Ловец ласточек (СИ)

— С чего бы Марии называть твою способность бесполезной? Просто потому, что её нельзя продать? — спросила я, но Кир даже не шелохнулся.
— Марта? — раздалось из прихожей, и в кухне появилась сама Мария. — Наконец ты пришла. У тебя первый заказ. Вот адрес. Лучше отправляйся сейчас, кто-то из мальчиков может тебя подбросить.
Протянув мне бумажку и ничего больше не объяснив, она скрылась в дверном проёме.
— Я отвезу тебя, — оживился вдруг Петер. — Кир, передай ключи.
Тот молча выудил связку из кармана брюк.
— И ляг на диван, пожалуйста. Нехорошо спать за столом.
— Да-да, свалите уже, — проворчал он, не поднимая головы.
Пускай я долго ждала свой первый заказ и в какой-то мере даже отчаялась получить хоть один, я не обрадовалась и совершенно не чувствовала себя готовой. Очевидно, эту работу не мог выполнить никто, кроме меня, и по своей сути она не должна была оказаться сложной, но всё равно я волновалась, как перед экзаменом, представляя десятки вариантов того, как провалюсь. Неизвестная мне дорога с самого начала казалась слишком короткой, чтобы собраться с духом. Голова заныла от напряжения.
— Интересно, кто заказчик? — задумчиво произнёс Петер, сверяя направление с картой. — Мария ничего не написала?
— Нет, только адрес.
— Это в её духе — отправлять на первое задание с минимумом информации. Не волнуйся, уверен, всё пройдёт гладко.
— Ты сегодня такой счастливый, — заметила я. — Случилось что-то хорошее?
Петер как будто смутился.
— Да нет, ничего не случилось. Просто… Знаешь, бывает, иногда просыпаешься в хорошем настроении, и жизнь не кажется такой уж ужасной. Ну, это я утрирую, конечно, ха-ха. В общем, всё словно становится лучше. Бывает у тебя такое? Наверняка бывает. И ещё приятно кому-то помогать, даже по мелочи. А то совестно как-то, обычно только мне все и помогают.
— Понимаю. Хочется помочь взамен.
— Ага, именно.
В груди защемило. Я точно посмотрела на себя со стороны. Почему мы такие? Что сделало нас такими? Сможем ли мы однажды стать прежними? Прежними…
Память молчала. То немногое, что я узнала от других странников, не разбудило её. И я уже не была уверена, оттого ли это, что в чужих рассказах не обнаружилось ничего для меня значимого, или же мои воспоминания пропали навсегда. Месяц прошёл, а я всё ещё не могла ответить на вопрос, кем являюсь. Время не спешило расставить всё по местам. Жестокое.
— Скоро приедем.
Голос Петера оборвал мои печальные мысли. Я подняла глаза: городские постройки пропали. Перед нами лежала долина, устланная яркой в солнечном свете зеленью, с россыпью домиков и усадеб, пронизанной извилистыми железными дорогами, по которым сновали электрички, с заплатками пшеничных полей и садов, с прудами и пастбищами. Я испытала тёплое чувство ностальгии, словно была маленькой девочкой в родительском автомобиле, совершенно не представляя, куда меня везут.
— Это всё Тьярна?
— Пригородные районы. Граница королевства где-то в часе езды отсюда.
— Столько железных дорог…
— Да, на карте они выглядят как огромная паутина. И так на всём континенте, потому что самолётов нет.
— Здесь нет самолётов? — ошеломлённо выпалила я.
— А ты не знала? — Петер удивился не меньше меня. — По непонятным причинам их здесь не сконструировали. Зато есть первоклассные высокоскоростные поезда. Если честно, я очень боюсь высоты и об отсутствии самолётов даже не мечтал. Повезло мне попасть сюда.
— Если бы самолёты и были, летать на них тебя бы никто не заставил.
— Но потенциально это было бы возможно. А так я могу не беспокоиться о самолётах лишний раз. Ведь они пугают, даже когда просто видишь их в небе.
Я не стала отвечать. Своеобразная картина мира Петера и раньше приводила меня в недоумение, но я бы ни за что не осмелилась поставить её под сомнение. Потому что порой мне казалось, что она уже была сломана и собрана по кусочкам множество раз.
Вскоре мы въехали в один из посёлков и остановились перед аккуратным домиком, обнесённым невысоким забором. С нашим появлением местные заметно оживились: дети внимательно следили за нами с расстояния, взрослые ускоряли шаг, проходя мимо, но тоже поглядывали исподтишка. Только мы хлопнули дверьми автомобиля, как у калитки возникла старушка, маленькая, в выцветшем платьице и с собранными в тугой пучок белыми волосами.
 
— Вы из агентства, голубчики? — спросила она, щурясь. — Заждалась уже. Не топчитесь без дела — проходите. Кто из вас будет мне с огородом помогать?
— Это я.
— Хорошо, девочка, иди за мной. А ты, милок, тут обожди, у крыльца. Не мешайся, раз работать не будешь.
— Л-ладно.
Замерев на месте, Петер лишь растерянно махнул мне рукой.
Старушка взяла меня под локоть — хватка её оказалась куда сильнее, чем я ожидала, — и потянула на задний двор, где был разбит огород.
— Ума не приложу, что такое в этом году стряслось, — сетовала она. — Вроде и теплое лето было, и дождей хватало, да всё без толку. Ни кабачки с баклажанами не вызрели, ни помидоры с огурцами, и капуста пресная совсем. Ничего из них путёвого не сделаешь и не продашь, у соседей-то всё как надо созрело. Думала на грядках оставить, дать ещё времени, а что как холода придут? Тогда точно всё пропадёт. Беда, страшная беда. Небось соседи постарались, зависть взяла. Знаю я их, все как один гнилые. Ты вот что, милочка, — старушка вдруг понизила тон, — сможешь огородику моему силушки придать? Да так, чтоб всех соседей на место поставить. Чтоб впредь не забывали, с кем дело имеют.
— Сделать так, чтобы ваши овощи дозрели?
— Не просто дозрели, а стали самыми вкусными в посёлке. А лучше — во всём районе.
Утратив последние крохи уверенности, я кивнула и повернулась к огороду. Ровные ряды грядок за низеньким плетнём. Стоило ожидать, что масштаб заказа будет больше цветочного горшка. Я не знала, как много магии могу потратить за раз и хватит ли этого. Однако мне ничего не оставалось, кроме как попытаться.
Я опустилась на колено перед плетнём и упёрлась ладонями в землю. Закрыла глаза. Главное — как можно яснее представить желаемый результат. До этого именно так я заставляла косточки прорастать, а едва завязавшиеся бутоны распускаться. Кончики пальцев начало покалывать — магия полилась наружу. Интуиция подсказала момент, когда пора было остановиться. Прошла всего пара минут. Я выдохнула, поднялась на ноги и потёрла лоб, чувствуя лёгкую усталость.
— Ну что, милочка?
— Я закончила.
— Уже? Всё дозрело?
— Ах, нет, дозреет только завтра. Должна пройти ночь.
— Завтра… — Старушка нахмурилась и почесала щёку. — Тогда денег вы не получите.
Я до того удивилась, что растеряла слова, но мой взгляд оказался достаточно красноречив.
— Результата-то нет, — развела старушка руками. — За что мне платить-то?
— Но мы ведь ехали в такую даль…
— Ехали и приехали, это я вижу, а вот результата что-то не видать. Откуда ж мне знать, что вы меня не обманули? В наши времена всяким незнакомцам нельзя доверять, особенно молоденьким девицам и паренькам с симпатичными мордашками. Не-е, пока мои помидоры не созреют, ничего от меня не дождётесь. Тоже мне странники. Одно название.
Фыркнув, она побрела обратно к крыльцу дома. Я поспешила за ней. В сущности, деньги мне не были нужны, но сложившаяся ситуация, тем не менее, меня расстраивала. И даже не потому, что мой труд остался без оплаты. Скорее, из-за того, что его не признали.
— Получается, завтра, когда всё созреет, вы будете готовы заплатить? — с надеждой спросила я, чем привлекла внимание Петера. Пока ждал, он вытоптал у крыльца пятачок травы, а теперь остановился и с подозрением смотрел в мою сторону.
— Сначала до этого завтра надо дожить, — отозвалась старушка, тяжело поднимаясь по ступенькам. — Всё, езжайте, у вас, глядишь, ещё много дел.
— Стойте, минутку… — попытался задержать её Петер, но старушка юркнула в дом и хлопнула дверью. — Что произошло?