Закон Фукусимы
Но тут Японец выдал на бегу:
– Я встану ступенькой. А ты прыгай с моей спины.
Ценный это навык в бою – без лишних слов донести до товарища то, что хотел сказать. По ходу, у нас с Савельевым это пока что получалось. Бегал он маленько побыстрее меня и сейчас вырвался вперед, встал под балконом, нагнулся, уперев руки в колени…
Непростое это дело – в полной выкладке с разгрузкой, рюкзаком и автоматом запрыгнуть на второй этаж, даже с живой «ступеньки». Но когда иного выхода нет – и не захочешь, а подпрыгнешь не хуже сайгака, раненного пониже хвоста.
В общем, с разбегу получилось. Я взвился в воздух, уцепился руками за перила, по инерции махом закинул ногу наверх, зацепился каблуком берца за край балкона, подтянулся. Дальше – дело техники.
Я перевалился через перила на ту сторону, сбросил с плеча MP5, развернулся, готовясь свеситься вниз, чтобы Японец зацепился за ремень автомата…
Поздно.
Савельев уже рубился с набежавшими симбионтами. Меч летал черной молнией так, что его почти не было видно, при этом во все стороны разлетались отрубленные руки, головы, и фонтаны черной крови хлестали из обрубков, обильно поливая асфальт…
По себе я точно знал: каким бы тренированным ты ни был, долго в подобном режиме махать мечом не получится, не зря ж даже у профессиональных боксеров раунды продолжительностью по три минуты.
И потому начал помогать, расстреливая автоматный магазин короткими очередями и метя не по симбионтам, а по хидои, прилепившимся к человеческим телам. Они от этого не подыхали, но притормаживали слегка (видать, горячий свинец им был не по вкусу), что давало Савельеву лишнюю долю секунды на то, чтоб разобраться с очередным противником.
При этом я понимал: такая помощь не кардинальна, толку от нее немного. Просто мне нужно было несколько секунд, дабы оценить обстановку и понять, как дальше поступить, а когда я стреляю по врагу, мне думается лучше.
Опустевший автомат клацнул вхолостую, но я уже в принципе понял, как действовать. Вопрос лишь в том, смогу ли разобраться в японской механике…
Конечно, моя работа из пулемета здорово облегчила бы жизнь Японцу, может, даже и дала б возможность вырваться из толпы симбионтов. Но в этом я был не уверен – если судить по тому, насколько трудно убить этих тварей. Потому я рискнул потратить лишнюю пару секунд – кинулся к массивной штуковине, стоявшей на станке и накрытой чем-то вроде брезентового чехла, сдернул его – и присвистнул.
Это был китайский «Тип 74», струйный огнемет с увеличенным количеством баллонов – шесть вместо штатных трех. Почти все страны мира уже отказались от этого оружия, эффективного на дистанции до семидесяти метров, но громоздкого и, в случае попадания пули в баллон, смертельно опасного как для самого стрелка, так и для тех, кто находится рядом. Почти все – но не Китай, где его до сих пор производят для армии в значительных количествах. И, поскольку сделан он на базе советского легкого пехотного огнемета «ЛПО-50», проблем с применением этого уже экзотического оружия у меня не было – в свое время доводилось использовать в Чернобыльской Зоне. Да и какие проблемы могут быть, когда все элементарно: сдвинул флажок предохранителя – и работай!
У этого типа огнеметов сколько баллонов – столько и выстрелов. Что было просто отлично, можно огнесмесью всю площадь залить. Главное – не задеть Японца, который весьма шустро метался под балконом, отмахиваясь мечом от симбионтов. Но по тому, как он двигался, было заметно: подустал маленько. Еще минута от силы – и совсем выдохнется.
И тогда я начал стрелять.
Для начала один заряд полностью потратил на тех тварей, что напирали сзади. Это значит, что я целых три секунды поливал симбионтов пламенем, словно водой из брандспойта. Вообще, конечно, картина страшная, когда целая толпа существ, так похожих на людей, объята пламенем. И орали они жутко, растянув свои неестественные пасти так, что нижние челюсти доставали чуть не до середины груди. Я человек не впечатлительный, много чего повидал, но эта картина по нервам скребанула…
Тем не менее переживать было некогда, Японец, по ходу, сам себя не выручит. Потому я второй струей пламени резанул по наседающей толпе уже ближе к нему и заорал:
– Прыгай! Через огонь!
Он услышал. Рубанул какого-то симбионта по башке, раскроив ему череп надвое, оттолкнулся одной ногой от асфальта, второй от груди ближайшей к нему твари, сделал кульбит, пролетая сквозь пламя – и вот он уже на другой стороне стены горящих тел… Блин. А обратно-то как? Ладно, это позже. Сейчас главное – оставшуюся часть тварей залить огнесмесью!
Я нажал на спуск…
Твою ж душу!!!
Огнемет всхлипнул, плюнул огоньком длиной с мой палец – и сдох. Вот же ехихиньская маханька, как говорил один мой старый знакомый…
А симбионты, видимо, решившие покушать сегодня любой ценой, ломанулись к Виктору, сметая по пути горящих сотоварищей. При этом у них загоралась одежда, но тварей это нисколько не смущало.
Я бросил огнемет и ринулся к пулемету. Фиг знает, что за конструкция, первый раз такой вижу. Ствол из-за ребер охлаждения похож на шланг от пылесоса, ствольная коробка подчеркнуто прямоугольная, сверху установлен оптический прицел довольно топорного вида…
Но пулемет – это не станок с ЧПУ. Если вообще когда-то работал с этим типом оружия, то с машинкой другой конструкции как-нибудь разберешься. Тем более когда она уже снаряжена лентой – бери да стреляй.
Чем я и занялся, метя по ногам симбионтов.
Получилось неплохо. Твари попадали на асфальт, образовав коридор из коптящих, но еще живых тел. Этого я и добивался!
Японец все понял без пояснений – и побежал прямо по этому коридору, по дымящимся телам, по пальцам, пытающимся схватить его за ноги…
Он несся к балкону.
Я бросил было пулемет, чтобы, как и намеревался раньше, свесившись через перила, протянуть ремень автомата, но Савельев заорал дурным голосом:
– Стреляй!!!
Ладно, это без проблем – тем более что симбионты и правда за ним ломанулись. При этом я краем глаза смотрел, что он будет делать, балкон-то был довольно высоким.
И Японец отжег, конечно, такое в цирке надо показывать. На бегу сунул свое оружие в ножны, подбежал к балкону, не снижая скорости вертикально поставил меч на асфальт, высоко подняв правую ногу, наступил на край гарды, левой ногой оттолкнулся от асфальта, правой от гарды, птицей взлетел на балкон – а меч элегантным движением затащил наверх посредством шнура, привязанного к ножнам. На все про все секунда ушла, не больше.
– Хренасе! – искренне удивился я, отпуская спусковой крючок пулемета: стрелять больше надобности не было, все симбионты столпились под балконом, в мертвой зоне, чадя и воняя горелым мясом.
Но не тут-то было! Пулемет продолжал стрелять без меня – дергано, отрывисто, словно плюясь пулями. Японец удивленно посмотрел на оружие, бьющееся на станке самостоятельно, без моего участия изрыгая в никуда свинец и пламя.
Продолжалось это недолго – в ленте не так уж много патронов осталось. И когда наконец пулемет перестал харкать огнем, я пояснил:
– Самовоспламенение патронов. Случается в ненадежных конструкциях от перегрева патронника.
– Ясно, – сказал Японец, закидывая меч за спину и фиксируя его шнуром. – Стало быть, пулемет не очень. Но свою функцию выполнил – и на том спасибо. Дальше что?
Я глянул вниз.
Симбионтов можно было больше не опасаться – по ходу, использовать корешей вместо лестницы, а уж тем более кинематографично запрыгивать на балконы с помощью подручных средств они точно не умели. Вот и ладушки, вот и хорошо.
Я обернулся.
Позади меня был проход с балкона внутрь помещения – темного, без признаков жизни.
– Дальше пойдем, посмотрим, что там, – предложил я. – Все равно больше идти некуда.
– Логично, – кивнул Японец.
* * *Когда-то это было обычное административное здание. Наверняка в этих просторных помещениях во множестве находились столики с компьютерами, отгороженные друг от друга символическими переборками. За столиками сидели прилежные японцы, сосредоточенно регулируя жизнь поселка, обслуживающего атомную электростанцию.