Панк-рок. Предыстория. Прогулки по дикой стороне: от Боба Дилана до Капитана Бифхарта

В 1964 году Заппа выкупил полюбившуюся ему студию на честно заработанные композиторским трудом средства, переименовал ее в Студию Z и переселился туда жить. Начав подготовку к съемкам своего блокбастера, неутомимый Фрэнк купил по дешевке у какой-то обанкротившейся киностудии набор декораций, загромоздил ими всю свою студию, а часть реквизита (вроде картонной ракеты) соорудил и раскрасил сам. Он также начал работу над сценарием, о котором известно не много. Бифхарту предстояло обитать на другой планете в условиях, максимально приближенным к земным. Как и всякий уважающий себя супергерой, он обладал сверхспособностями – для этого ему достаточно было выпить банку «Пепси». Когда к Капитану в комнату заходила его мама и просила прибраться, супергерой орал на нее: «Сью, заткнись и дай мне пепси!!». К сожалению, фильм про Капитана Бифхарта постигла такая же плачевная участь, как и подростковую рок-оперу. Это произошло после того, как Фрэнк Заппа был арестован и заключен в тюрьму – полицейский агент в штатском заказал ему саундтрек «порнографического» содержания. Однако, как оказалось, Капитан Бифхарт способен пережить даже подобную катастрофу галактического масштаба.
 Глава четвертая, в которой читатель знакомится с Волшебной группой 
До того как полиция накрыла тихий омут Студии Z, компании местных музыкантов прибыло. По выходным Дон Влит начал прихватывать на студию своих младших знакомых из Ланкастера – Дага Муна и Джерри Хэндли. Вместе с Заппой вся компания дружно джемовала, репетировала и экспериментировала. Тем временем профессиональная карьера Алекса Снауффера в казино не задалась, и осенью 1964 года он вернулся в Ланкастер, чтобы собрать новую группу со своими старыми знакомыми. Получив опыт работы в профессиональной группе, Алекс был полон уверенности и легко завоевывал авторитет у младших товарищей – Муна и Хэндли. Помимо них, Снауффер взял в свою группу и Дона Влита – неожиданно выяснилось, что Дон научился отлично играть на губной гармошке. Постоянное место за барабанами занял Вик Мортенсен – друг Фрэнка Заппы, который незадолго до этого и научил Дона играть на гармошке. Оставалось только придумать имя – и тут на ум кому-то из участников пришло название «Капитан Бычье сердце и его Волшебная группа». По тем временам название звучало каким-то абсурдом – словно ансамбль был набран из героев детского комикса. Неудивительно, что, когда будущий барабанщик группы Джон Френч впервые услышал это название, он согнулся пополам от смеха. Кроме того, Алекс и Дон взяли творческие псевдонимы: Снауффер решил избавиться от фамилии и превратился в Алекса Сейнт-Клера, а Дон, подчеркивая голландское происхождение, добавил к своей фамилии приставку «Ван».
На тот момент Ван Влит по-прежнему держался особняком. Один из его знакомых вспоминал, что Влит «попадал в категорию суровых парней, потому что с ним никто не разговаривал… Такой парень может запугать тебя до усрачки»[29]. Не все знакомые Дона были уверены в том, что на деле он столь же суров, как кажется, однако на всех производила впечатление искусно вылепленная Влитом голова волка-оборотня – он украсил ею руль своей машины. Сам же Дон перебивался от одной работы к другой. Согласно разрозненным свидетельствам, он успел поработать упаковщиком в магазине, художником в газете, техником-гидравликом в авиакомпании, копателем бассейнов и даже продавцом пылесосов. Самым большим достижением его ранней карьеры стала продажа пылесоса Олдосу Хаксли. История гласит, что молодой торговец постучался в дверь к известному писателю с пылесосом наперевес. После того, как Хаксли открыл дверь, Влит вежливо представился и провозгласил: «Сэр, эта штука сосет[108]!». По всей видимости, это стало достаточным аргументом для покупки. На свое первое выступление с группой Дон, чтобы подстраховаться, тоже решил захватить пылесос. Предвосхищая подвиг Игги Попа, в перерыве концерта он подключил пылесос к усилителю, а затем устроил шоу с танцующими мексиканскими бобами[109]. «Я устроил художественное представление, людям понравилось, – комментировал впоследствии Дон. – С этого момента я и покатился…»[30].
 
Из всех участников свежеобразованной группы профессиональный опыт имел только Алекс Снауффер. Да и сами музыканты планировали просто играть по местным клубам, а не покорять хит-парады. «По сути, мы собрались вместе из любви к блюзу»[31], – комментировал ситуацию много лет спустя Джерри Хендли, которому пришлось переключиться с гитары на бас. Неудивительно поэтому, что место у микрофона доверили Дону Влиту, который до этого практически не выступал перед аудиторией – только на дружеских вечеринках, хорошенько приняв на грудь. Тем не менее в голосе Дона было что-то особенное, что привлекало его коллег. По мнению Джерри Хэндли, это была «… уникальность, способность петь блюз и звучать по-настоящему. Мы не имитировали. Он мог звучать как Мадди Уотерс, но при этом мы звучали как самоценная группа» [32]. Как и его друзья, Влит был настоящим энтузиастом блюза, но, вероятно, дело было не только в этом. Согласно одной из легенд, его дедушка владел плантацией и был постоянно окружен негритянскими песнями, так что традиционная музыка Юга присутствовала у Дона где-то на уровне ДНК.
 Глава пятая, в которой Капитан учится издавать рык и записывает первый сингл 
Ортодоксальный подход к музыке отличал Captain Beefheart and his Magic Band от других, более молодых групп, которые начали постепенно возникать в тех пустынных краях. В то время как их конкуренты старались имитировать новомодных The Yardbirds и The Rolling Stones, Мэджик Бэнд «держался корней», ставя в основу своего репертуара традиционные блюзы. Однако играть песни Роллингов им тоже приходилось – сугубо из экономических соображений. Дон особенно ненавидел пребывать в роли Джаггера. Один из друзей группы вспоминает, что после того, как Влиту предложили разучить новый сингл Stones "Get Off Of My Cloud", пластинка просвистела в опасной близости от головы предлагавшего.
Под строгим руководством Алекса Снауффера Мэджик Бэнд отточил свое звучание, заиграл мощнее и тяжелее всех конкурентов. Алекс установил в группе суровую дисциплину. Но Дон и здесь демонстрировал характер – нередко опаздывал на репетиции или откровенно скучал во время очередного прогона. Были и другие проблемы. Нередко Влиту приходили в голову идеи относительно того, что можно добавить в ту или иную песню, однако здесь он сталкивался с затруднением: не имея ни малейшего понятия о музыкальной теории, он не мог объяснить остальным, чего хочет. Обстановка накалялась, и Дона ставили на место, объясняя, что сначала ему нужно хотя бы немного изучить «матчасть». Несмотря на редкие конфликты, группа определенно прибавляла – первым успехом Captain Beefheart and his Magic Band стала победа в одной из местных Битв групп. Барабанщик Вик Мортенсен вспоминал, что выступление ансамбля произвело на зрителей ошеломительный эффект: «Все перестали танцевать и уставились на нас, разинув рот». Под впечатлением был даже фронтмен Мэджик Бэнда: «К тому моменту, как Дон закончил петь, у него в глазах появились слезы, они просто катились по щекам» [33]. Джон Френч, барабанщик более молодой конкурирующей группы The Maltesemen, просто вышел за дверь – понял, что при таком раскладе у его команды нет шансов.
Следующее выступление, вошедшее в историю The Magic Band, состоялось в апреле 1965 года в лос-анджелесском театре «Голливудский Палладиум», где проходила ежегодная ярмарка для подростков и выступало большое количество молодых коллективов. Captain Beefheart and his Magic Band, будучи одними из хэдлайнеров, получили возможность и себя показать, и на других посмотреть. Дон Влит обратил внимание на The Maltesemen, особенно запомнив техничную игру 16-летнего Джона Френча, но еще больше его впечатлил начинающий блюзовый коллектив Rising Sons. Место у микрофона занимал суровый чернокожий вокалист, именовавший себя Тадж Махалом, однако внимание Бифхарта было приковано к 17-летнему гитаристу группы Раю Кудеру. На своей слайд-гитаре юный Кудер с немыслимой для белого музыканта достоверностью воспроизводил звуки древнего дельта-блюза. Басист Rising Sons Гари Маркер вспоминает, что в какой-то момент, посмотрев со сцены в зал, он узрел в первом ряду «странноватого парня с детскими голубыми глазами на очень бледном лунообразном лице». Странноватый парень в кожаном пиджаке имел «абсолютно пораженное и ошарашенное выражение лица – как будто он только что обнаружил у себя в комнате труп лучшего друга». Когда завершился очередной блюз, необычный субъект стряхнул с себя оцепенение, схватил руку стоявшего рядом с ним парня и стиснул ее железной хваткой. По воспоминаниям Маркера, «он показал на Кудера, а затем сквозь зубы прорычал своему узнику: "Вот эту херню я имею в виду! Понял?! Теперь врубаешься, о чем я говорю, мать твою?!"»[34].