Пирамида здоровья: гормоны, чекапы и контроль старения

Повторные регрессы пациентов с иммуномитохондриальным синдромом не такие глубокие и тяжелые, как первые, с которыми они столкнулись (как, например, тотальный откат приобретенных навыков при регрессивном аутизме после перенесенной инфекции и/или поливакцинальной нагрузки). Тем не менее «возвращение» хотя бы части жалоб – это потребность вновь провести лечение, нередко – более интенсивное и с задействованием более агрессивных методов терапии.
Именно желание «отпустить» пациента, чтобы он не возвращался и не нуждался более в проведении лечебных интервенций, стало основой для развития регенеративного реабилитационного этапа, которому посвящена заключительная глава.
  
Глава 8. Этап регенерации
 
Во время заболевания патологический процесс затрагивает каждый орган и каждую клетку, отчего функциональная активность их снижается и появляются симптомы органной недостаточности той или иной степени. Так, при повреждении во время системного воспалительного процесса печени нарушаются функции детоксикации, снижается синтез желчи, все синтетические процессы. Достаточно длительное время клинических проявлений такого функционального снижения может быть не видно, а выявить их можно лишь путем лабораторной диагностики.
Однако, когда повреждается критическое количество клеток печени (гепатоцитов), симптомы недостаточности органа проявляются стремительно и достигают угрожающего жизни состояния. К счастью, печень обладает удивительным регенеративным потенциалом. То есть в благоприятных условиях клетки печени могут восстанавливаться и орган может полностью регенерировать до своего стандартного объема. Даже после резекции (оперативного вмешательства и удаления) до 70 % – оставшаяся часть печени успешно справляется со своими функциями, а ее клетки размножаются до тех пор, пока не будет восстановлена, то есть регенерирована, недостающая часть.
Регенерация – это способность тканей к восстановлению структур и функциональной активности. Это достаточно распространенный и активно изучаемый феномен как в природе, так и в человеческом организме. Однако диапазон возможностей к такому восстановлению для разных клеток значительно различается. Определяется способность к регенерации сложностью строения и функциональностью клетки. Например, дождевой червь после повреждения может восстановить половину своего тела, ящерицы «отращивают» достаточно большой объем для восстановления хвоста, птицы сбрасывают перья и затем полностью восстанавливают оперение, млекопитающие сменяют шерстяной покров. Регенеративные способности человеческого же организма значительно скромнее.
Самый регенеративно активный орган человека, безусловно, кожные покровы, которые постоянно обновляются за счет апоптоза и отторжения старых клеток и появления новых. Стоит отметить, что, в отличие от описанных выше примеров, все процессы в организме человека происходят постепенно, в течение длительного срока, поэтому процессы обновления не так заметны.
При повреждении кожные покровы, слизистые оболочки, а также костная ткань могут восстанавливаться, но такой «экстренный» режим не имеет почти ничего общего с процессом обновления, так как требует значительных энергетических затрат. Кроме того, кожные покровы не могут восстановиться из «воздуха» – обязательно должны быть сохранены специальные клетки, которые будут обеспечивать восстановление. Для образования костной мозоли после перелома поврежденная кость должна быть длительное время без движения. Кроме того, успешность восстановления после перелома зависит от возраста человека, гормонального статуса, наличия или отсутствия у него соматических заболеваний, метаболического синдрома и многих других факторов.
Таким образом, регенеративные способности различных органов и тканей могут реализовываться, однако для этого требуется обеспечение целого ряда условий.
При лечении того или иного заболевания немалая часть терапевтического процесса посвящена восполнению функционального дефицита. «Замещение» утерянной или нарушенной функции, зависящее от принимаемых лекарственных препаратов, всегда является временной мерой, а основной целью остается возвращение органа в оптимальный статус, который не нуждается в поддержке и замещении.
 
По аналогии лекарственная терапия зачастую выступает в роли костыля, на который переносится вес человека с переломом, и этот костыль теряет свою актуальность, когда кость полностью восстанавливается и может выполнять свою функцию. Временное использование костыля или лекарственных средств для «разгрузки» поврежденного органа – нормальное и ожидаемое явление, однако отсутствие перспективы отказаться от костыля в будущем делает терапевтический процесс, по сути, паллиативным.
В конце предыдущей главы мы говорили о том, что восстановление ребенка после перенесенного нейровоспаления можно считать успешным, только если даже при наличии провоцирующих факторов в будущем не будет возникать повторного регресса. Это возможно лишь при полном восстановлении гомеостаза структур нервной системы, стабильного иммунного, митохондриального и гормонального статуса как клеток ЦНС, так и всего организма.
Способность к регенерации нервной системы многие десятилетия является причиной как крупных научных исследований, так и больших споров. Достаточно долго считалось, что, в отличие от других тканей и клеток человека, «нервные клетки не восстанавливаются». Этот частично ошибочный тезис значительно тормозил развитие терапевтических методик, направленных на нейрорегенеративный процесс, а также на нейропластичность в целом.
Почему же «частично» ошибочный тезис? Дело в том, что процесс деления клетки как типичного способа обновления клеточного пула для нейрональной клетки действительно затруднен. Как было упомянуто выше, чем сложнее устроена клетка или ткань, тем ниже ее регенеративный потенциал.
Нервная клетка, безусловно, имеет сложную структуру, множество отростков – аксонов и дендритов, за счет которых нейрон взаимодействует с другими клетками. Устойчивость этих контактов лежит в основе постоянства передачи сигналов в нервной системе, а потеря контактов приводит к нарушению функции и развитию той или иной неврологической симптоматики. Процесс деления нервной клетки, которая уже отягощена наличием всех своих взаимосвязей, невозможен, так как для этого ей бы пришлось для начала разорвать все эти связи. Поэтому самый простой и распространенный путь обновления ткани для нервной системы недоступен.
Тем не менее ткань нервной системы не является постоянной и неизменной в течении жизни, она изменчива, пластична и доступна к восстановлению. Восстановление нервной ткани определяется несколькими процессами – нейрогенезом и нейропластичностью.
Ткань нервной системы обновляется не одномоментно, и обновление не начинается в области повреждения. В области зубчатой извилины, гиппокампа и префронтальной коре располагаются так называемые стволовые клетки, то есть клетки, которые могут дифференцироваться и стать любыми клетками. Стволовая клетка не взаимодействует с нейронами, от нее не зависит передача импульсов, поэтому она доступна делению. Столовые клетки делятся на две клетки: «новую» стволовую (которая останется в запасе) и клетку, которая в будущем превратится в нейрон, эта клетка мигрирует в другие участки мозга (в том числе и отдаленные участки) и, дозревая, начинает выполнять спектр необходимых функций. Постепенное «переключение» на новые нервные клетки позволяет процессу обновления проходить без периодов нарушения межклеточных взаимодействий.
Нейрогенез происходит в головном мозге планово в течение всей жизни, однако интенсифицируется при повреждении, особенно при структурном повреждении, как, например, при инсульте и кровотечении. Менее интенсивно, чем при структурном и грубом повреждении, нейрогенез запускается и при воспалительных и аутоиммунных воспалительных процессах нервных клеток, сопровождающихся нарушением функций.
Патологический процесс не всегда затрагивает всю нейрональную клетку с аксонами и дендритами и приводит к деструкции, зачастую клетка остается сохранной, но нарушается аспект ее взаимодействий в области синапсов. Синапс – это точка контакта между двумя нейрональными клетками или между нейроном и получающей сигнал эффекторной клеткой (как, например, нервно-мышечный синапс и др.).