита.
Злюсь и направляюсь… сама не знаю куда. Просто иду, чтобы не стоять истуканом.
— Леди Милс, постойте! — меня догоняет лорд Эмильтон. — Я приношу вам извинения от лица всех леди, уверен, они сейчас испытывают глубочайшее чувство вины и сожаления!
— Послушайте, лорд Эмильтон, — разворачиваюсь к нему. — Давайте начистоту: леди рады новому развлечению в моём лице, и никто из них ни на йоту не испытывает ни чувства вины, ни сожаления. К вам у меня тоже ряд вопросов! Ваша авантюра с моей лентой была очевидна, как попытка трёхлетнего ребёнка спрятать за спиной украденную конфету.
— Вот что мне в вас нравится, леди Милс! Ваша прямолинейность! — без спроса берёт меня под локоть. — О, у вас здесь что-то на шее, позвольте…
— Не стоит беспокоиться, милорд, — резко отстраняюсь, отступая назад, но он всё равно дотягивается и касается основания шеи. — Ай! — ощущение, словно меня что-то кольнуло.
— Простите, леди Милс. У вас там была капелька свечного воска.
Воска? Смотрю на него с подозрением, но милорд лишь шире улыбается.
— Знаете, пожалуй, я предпочту одиночество вашей компании, милорд, — посматриваю в сторону девиц, которые то и дело зыркают в нашу сторону.
Вот только сплетен мне ещё не хватало…
  
Глава 13. Общество благородных лордов
 
Ева
В груди растекается мерзкое предчувствие.
Мне кажется, или здесь стало жарко?
Не дожидаясь ответа Эмильена Эмильтона, разворачиваюсь, выхожу на боковую анфиладу, с которой спускаюсь в густые сумерки королевского сада.
Мне просто нужно немного свежего воздуха.
Глубокий вдох. Глубокий выдох. И ещё один вдох.
Кружится голова.
От резкого притока кислорода? От нервов? От усталости?
Чувствую слабость и придерживаюсь рукой за парковую статую с изображением ощерившегося грифона. Прикрываю глаза. Ощущаю кружение пространства. Слышу, как по соседней дорожке марширует отряд охраны.
Со мной что-то не так…
Надо попросить о помощи. Во дворце наверняка есть лекари.
Отпускаю столб и делаю несколько шагов в сторону удаляющегося отряда.
— Ммээ… аа… ээй! — хочу окликнуть их, но язык неожиданно заплетается.
— Позвольте, я помогу вам, леди Милс, — рядом оказывается Эмильен Эмильтон и подхватывает меня за талию.
Сейчас трость с золотым набалдашником у него подмышкой, и он прекрасно справляется без неё.
Что-то в этом всём мне кажется смутно странным.
— Леди Милс, хочу заметить, что вы неважно выглядите. Я немного разбираюсь в симптомах, армия, знаете ли, многому учит… Вот только здесь слишком темно, давайте пройдём… к свету.
М?
Пытаюсь сосредоточиться на том, что говорит лорд Эмильтон.
Мне так плохо, что, кажется, ещё вот-вот и меня вывернет наружу вместе с внутренностями.
Вот будет позор.
Эмильен Эмильтон останавливается рядом с фонарём.
Жмурюсь от света.
— Давайте встанем вот так, леди Милс… да-да… так будет лучше… видно…
Он продолжает придерживать меня за талию и слегка запрокидывает мою голову, нависая надо мной.
Вяло и безуспешно сопротивляюсь.
— Вот так, умница, — его рука придерживает мой затылок.
Мне не нравится, что он так близко.
Пытаюсь возмутиться и отстраниться…
— Оотпуээститее…
— Конечно-конечно, леди Милс, ещё минуточку, — продолжает меня держать. — Хмм… знаете, вы немного бледны. Вам, очевидно, нужен отдых. Если позволите, я сейчас же отвезу вас домой.
Домой? Наверное, нужно вернуться в тронный зал и попробовать отыскать темноглазого лорда, хотя от одной мысли о том, чтобы подняться по лестнице, у меня начинает ломить всё тело…
— Пойдёмте, Лоривьева, пойдёмте, я просто отвезу вас домой и отправлю за лекарем. В таком состоянии вам не стоит возвращаться… вдруг это первые симптомы лихорадки? Вы же не хотите, чтобы вас обвинили в распространении болезни…
  
Отрицательно мотаю головой.
Не хочу…
А чего я не хочу?
Забыла.
Мимо нас проходят гвардейцы и отдают честь лорду Эмильену. Он кивает им в ответ.
В голове какая-то каша.
— Давайте же, нужно поторопиться!
— По-шмуу?… — хочу спросить “почему нужно торопиться”.
— Вот дрянь…
Лорд резко дёргает меня за руку в сторону кустов и зажимает рот.
— Лоривьева!
Мне чудится, что кто-то выкрикивает моё имя… и этот кто-то очень напоминает Орнуа…
От мысли, что он где-то рядом, начинаю глупо улыбаться…
— Лоривьева! — точно голос темноглазого лорда…
“Я здесь!”
Кричу в чужую ладонь, прижатую к моим губам.
— Тшш, тише-тише. Лоривьева, тебе срочно нужен врач… помнишь? — лорд Эмильтон довольно грубо тянет меня вдоль тёмной дворцовой стены.
Мне не нравится, как он себя со мной ведёт.
Что я вообще здесь делаю?
Пытаюсь напрячь голову и понять, что происходит. Всё кажется каким-то странным.
Почему-то обижаюсь на темноглазого лорда за то, что он так и не пришёл…
— Милорд, с вами всё в порядке? — к нам подходит солдат в сером мундире.
— Леди немного злоупотребила хмелем, похоже, опять на пустой желудок, — с лёгкой долей иронии и сочувствия бросает Эмильен Эмильтон. — Меня попросили сопроводить леди до дома. Кто-то же должен помочь бедняжке.
— Да миледи еле ноги перебирает, давайте я помогу вам довести её до кареты.
— Вы весьма любезны… но мне бы не хотелось вас затруднять.
— Ну что вы, никаких затруднений! И не такое бывает.
Ощущаю, как меня подхватывают под второй локоть.
— Поль, что-то случилось?
Окликивает его ещё один мужчина в сером мундире.
— Всё в порядке, Анрэ! Я всё контролирую!
Стоп… куда мы идём?
Ах да… милорд хотел позвать врача…
Или отвезти меня домой… отдохнуть…
Как хочется прилечь…
Жаль, что я так и не увидела королеву…
Меня поднимают в карету.
— Щпси-ибо… — пытаюсь поблагодарить молодого усатого солдата.
— Всего хорошего, миледи, — улыбается мне и поворачивается к лорду Эмильтону, отдавая ему честь.
Устало прикрываю глаза.
Всё-таки сидеть лучше, чем идти.
Стук копыт. Полутьма покачивающейся кареты… это напоминает поцелуй темноглазого лорда…
Рэйнхарт…
Распахиваю глаза и рассматриваю чужое мужское лицо, на котором расплывается довольный оскал.
— Какая сладкая экзотическая птичка.
Рука Эмильена Эмильтона проводит по моей шее, и это движение вызывает волну неконтролируемого раздражения.
— Иди ко мне, не терпится тебя пощупать…
Вяло сопротивляюсь, но всё равно оказываюсь у него на коленях.
— Знаешь, Лоривьева, я тут поспорил, что ты, как и некоторые другие леди, что-то подкладываешь себе в платье… чтобы грудь казалась больше. Давай проверим, был ли я прав.
Его пальцы, пытаются прощупать мою грудь сквозь плотную ткань платья, и в сознание пробивается желание ударить его по руке.
Вяло поднимаю кисть и обхватываю мужское запястье, но это никак не помогает остановить Эмильена Эмильтона.
— Какая хорошая девочка, люблю послушных…
Подсознательный страх начинает разгонять кровь, заставляя сердце биться чуть чаще.
Мысли, которые ещё мгновение назад перекатывались в голове, словно в густом тумане, постепенно приобретают смутные очертания и кое-как проясняются.
Со мной что-то не то…
И это не болезнь…
Вялой рукой нащупываю в кармане брошь. С третьей попытки мне удаётся расстегнуть её непослушными пальцами.
Направляю острие иглы себе в ногу и вгоняю под кожу. Стискиваю зубы, чтобы не выдать себя от боли.
Адреналин.
Мне нужен адреналин.
Вытаскиваю иглу и снова вгоняю в бедро.