Панк-рок. Предыстория. Прогулки по дикой стороне: от Боба Дилана до Капитана Бифхарта

Итак, вдумчивый музыкальный анализ показывает: "Trout Mask Replica" оказывается не «атональным» и «неритмичным», а политональным и полиритмичным альбомом. Он интересен тем, что лишает слушателя возможности «зацепиться» за удобные пульс и тональность. Ритмы постоянно скачут с одного размера на другой, временами накладываясь друг на друга; то же самое можно сказать и о мелодиях: даже относимые к конкретным тональностям, они не имеют тонального центра – то есть не могут переходить от неустойчивых созвучий к столь удобным для слушателя разрешениям (составляющим значительную часть нашего удовольствия от прослушивания любой музыки). Каждое состояние этой музыки кажется неустойчивым: мы вынуждены постоянно ощущать себя на шаткой доске, которую из-под нас в любой момент может выдернуть коварный Капитан. В этом тексте уже говорилось о том, что Ван Влит лишал своих музыкантов уверенности и опоры, не позволяя им играть привычными им способами. Можно сказать, что схожий фокус он проделывает и со своим слушателем. И если музыканты Мэджик Бэнда в результате неортодоксальных капитанских методов открывали для себя совершенно новые исполнительские горизонты, то хочется верить, что новые возможности (восприятия музыки) открывают в себе и слушатели "Trout Mask Replica".
Еще одной интересной особенностью "Trout Mask Replica" является то, что он не стареет. Многие альбомы, «опередившие свое время», добились лишь тактической победы: сегодня они ценятся только историками и преданными поклонниками. Бифхарт и Мэджик Бэнд сделали нечто иное – они записали альбом, который оказался вне времени. На протяжении последних десятилетий он регулярно включался и продолжает включаться в самые разные списки «лучших», «значимых», «важных» и «повлиявших» пластинок; пластинка получила такое количество изысканных похвал от авторитетных критиков и известных деятелей искусства, что только из этих отзывов уже можно составить отдельную книгу.
Британский критик Бен Уотсон отмечает, что альбом Бифхарта не имеет аналогов: «"Trout Mask" – это единственная пластинка в истории, к которой нельзя «подготовиться», слушая другую музыку»[207]. Многие также отмечают тот факт, что "Trout Mask Replica" требует времени на расслушивание. Среди тех, кто поначалу невзлюбил альбом, а затем полюбил всей душой, оказался и создатель «Симпсонов» Мэтт Грэйнинг: «Я впервые услышал "Trout Mask", когда мне было пятнадцать лет. Я решил, что ничего хуже я в жизни не слышал. Я сказал себе: "Да они даже не стараются!" Мне это показалось дурной какофонией. Тогда я послушал пластинку еще пару раз, потому что не верил, что Фрэнк Заппа мог так со мной поступить – и еще потому, что двойной альбом стоил кучу денег. И примерно к третьему разу я понял, что они это делают специально: такого звучания они и добивались. Примерно к шестому или седьмому разу меня перещелкнуло, и я пришел к выводу, что это величайший альбом из тех, что я слышал» [208]. "Trout Mask Replica" также называл своим любимым альбомом даже Дэвид Линч – что, вероятно, лишний раз подтверждает «визуальность» этой пластинки и музыки Бифхарта в целом. Джон Пил, один из главных поклонников капитанского творчества, отмечал, что значение пластинки выходит далеко за рамки рок-музыки: «Если в истории популярной музыки и было что-то, что можно было назвать произведением искусства так, чтобы это могли понять люди, занятые в других областях искусства, "Trout Mask Replica", вероятно, и есть это самое произведение»[209].
Неудивительно, что эпитет «гений» неоднократно навешивался на Дона Ван Влита восторженными слушателями. А как насчет злодейства? Безусловно, по прошествии лет мрачные свидетельства очевидцев и соратников оказываются в тени восторженных рецензий и топ-списков. В этом есть своя правда: в конечном счете единственное значение для большинства слушателей имеет музыка. Но что же имеют сказать о Доне те музыканты, которые жили и творили с ним под одной крышей Форельного дома? Билл Харклроуд, наиболее лояльный к Ван Влиту музыкант, называет его «большим застенчивым парнем, который выставлял напоказ другую сторону… Ребенок, которому очень больно. Вот почему он мне нравится, иначе я никогда не вытерпел бы от него столько всего»[210]. Основатель Мэджик Бэнда Алекс Снауффер, комментируя привычку Ван Влита жаловаться на обстоятельства и окружающих, замечает: «Единственное, что мешало Дону – это сам Дон»[211]. Наиболее лаконичный вывод делал Даг Мун: «Я абсолютно, без всяких оговорок, верю в то, что Дон подверг себя демоническим влияниям»[212]. Джефф Коттон заявлял, что простил[213] Капитана, а Джон Френч, пожалуй, наиболее критично настроенный член Мэджик Бэнда, объясняет, что музыканты продолжали работать с Ван Влитом, «потому что нам с ним было хорошо… временами – не всегда. Я всегда мечтал о том, что когда мне будет девяносто лет, мы просто сядем с ним рядом и посмеемся надо всем, что было, – кто прошлое помянет, тому глаз вон. Этому не суждено было случиться… В конце концов, я считаю, что это была привилегия – хотя определенно с ироническим оттенком – быть связанным с именем этого человека. Я научился достигать вещей, которые считал недостижимыми, как и другие, кто работал с Доном»[214].
 
За сверхспособности, обретенные под руководством Каптитана, члены Мэджик Бэнда заплатили немалую цену: «Он оставил свой след на каждом из нас»[215], – комментирует Фрэнч, который после общения с Бифхартом разучился слушать популярную музыку. Более того, оказалось, что феноменальные навыки, которые члены группы развили под командованием Дона, они просто не способны применять «на стороне»: никто из участников «форельного» состава так и не смог найти себя в какой-либо другой группе[150]. Билл Харклроуд отказался от выступлений и стал гитарным учителем, Джефф Коттон и вовсе ушел из музыки, а имя Джона Френча чаще всего оказывалось заметным на афишах памятных реюнионов Мэджик Бэнда. Джон продолжает сочинять музыку, однако она не находит отклик у широкого слушателя: «Люди советуют мне сочинять нормальную музыку, но то, что я сочиняю, мне кажется нормальным»[217].
Кажется, что попав под влияние Капитана, каждый музыкант, даже сам того не желая, проводил черту – и весь остальной мир с его музыкой и его законами оказывался по другую сторону. Неудивительно поэтому, что "Trout Mask Replica", как и многие другие альбомы Бифхарта, оказали сильнейшее влияние на формирование панк-рока и панк-рокеров. Цитата лидера Sex Pistols Джона Лайдона уже приводилась в эпиграфе; не меньшие восторги испытывал и фронтмен The Clash Джо Страммер, который сообщал, что когда ему было шестнадцать, «это была единственная пластинка, которую я слушал – целый год»[218]. Список высказываний легко можно продолжить. Безусловно, альбом "Trout Mask Replica" унаследовал черты характера своего создателя: невероятная интенсивность (сравнимая с ядерным реактором), грубость и агрессивность – эти черты были весьма нетипичными для музыки 1960-х годов. Говоря о 1960-х, интересно также заметить, что по части «накачивания» рок-музыки хаосом фри-джаза Капитан шел параллельным курсом с современниками из MC5 и The Stooges. Но было и то, в чем Бифхарт добился полного превосходства: "Trout Mask Replica" стал недостижимым образцом того, насколько смело и радикально можно «обнулить» все предыдущие достижения рока, как безжалостно можно сломать все правила и незыблемые законы, по которым принято строить музыкальные композиции. Это пример абсолютного отрицания и полной свободы – звучавший грубо, колюче, агрессивно, шокирующе, с полубезумным, маниакальным драйвом. Это пластинка, которой было здорово пугать родителей и соседей – и при этом она обладала странной притягательностью и жизненной силой. "Trout Mask Replica" оказался странным зверем (или другой рыбой), в котором узнавали себя все, кто чувствовал себя странным, неправильным, некрасивым, невписывающимся или попросту одиноким.