Чёрная шерсть (СИ)

— Откуда столько огров в этих землях? Наш народ редко борется с ними, чаще сотрудничает. 
— Да, ведь у них тоже характеры разные… вот поселилась рядом семья под двадцать голов… работать не хотят, только воруют! Мы пытались их вразумить, что так нельзя, и предупреждали, что будем убивать, но они в ответ лишь зафыркали. Когда же мы убили двоих воров, огры стали мстить и ещё больше пакостить. Однажды наша дочь пошла к границам цветочки пособирать — там большие подсолнухи растут — и как дошла, так там её и поймали, накинувшись толпой! Моя девочка, хоть и большая, но и огры не слабые! Двух-трёх она раскидала, а четвёртый ей на голову булыжник опустил. Просили плату в пятьсот серебряных накз, коих у нас не было. Мы живём хорошо, но не настолько! — возмущённо рассказала Тирсан. 
— И что же вы сделали? 
— Мы собрали несколько наших семей, из которых половина умеет обращаться с оружием, поднялись на пригорок и видим: дочь наша лежит, связана по рукам и ногам. Мы достали нужную сумму для выкупа, заняв у других. Но просто так огров отпускать не собирались! Встретившись с ними, мы кинули мешок с деньгами, а они решили не отдавать нам дочку! И уже поднесли к ней нож, когда наши лучники дали залп и убили сразу четверых. Оставшиеся огры побежали прочь, бросив и деньги, и девочку. Мы её освободили да вернулись домой. А эти гады так и бегают туда-сюда. Их всё равно много осталось, вот мы и боремся с ними! 
— Спасибо за ваш рассказ, но мы торопимся и не можем упустить след убийц герцога, а ещё за нами идёт корабль с эльфом во главе. Они преследуют ту же цель! 
— Да, конечно, только возьмите несколько морковок, что выпали из ведра этих воришек, — предложил Умбадор. 
Морковь, что подарили великаны, была размером с человеческую ногу. А по вкусу — сладкая и сочная! Люди поблагодарили великанов, после чего Гамбол обошёл корабль и слегка подтолкнул его сзади. Чуть позднее на корабле услышали звучание трубы, затем — ещё раз, только гораздо дальше, а в последний раз — уже совсем далеко. Трубный зов продолжался, пока их не перестали слышать. 
Проходя через Ариаф, компания увидела бурную жизнь великанов и фермеров на их землях. Стали появляться мосты, поднятые толстыми тросами, и улыбчивые лица фермерских детишек, наблюдавших за гигантами. Некоторые великаны перепрыгивали реку, а другие переходили по дну, и люди на корабле видели лишь половину туловища или только лохматые головы — так и понимали, насколько река глубока. Пока корабль шёл по реке, люди наблюдали за абсолютно ровными возделанными полями, засеянными разными культурами. Там были редис, морковь, пшеница и многое другое. 
Некоторые жители отдыхали, смотря на проходящий мимо корабль. Были и те, кто приветливо махал рукой. И тут один великан решил подтолкнуть корабль; он спустился в воду, подняв волну. Опёршись на заднюю часть, силач упорно пошёл вперёд, толкая судно. Корабль развил хорошую скорость, и его отпустили. 
— О, гляньте, молодые великаны на палках дерутся! 
Удар, удар и ещё удар! Они были такой силы, что щепки деревьев летели в разные стороны. Один из великанов увернулся, а другой, промахнувшись, не удержал ствол дерева и выпустил из рук. Огромное бревно перелетело через корабль и упало в воду, облив всех. 
Люди начали было ругать молодого, но не успели сказать и пары слов, как парню досталось тумаков от матери. Великанша-мать оказалась красивой: очень длинные светлые волосы, серые глаза и приятный голос. Среди тех, кто только слышал о великанах, ходит миф, что они отвратительны внешне, да только это — всё выдумки. Они выглядят почти как люди, только намного выше, а по силе — несравнимы! 
Ещё они никогда не воевали, кроме одного раза на своём родном континенте. Тогда из океана вышло несколько тысяч мутантов примерно в полтора раза больше человека… Тогда много великанов погибло, но сейчас никаких крупных войн не случается. 
*** 
Простившись с гоблином, ребята подумали о том, как и куда идти дальше. 
 
— Начинается лес, и мне лично не хочется по нему шляться! Во-первых, таги побежали именно туда. Когда мы сели, если можно так сказать, на быка, я увидел следы, а потом мы с ними разошлись! А во-вторых, я слышал истории в таверне про оборотней в этом лесу и то, что он не просто так зовётся волколачьим. Да и в южном участке Совиного леса тоже могут обосноваться. Может, это и сказки, а если — нет? Что если мы встретим этих тварей? Считай, всё, смерть! — выступил Рамол. 
— Да ладно тебе, Рамол, какие оборотни? Леса практически возле тракта и города Уста! — с лёгкой насмешкой напомнил Тир. 
— У нас в лесу под Имрилем таги бегают стаями, а ты поверить не можешь, что оборотни возле Усты себе логово нашли? Давайте двинемся в город, лес надо обойти. Я не желаю сдохнуть, не узнав правды! — предложил Самэль. 
Тир стал было дуться, да вспомнил, что им уже не по десять лет, и друзей таких ещё поискать надо, а то и не найдёшь вовсе. 
— Ладно, Самэль, я с тобой пошёл затем, чтобы поддержать, а не пререкаться. Через город, так через город, только давайте свои имена поменяем! И про родителей будем молчать, да и откуда мы и куда идём — секрет! Не уверен, зачем это нужно, но лучше пусть будет так. 
— Ну, тогда придумай историю, что мы делаем в этом городе? 
После часа пути Тир придумал вот что: 
— Я — Ван, ты, Самэль, Мушой будешь, а ты, Рамол — Ситором. Идём к деду, что один живёт вверх по реке. Мы решили проведать старика, в надежде, что он ещё жив. 
— Думаю, подойдёт история, и не подкопаешься. Только теперь имена запомните свои. Пошли, найдём где-нибудь место, костерок разожжём, — предложил Рамол-Ситор. 
— Нам до города больше двух недель добираться! Мне захотелось там побывать, прям очень интересно, — загорелся Тир-Ван. 
Местность от самого озера и до леса шла холмистая, с множеством одиноких деревьев. Компания решила расположиться в низине, возле большого дуба. Через полчаса улетавший ранее ар'юн вернулся на огонёк. Ребята заметили, что зверёк стал покрываться шерстью, и цвет глаз его сменился с коричневого на жёлтый. Шерсть серая, почти седая, но пока очень короткая. Они ничего об этом существе толком не знали, кроме личного опыта. 
Сев на верхушку дерева, а потом спустившись на нижнюю ветку, ар`юн словил половину кроля в воздухе. Маленькие зубки стали потихоньку откусывать от кроличьей плоти небольшие кусочки. Он поглотил сколько смог, а остальное припрятал между веток, потом спустился и начал показывать жестами в сторону леса: ар'юн — справа от них, а гора — слева. Сначала зверёк двумя лапами показал челюсти, а когда Тир встал и стал смешно изображать оборотня, тот только покачал головой и указал ладонью, знаками показывая, что меньше. Потом Самэль, пропустив версию с тагами, спросил: не волки ли там? В ответ получил палец в его сторону и кивок. 
— Мы могли бы и по лесу пройтись, у нас же помощник есть! — воскликнул Тир. 
Ар'юн понял, что говорят про него, показал на небо, а после — на глаза, закрывая их. 
— Ты ночью плохо видишь? — сообразил Рамол. 
Кивок в ответ. 
— Ясно. 
— Этот поганец мог и раньше сказать, но он летает где-то всё время! — возмутился Тир. 
— А он нам ничего не должен! — развёл руками Самэль. 
— Да как же! Мы кормим его и поим. На груди согреваем! — продолжал Тир. 
Ар'юн, резко обернувшись, отлетел куда-то в лес. Вернувшись, он швырнул в сторону Тира большой гриб и парочку ягод. 
— А-ха-ха, во-первых, можно подумать, что он смерти твоей хочет, ибо гриб этот для нас несъедобен, а во-вторых — что он может и сам о себе позаботиться! — усмехнулся Рамол. 
В ответ животинка взяла палочку, протыкая жёлтую ножку, и протянула гриб к костру. 
— Понятно всё с тобой. Но ты не можешь быть один почему-то, не отрываешься от людей или гномов… уж не знаю твоей истории. Странно это, вроде и ум у тебя, как у человека, но молчишь… да хорошо, хоть так. Если бы не ты, таги бы нас сожрали! — рассудил Самэль.