Лазурь и Пурпур. Месть или Любовь? (СИ)

Дэмин Лоани и Кьяра Теренер были переплетены истинной связью, и пока лекарь был жив, Кьяра не могла принадлежать никому иному. Но умри Дэмин — и Кьяра, которую никто больше вылечить не мог, последовала бы за ним.
Это был самый простой и самый логичный выход. Власть над континентом перешла бы к Олтару, знавшему, что с ней делать, способному избавиться от осоловевших советников и прочих паразитов трона, знавшему, как изменить все и сотворить новую, сильную, единую Империю. Именно сейчас, в идеальный момент, когда Пар-оол разбит, когда сильнейшие герцоги погибли в последней решающей битве, когда хаос только и ждет уверенной руки, которая может его приручить.
Бедная Кьяра Теренер, идеальное средство, обреченное на смерть.
Никогда еще Олтар не говорил так искренне:
— Мне жаль тебя.
  
28. Кьяра
 
Голова до сих пор трещала словно перезревший гранат: вот-вот взорвется, осыпая все вокруг красными зернами. Эта распирающая тяжесть мешалась с легкой эйфорией, какая бывает, когда выпьешь перебродившего сока, и вместе они оборачивались тошнотой.
Ситуация хуже некуда.
Кьяра с ненавистью смотрела в затылок сидевшему за широким овальным столом Олтару. В кресле без спинки, сложив руки поверх каких-то бумаг, мужчина выглядел бы уязвимо, имейся у нее оружие и возможность воспользоваться им. Но ситуация сложилась иначе, и даже не раздумывая, воин повернулся к пленнице спиной — посчитал, что обвитая заговорами девушка безопасна, какой бы злой она ни была и какие бы планы ни вынашивала.
Кьяра, расположившаяся на небольшой софе и прижатая спиной к глухой стене рабочего кабинета мастера безопасности, машинально проводила пальцами по ключицам, по шее, и подушечки обжигала странная полоса теплого воздуха, похожая на сбитую в ленты светящуюся паутину. Заклинание опутывало горло, грудь и живот прямо под одеждой и терялось в коже — ужасно мерзкое ощущение, словно на тебе прорастает что-то живое. Оно и было живым: мерцало, вибрировало волнами тепла, дрожало от прикосновений, становилось то плотнее, то тоньше.
Да, мастер безопасности был в сотни раз сильнее нее. Но он оставлял Кьяру за спиной, не допуская мысли, что она что-то может, и как бы унизительно это ни выглядело, его самоуверенность была Кьяре на пользу. «Только отвлекись — отхвачу такой кусок, что мало не покажется!» — злилась она, послушно следуя приказам мужчины.
— Он не придет, — стараясь говорить легко, заметила Кьяра. — Вы решили, что я ему важна. Но это не так. Я думала о том, что вы сказали: Дэмин Лоани и правда не стал бы себя связывать. Скорее всего, великий лекарь ждет, что вы меня убьете, а он освободится.
Олтар полуобернулся, и теперь девушка видела волевой профиль и дернувшийся вверх уголок узких губ:
— Помолчи, змейка, а то накажу.
— Я думаю, это трусливо — держать меня связанной. Боитесь, что перережу вам горло вашим же мечом?
— Твои путы — для великого лекаря.
— Он вас уничтожит.
— С этим заговором, — Олтар кивнул на обвивавшую Кьяру паутину, — не успеет.
— Вы переоцениваете мою значимость. Я наболтала того, о чем… ну, мечтала, снилось мне. Я же как под фатиумом была. Несла всякую чушь.
— Знаешь же, что чую ложь, — усмехнулся Олтар. — А вот и великий лекарь. Веди себя хорошо.
.
Дэмин вошел в кабинет широкими бесшумными шагами. Кьяра замерла, разглядывая его прорезающую пространство фигуру. Лицо Дэмина было спокойным, и лишь в глубине глаз вспыхнул огонь гнева, когда лекарь увидел сковавшую возлюбленную сеть, но тут же потух, прикрывшись безразличием.
Ни один мускул не дрогнул на лице — но на Кьяру обрушилась волна ледяной ярости, страха, боли, такая интенсивная, что она поджала колени к груди и спрятала в них лицо, стараясь унять это страдание и не дать предательским слезам заструиться по щекам.
— Интересно, — обратился к ней Олтар.
Кьяра подняла на мастера безопасности злые, красные глаза:
— Живот скрутило, — процедила она.
— Подойдешь ближе — и действительно скрутит, — резко предупредил Олтар Дэмина. — Думаю, не нужно объяснять остального.
 
— Кьяра, он причинил тебе вред? — не обращая внимания на Олтара, спросил Дэмин. Нежность и тепло, текущие через связь, окутали Кьяру теплым облаком.
— Нет. Напоил эликсиром, так что я рассказала про эр-лливи. Ничего больше.
— Не волнуйся, все будет в порядке. Олтар не идиот, он тебя не тронет, — улыбнулся Дэмин уголками губ, делая несколько шагов вперед. — Ведь он хочет моего содействия, а не схватки, а твои страдания приведут к его неминуемой смерти.
Олтар поднялся из кресла, и его массивная фигура заслонила от Кьяры Дэмина. Сразу стало тяжелее дышать.
— Не слишком ли ты уверен в себе, великий лекарь?
От напряжения между мужчинами трещал искрами воздух. Кьяре казалось, что он вот-вот загорится.
— Сними щит и дай мне проверить, что она цела. Все договоренности — лишь после этого, — раздался шелестящий яростью голос Дэмина.
Олтар некоторое время не отвечал, затем обернулся к Кьяре:
— Твой возлюбленный не верит тебе на слово, змейка.
Кьяра ощутила, какой яростью в Дэмине отозвалось это прозвище, и выплюнула, глядя Олтару в глаза:
— А вам бы хотелось, чтобы он был идиотом, верно?
Тяжелый взгляд мастера безопасности обрушился на Кьяру, но она только зло растянула губы в усмешке в ответ. Могла бы — набросилась, но хотя бы так.
— Издалека, — распорядился Олтар, и воздух вокруг Кьяры стал менее плотным.
Тут же волна прохлады и расслабления пробежала от ступней — и к лицу, остудила лихорадочный жар, уняла дискомфорт соприкосновения с зачарованной сетью, прогнала головную боль и тошноту. Внезапно на душе стало легко и спокойно, словно Кьяра оказалась в безопасности. Девушка встретилась взглядом с Дэмином — он улыбался!
— Хватит, — снова закрыл ее собой Олтар. Но ощущение безопасности и расслабления никуда не делось. Кьяра откинулась назад и ткнулась затылком в холодный камень. Внутри пульсировало ликование, причин которого она не понимала. Во рту кислило.
— Будь очень аккуратен с Кьярой, — тихо сказал Дэмин, и даже у нее самой побежали мурашки по спине от его голоса. Если бы кто-нибудь обратился к ней таким тоном, она бы уже рыла себе могилу, но Олтар только с уважением кивнул и указал великому лекарю на кресло. Тот проигнорировал предложение и остался стоять.
— Мы оба знаем: тебе не нужен двор, ты не любишь править и руководствовался иными причинами, приближаясь к императору, — сказал Олтар спокойно. — Война окончена, Пар-оол разбит, пар-оольцы на территории Империи мертвы, сама Империя закрыта от вторжения. Император мертв. Твой непобедимый союзник, черный герцог, мертв. Мертв и синий герцог, и желтая семья, и белая. Ты знаешь, что это значит — сейчас наступит хаос, с которым жалкий старик не смог бы разобраться даже с нашей помощью, и который однако можно обуздать. Великому лекарю не интересно этим заниматься, но такое под силу мне. Оставь это мне.
— Меня не интересуют твои мотивы. Ближе к делу.
— Ты принесешь присягу новому императору, подчиняющемуся мне. Подтвердишь его права на трон. Пройдет коронация, и император прикажет тебе больше не возвращаться во дворец и не мешать его и моему правлению, ты согласишься, заберешь Кьяру Теренер и покинешь дворец. До коронации она будет у меня, чтобы ты не нарушил нашего договора. Вы не будете видеться. Я не причиню Кьяре вреда, она — всего лишь гарантия твоего сотрудничества. Даю слово, что со мной девушка в безопасности.
— Однако моего слова, что я не стану мешать твоим амбициозным планам, тебе будет мало.
— Слишком велики риски.
— Понимаю. Поклянись на тайном языке, что не причинишь ей вреда и не спровоцируешь причинение ей вреда кем-либо другим, если я не буду мешать тебе возвести сына Лиамеи на трон.
— Ты хочешь, чтобы я поклялся? — усмехнулся Олтар. — Ты понимаешь, что Кьяра Теренер умрет мгновенно, если я захочу?