Полная история Нежинского (СИ)

  
Глава XIV
 
Музыка не затихала, заметно влияя на работоспособность. Бывают люди, которым она, напротив, помогает сосредоточиться. Но, в моём случае, шум отвлекал и без того уставший разум, не давая сконцентрироваться на задачах.
Судя по звукам, у Камилы шла небольшая вечеринка. Точнее, что-то вроде девичника. И останавливаться девушки явно не планировали.
  
Я поймал себя на том, что машинально слежу за ритмом, порой отбивая такт пальцами по столу. Одновременно с этим, внешний звук давил мысли в голове, вынуждая тратить больше времени на то, чтобы просто подумать.
В какой-то момент ярко полыхнула идея о том, чтобы постучать девушке в дверь и попросить быть потише. Но, если учесть весь контекст — от нашего общения, до её помощи с заказом, проявлять агрессию не хотелось. Что означало — скорее они затащат меня на вечеринку, чем я заставлю их сбавить обороты.
При иных обстоятельствах, перспектива оказаться в небольшом пространстве с тремя веселящимися девушками, пожалуй, могла бы меня увлечь. Но сейчас расслабляться было никак нельзя. Не говоря уже о том, чтобы выпустить из-под управления эмоции. Тогда наружу хлынет всё. От ненависти к бывшим партнёрам, до гнева ко всем, кто последние годы жрал мою жизнь, отгрызая по маленьким кусочкам и делая это так ловко, что я ничего не понимал. Осознав только после того, как всё рухнуло, и люди решили, что теперь меня вовсе можно разорвать в клочья.
Выдохнув, я снова посмотрел на стену. Раз подобные мысли закрутились в голове, значит, процесс уже пошёл. А ведь я успешно управлял ими с момента прибытия в Лаферрере.
Встав на ноги, окинул взглядом сумки, пытаясь понять, какая именно мне нужна. Я точно помнил, что положил наушники в одну из них, а не в чемодан. Но вот в какую именно — мозг вспоминать наотрез отказывался.
В итоге принялся проверять все по очереди. С третьей попытки отыскав наушники. Отлично. Включил их, законнектил с телефоном, и после недолгого размышления, запустил трек с белым шумом. После чего врубил шумоподавление.
Спустя несколько минут понял, что ровный гул действует слишком успокаивающе — меня начало отключать прямо на рабочем месте. Взяв в руки телефон, нашёл другое фоновое аудио. В этот раз — с шумом лесной реки. Добавил громкости, чтобы перекрывать соседскую музыку. И вернулся к работе.
Первым делом закончил с отбором кандидатов в исполнители у каждого из проектов. Потом ещё раз пробежался по списку контрольных вопросов, составленных для каждого из них. Ответы на которые должны были помочь с выбором фрилансера. После чего принялся рассылать их в личные сообщения.
Закончив, какое-то время подумал и продублировал те же вопросы ещё группе фрилансеров, не выбирая их официальными кандидатами в проектах. По моей первой оценке, они оказались во втором эшелоне, но, в теории, могли быть неплохими специалистами. В конце концов, вся моя оценка строилась на отзывах, возрасте профиля и тех данных, которые они о себе указали. Если вспомнить, что далеко не все люди умели работать с подачей информации, выводы могли запросто оказаться ошибочными.
К моменту, когда разобрался и с ними, пришёл первый ответ в личные сообщения. Следом за ним ещё один. Части специалистов на связи уже не было — часовые пояса были не менее бессердечны, чем гравитация. Но те, что находились в режиме онлайн, старались ответить максимально быстро.
Всем, чьи ответы на первый блок вопросов оказались удовлетворительными, я отправлял следующие. Тем же, кто не проходил «тест», высылал шаблонное сообщение о том, что наше сотрудничество, к сожалению, окажется невозможным. По своим собственным ощущениям, прекрасно знал, как неприятно, когда потенциальный клиент просто берёт и выпадает из беседы.
Обработав всех, кто откликнулся, переключился на аккаунт фрилансера. И теперь уже сам разбросал заявки по новым проектам. Вернувшись к профилю работодателя, обнаружил там новые уведомления об ответах, но решил сначала немного размяться. А потом уже ввязываться в новый раунд переписки. Не так уж это и просто — выбрать исполнителей сразу по трём проектам, пытаясь оценить сразу целую группу фрилансеров.
Поднявшись, прошёлся по комнате. Поставил вариться новую порцию кофе. Организм уже с трудом воспринимал напиток, но мне было необходимо как-то взбодриться, чтобы довести дело до конца. Хотелось завершить отбор сегодня, чтобы завтра фрилансеры уже приступили к делу.
Пройдясь по комнате, запнулся об одну из сумок и правый наушник выпал из уха. А наклонившись, чтобы его поднять, я услышал за стеной женские голоса, которые были хорошо различимы на фоне играющей музыки.
— Напиши ему, Кам! Я хочу посмотреть на этого твоего красавчика! Скажи, нам тут нужна помощь. Придумай что-нибудь.
— Это нечестно! Сама нас заинтриговала, а теперь не желаешь показывать.
На секунду замерев с наушником в руке, я усмехнулся, достав из левого уха второй. Скорее всего, девушки предполагали, что их не слышно из-за громкой музыки. Благополучно позабыв, что это работало бы только в том случае, если бы музыка играла рядом со мной. А не наоборот.
Хотя ответ Камилы у меня разобрать не удалось. Что-то она точно сказала, но вот точный смысл фраз я не уловил.
Мысль о том, чтобы выйти в коридор и постучать в дверь, стала ещё более соблазнительной. Тем более, с момента выхода из больницы я ни разу не был с женщиной. Да и во время лечения любые интимные контакты, понятное дело, были исключены. Ситуация изменилась только перед самой выпиской. Но в тот момент навещать меня уже было некому — недавняя невеста вовсю старалась в постели перуанского бизнесмена.
Так что три месяца воздержания здорово давили на разум. Не говоря уже о том, что Камила мне явно симпатизировала, да и сама вызывала определённые эмоции. Что в моём случае являлось значимым фактором.
Но и обратная сторона медали тоже никуда не делась — стоило глянуть в сторону открытого ноутбука, на экране которого светилась главная страница Апворка, как в голове тут же замелькали цифры долгов.
В итоге, я всё же сдержался. Дождавшись пока сварится кофе, наполнил чашку и вернув на место наушники, снова погрузился в работу.
На то, чтобы провести «собеседование» со всеми кандидатами, что оказались онлайн, у меня ушло около полутора часов. Со стороны, задача казалась относительно простой, но на деле отнимала немало времени. Даже с заранее подготовленными вопросами, вести целую группу параллельных диалогов было не так просто.
При этом, вопрос выбора исполнителя удалось закрыть только в случае с двумя проектами. Третий пока так и остался в подвешенном состоянии — ни один из фрилансеров, которых я выбрал в качестве кандидатов, не подошёл. Некоторые были близки, но рисковать я не стал. Даже успешное прохождение моего «теста» не гарантировало высокого качества работы. Доверять же человеку, который не смог ответить на относительно банальные вопросы, точно не следовало.
Тем не менее, это тоже был результат. И подтверждение того, что выбранная мной стратегия может оказаться рабочей.
Переключившись на аккаунт фрилансера, я проверил наличие уведомлений и убедившись, что те отсутствуют, принялся рассылать заявки по свежим проектам. А к моменту, когда закончил с этим, внезапно понял, что музыка за стеной стихла. Да и в целом, никаких звуков оттуда больше не доносилось. То ли девушки отправились продолжить веселье в ином месте, то ли небольшая вечеринка попросту закончилась и гости удалились восвояси.
С делами на сегодня было покончено и можно было ложиться спать. Но разгорячённый мозг вошёл в состояние максимальной работоспособности, из которого никак не желал выходить. Настолько, что, отправившись в душ и забравшись под струи тёплой воды, я обнаружил, что перебираю варианты для быстрого финансового рывка вперёд. А мысли мечутся от разработки мобильных приложений до торговли на фьючерсах.
За последний вариант разум неожиданно зацепился, принявшись анализировать все существующие варианты — от валютного и фондового рынков, до криптовалютных бирж. Остановившись лишь после моего волевого усилия. Конечно, при таком формате торговли, я действительно мог заработать немало. Но и риски там были соответствующие. Плюс, все более или менее стабильные торговые стратегии предполагали минимальное кредитное плечо, либо вовсе его отсутствие. Что заметно снижало потенциальную прибыль.