Лазурь и Пурпур. Месть или Любовь? (СИ)

— Мне нужна твоя помощь в двух крупных делах. После мы прибудем в Стратацит — и можешь быть свободна.
— Хорошо. Каких? Я готова приступить сегодня же.
— Для начала приведи ко мне Лиамею. У нее не должно сложиться впечатление, что это я чего-то от нее хочу, наоборот, пусть думает, что выполняю ее просьбу. Ей запрещено приходить ко мне одной.
Это было очень легко: Лиамея все время говорила о том, что хочет омолодиться. Но само то, что подобное предлагал Дэмин, было подозрительно. Кьяра никогда не пошла бы на такое.
— Вы причините ей вред?
— Не думаю, что это понадобится, — уклончиво ответил Дэмин.
— Нет, — твердо ответила Кьяра. — Вы предлагаете мне предательство подруги.
— Вы знаете друг друга меньше недели. Разве это дружба?
— Все равно. Нет, — мотнула для верности головой Кьяра.
— Если я пообещаю, что не причиню твоей подруге, — мужчина саркастически выделил голосом это слово, — вреда, ты согласишься?
— Нет.
— Почему же?
— Решу, что вы мне врете. Учитывая первый ваш ответ.
— Кьяра, я могу тебя заставить, — обманчиво мягко прошелестел Дэмин.
— Угрозой моей жизни?
— Так тоже.
— Тогда начинайте угрожать. Я приду к Лиамее, все ей расскажу, все расскажу ее другу Олтару, и мы придем к вам все вместе. Он терпеть вас не может. Ему будет очень интересно.
— Кьяра. — Лекарь поднялся и подошел к девушке вплотную. От него сейчас веяло такой опасностью, что у не слишком боязливой Кьяры сердце даже забилось быстрее. Словно проламывая ее защиту, Дэмин наклонился так, что его лицо оказалось совсем рядом с ее. — Да, я не стал бы тебя пытать, как и предавать смерти. И тебе очень повезло, что я терпелив с тобой. Но это не означает, что я мягок. Ты понимаешь, что сейчас делаешь?
— П-понимаю, — к своему стыду запнулась Кьяра. Ей казалось, что она смотрит в гипнотизирующие глаза змеи, и что сейчас ее проглотят вместе с костями. — Но я не могу, поймите и вы. Правда не могу. Лиамея очень хорошая, она мне верит.
— Ты слишком добросердечная для этого места, — вдруг смягчился голос Дэмина. Он стоял все так же рядом, и Кьяре было не по себе, но вместе с тем тянуло вперед.
— И оно меня сожрет, — упрямо ответила она.
— Скорее всего, сблизиться с тобой Лиамее приказал Олтар.
— Это не так. Олтар пугал меня, чтобы я не говорила с ней. Даже угрожал.
— И ты возмутилась его давлению. С тех пор вы встречались каждый день, а его рядом не было, — улыбнулся Дэмин. — Кьяра, Кьяра…
И он поправил прядь у виска девушки, нежно, почти невесомо. Кьяра ощутила тепло его пальцев у своей щеки и отшатнулась, прерывая транс.
— Дайте мне другое поручение, — проговорила она, глядя себе под ноги. Предательское сердце колотилось из-за никак не связанного со страхом чувства где-то в горле.
— Подожду, пока ты прозреешь и выполнишь это, — усмехнулся Дэмин, возвращаясь на скамью. — В конце концов, это ты стремишься скорее исчезнуть, у меня времени полно. Иди к себе. О побеге даже не думай, без моего разрешения дворец ты не покинешь.
.
Кьяра спускалась по широкой лестнице, перемахивая через ступеньки.
— Успокойся, — шептала она себе под нос. — Значит, нужно переписать инструкции еще пару раз, спрятать копии и договориться с другими лекарями. Вот и все. У тебя получится. Что бы лекарь ни думал, он тобой не владеет.
  
15. Кьяра
 
— Не представляю, как ты меня уговорила, — вздохнула Лиамея, оправляя пышную юбку, под которой в этот раз скрывались брюки для верховой езды. Носки простых, но хорошо подходящих для затеи сапог, выглядывающие из-под расшитого лилиями и хризантемами подола смотрелись смешно. — Я тут единственная женщина.
— Ну, тут еще я, — улыбнулась Кьяра, подтягивая стремена лошади.
— И все на меня смотрят.
— Потому что ты одета так, будто на пир собралась. Я же говорила, что надо выбрать что-то удобное.
— То, что в твоем понимании удобно, в моем — неприлично, — возразила Лиамея, смеряя колет Кьяры весьма красноречивым взглядом.
За ночь ветер нагнал облаков, и утро было холодным и пасмурным. Иногда принимался моросить дождь, больше похожий на мелко наструганный лед, под ногами хрустел песок. Лошади нетерпеливо переступали копытами, капли россыпью темнели на кожаных седлах, пахло мокрой шкурой. Кьяра, договорившаяся с Вартаном, опытным бойцом, тренировавшим не обладавших способностями шепчущих воинов, теперь закрепляла седло на лошади, которую привели для Лиамеи. Наложница, никогда не ездившая верхом, подготовилась основательно и выглядела великолепно — Кьяра подозревала, что на тренировке Лиамея надеется увидеться с Олтаром, который явно был ей небезразличен, — но напрасно: дождь уже прибивал к голове тщательно уложенные в высокую прическу волосы, и золотые украшения поверх голой кожи наверняка холодили руки и грудь. Один из воинов предложил Лиамее свой плащ, но женщина отказалась.
 
Стражи разделились на две группы, как и всегда на время тренировок: одна оставалась нести вахту во дворце, вторая — совершенствовала боевые умения. Шепчущие тренировки Вартана почти не посещали, они оттачивали мастерство по каким-то своим программам, так что Олтара Лиамея надеялась встретить зря. Мастер безопасности сам присутствовал только на обучении шепчущих, а когда Кьяра попробовала сунуться в закрытый магически двор, была мигом им обнаружена — Олтар выпроводил ее, наказав больше не появляться. Вышло досадно, но Кьяра надеялась подговорить одного из стражников показать ей пару приемов позднее, когда мрачный возлюбленный Лиамеи немного забудет о наглости Кьяры.
— Наложница Лиамея, — вежливо обратился Вартан к неуверенно топчущейся у лошади женщине. — Позвольте, помогу вам.
Лиамея охнула, поднимаясь в седло, но руки мужчины удержали ее, покачнувшуюся от непривычки. Кьяра заметила, как неуверенно Вартан снял ладони с узкой талии и улыбнулась этому смущению. Воин словно ощутил взгляд и повернулся:
— Кьяра, лошадь наложницы ведешь ты. Никто из моих парней ее не возьмет.
Он очень нравился Кьяре, простой и приятный мужчина, добрый, суровый и все равно веселый. В его жилах явно с чем-то мешалась кровь степняков, хоть он и не носил традиционных причесок и бороды. Загорелое лицо, исчерченное глубокими морщинами, было живым и приятным, а коротко обрезанные каштановые волосы с проседью не закрывали внимательных, узких глаз. Стражники любили и побаивались Вартана, как строгого отца. От него и правда веяло домом.
— Конечно, как и договаривались, — улыбнулась Кьяра.
— Ты из-за меня еще и на лошади не поездишь? — зашевелилась в седле Лиамея.
Кьяра подождала, пока Вартан отойдет, и ответила:
— Свою я тоже веду. Просто сначала научим тебя, а потом и я успею.
— Не стоило, — грустно заметила Лиамея, оглядываясь.
— Еще как стоило, — отрезала Кьяра. — Твоя жизнь разделится на до и после. Станем совершать конные прогулки вокруг дворца. Все наложницы будут завидовать твоей королевской стати.
— Да вас не выпустит никто, — хмыкнул Эфи, один из молодых парней-желтоземельцев, которого часто ставили с Кьярой в пару в бою. Он был быстрым, ловким, сметливым, бил больно и смешно шутил. — За пределами дворца сейчас находиться запрещено. Без нас, имею в виду.
— Подожди, — уточнила Кьяра. — Вартан говорил, что сам дворец очень хорошо защищен, а за внешними стенами располагается полоса лесов и полей, тоже закрытая магическим периметром. В ней же можно гулять?
— Сама у него спроси, — потянулся в седле Эфи, тряхнув золотыми кудрями. — Себя-то в бою покажешь, степнячка?
— Еще как! — хохотнула Кьяра. — Могу поспорить на метательный нож, что собью тебя с лошади дважды еще до того, как ты сможешь стащить меня.
— По рукам! — Эфи ударил каблуками бока коня и присоединился к шеренге, уже выходившей из ворот.
Кьяра, ведущая под уздцы двух лошадей, на одной из которых хваталась за луку седла Лиамея, шла предпоследней: за ней, как и обычно, ехал Вартан.