Багровый Руто (СИ)
Смысл слов хозяйки дошёл до меня за секунду до того, как она шевельнула пальцами и за нашими спинами звякнули доспехами стражницы. Сердце ухнуло со своего законного места куда-то вниз. Важные шишки женского пола за столом прятали торжествующие улыбки. И как я мог ничего не заподозрить заранее хотя бы по этим довольным мордам?
Что-то свистнуло над головой и плечами. Последовал щелчок и возмущённое стрекотание. Я краем глаза проследил, как шикшней снова уносят прочь в металлической сетке. И незаметно прижал рукой рубаху на груди, не позволяя ещё одному, приютившемуся рядом со штихлисом, выбраться и кинуться следом за одностайниками.
— Прошу понять, — мягко произнесла старуха, словно речь шла о маленьком неудобстве, а не о циничном предательстве. — Для нас в безусловном приоритете выживание и благополучие Медной Долины, а ваши семьи всё равно уже обречены, и ваша поимка — лишь вопрос времени.
Злое, горькое пламя растекалось по телу, поджигало кровь.
— Но мы вам очень благодарны, — с невинной улыбкой добавила Элгра, глядя на Гринду из-под полуопущенных ресниц, — за то, что не струсили и исполнили-таки обещанное.
— В задницу, — громко и чётко произнёс я, вскидывая голову, — засуньте себе свою благодарность, предательницы грёбаные.
В шею сзади кольнуло остриё копья. Тишина, повисшая в зале, оглушала. Было в этом некое нездоровое удовольствие — смотреть на перекошенные лица кучки стерв, находясь на грани собственной гибели. Потом кто-то из них прочистил горло, что-то возмущённо пробормотал, и следом уже закудахтал весь курятник.
Я смотрел только на троицу сидевших передо мной. Лицо старухи было каменным, и лишь в глазах читалось отвращение. Мелкая выглядела растерянной и обиженной — даже нижняя губа подрагивала, вот-вот расплачется нежная девочка. Рыжая демоница, изводившая меня полночи, скалилась весело и хищно, а глаза её так и кричали: ох, не ошиблась простушка-племянница с выбором этого придурка, не ошиблась.
В глазах её мелькали отблески пламени — должно быть, отражалось то, что полыхало в моих.
— Ты останешься с нами, мальчик, — тоном доброй бабушки произнесла Ингла, глядя на меня. — Слишком уникальный случай, чтобы зазря скармливать лазурным — они такое всё равно не ценят. Скажем им, что ты погиб. Твои друзья подтвердят. Действуй, Онгса.
Девочка со вздохом поднялась со стула и протянула руку в нашу сторону. Сквозь багровую пелену ярости, застилающую сознание, я пытался придумать выход из ситуации. Но какой мог быть выход, когда затылок щекотало острое копьё одной из стражниц, а мелкая телепатка уже открыла рот, чтобы начать раздавать свои жуткие приказы, не выполнить которые у нас шанса не будет…
Однако нельзя же было просто сидеть и наблюдать!
Повинуясь моей воле, один-единственный оставшийся шикшень стремглав выскочил у меня из-за пазухи и шибанул током стражницу за спиной. Несильно — но этого хватило, чтобы она отдёрнула своё копьё, а я успел дотянуться до ножен на её бедре.
Следующим движением, продуманным и чётким, я перемахнул через стол и оказался у телепатки за спиной, прижимая нож стражницы к её горлу, в котором застряли слова приказа.
— Давайте, дёрнитесь, — прорычал я, зыркая по сторонам. — И не будет больше в вашей семье талантливого ребёнка.
Я видел, как смотрят на меня товарищи — испуганно, но с надеждой. Только у Гринды в глазах ещё и пламя полыхало — почти такое же, как и у меня. Да, сестрица, сейчас мы им покажем.
— Чего ты хочешь, мальчик? — мгновенно сориентировалась в ситуации старуха. — Мы выслушаем условия.
Голос её звучал спокойно, будто бы ей и дела не было до лезвия на нежной детской шее её внучки. Я, однако, всегда умел чувствовать то, что не произносилось вслух.
— Отзовите стражниц.
— Девочки, три шага назад.
Воительницы — по одной за спиной каждого из моих друзей — послушно подняли копья и отступили к стене, не сводя встревоженных взглядов с маленькой хозяйки, чьи рыжие волосы я грубо держал в кулаке, чтобы некстати не дёрнулась. Та, что отвечала за меня, теперь стояла вся бледная и с закушенной губой, в глазах читалось отчаяние: не уследила, упустила, виновата!
— Все сюда, — негромко велел я товарищам.
Осторожно отодвигая тяжёлые стулья, они принялись подниматься и гуськом потянулись ко мне, мимо прилипших к стенке стражниц, обходя кругом сидящих за столом растерянных чиновниц.
— А что вы будете делать дальше? — вдруг осведомилась Элгра сладким голосом, указывая на меня пальцем. — Просто интересно. Ведь ваши семьи теперь…
— Разберёмся! — рявкнул я. Ещё не хватало сейчас выслушивать…
Я слишком поздно понял, что палец она вытянула в мою сторону не просто так. И что если в семье есть пара талантливых телепатов, на чьи плечи ложится большинство соответствующих обязанностей, это вовсе не значит, что способностями в той или иной мере не обладают другие члены семьи.
— Опусти нож, — велела она. — И отпусти мою сестру.
Рука сама дёрнулась вниз, а пальцы в рыжих волосах разжались. Буквально на секунду — видно, способности старшей и вправду были совсем слабенькими — но юркой девчонке этого оказалось достаточно, чтобы выскользнуть из моей хватки. В следующий миг стражницы и военачальницы вновь метнулись к нам с оружием, экранами и ударами наготове.
— Спокойно! — воскликнула старуха. — Они нужны невредимыми. Онгса…
Девочка, впрочем, уже и сама знала, что делать — удивительно, на мой взгляд, для ребёнка, только что вырвавшегося из лап убийцы. Простёрла к нам руки и заговорила:
— Стойте на месте. Не шевелитесь.
Я чувствовал, как её воля сковала мои мышцы. Но в то же время продолжал ощущать и свою собственную. Подсознание твердило телу, что это абсурд — повиноваться посторонним нервным импульсам. Да ещё знакомый голос откуда-то изнутри нашёптывал, что я вовсе не обязан делать того, чего мне не хочется.
Преодолевая сопротивление, я поднял руку.
— Не двигаться, я сказала! — взвизгнула малышка, делая пасс ладонью в мою сторону.
Я замер. Действительно, это можно использовать лучше…
— На выход! — и мы послушно потопали прочь.
Стражницы на этот раз оружие не опускали. Что-то заподозрили или решили перестраховаться? Путь к дверям лежал мимо маленькой телепатки. Её старшая сестра как раз склонилась над ней, завесив её лицо распущенными рыжими волосами, и что-то тихо спросила.
— Я справлюсь! — огрызнулась та.
Маленькая, но стойкая. В конце концов, её ли вина в том, что она рождена с таким даром? Был ли у неё выбор в семье, подобной этой? Я приближался к ней, и с каждым шагом уверенность таяла. Это же ребёнок, просто ребёнок…
Тут Элгра отступила назад, и мелкая подняла на меня глаза. Сколько злости! Да, ребёнок. Но она скоро вырастет и станет такой же, как и старшая сестра. А потом состарится и превратится в такую же дряхлую вероломную стерву, как и прабабка.
Поэтому я сделал ещё два шага вперёд, поравнялся с ней и с размаху вонзил нож, который никто из этих куриц даже не потрудился у меня отнять, прямо в детскую шею.
Глава 54. Жечь
Кажется, сперва никто ничего даже не понял. Бедлам начался секундой позже, когда я многозначительно вытер кинжал о скатерть стола.
Первой опомнилась Элгра. С воплем «Штихлис!» она набросилась на меня. Я отбил её отчаянную атаку. Справедливости ради, штихлис бы не помог: я прекрасно знал, куда целился. Стражницы, кинувшиеся на помощь юной госпоже, тоже должны были это понимать.
— В окно! — велел я постепенно отходящим от наваждения телепатки товарищам.
А сам попятился назад, пытаясь прикрыть их всех экраном. Элгра больше не нападала: объединив усилия с бабкой и ещё парочкой медных, тщилась спасти сестру. Остальные тоже казались растерянными: приказа от хозяек не поступало, и если трое или четверо проявили инициативу и атаковали нас, то большинство стояло и в ужасе смотрело на истекающую кровью маленькую госпожу.