Багровый Руто (СИ)

— Привал, — буркнула Гринда.
Зутти в показном изнеможении рухнул лицом вниз на просторную каменную площадку, где мы оказались, одолев очередной подъём. Но тут же снова вскочил, вытянул палец и воскликнул:
— Там! Пещеры!
— Мы уже поняли, что ты просто одержим ими, — проворчал Айр, однако и сам принялся внимательно вглядываться в нагромождение скал, куда указывал Зутти.
Я боковым зрением проследил за Неей. Девушка молча прошла к самому краю площадки и устроилась там спиной ко всем, свесив ноги с обрыва. Достала из кармана платья фрукты, что мы собирали по пути, принялась шелушить один. Замерла.
Бочком, чтобы никто не заметил, я двинулся к ней. Убедившись, что все смотрят в другую сторону, уселся рядом.
— Мне жаль, что так вышло, госпожа. Я пытался залечить рану, но…
— Не надо, — бесцветным голосом оборвала она меня. — Я её видела, эту рану. Ты и так много сделал.
Я помолчал, ожидая продолжения и всем видом показывая, что готов выслушать. Но девушка, кажется, совсем не настроена была выговариваться — тем более какому-то неуклюжему багровому.
Я перевёл взгляд на пейзаж внизу. Солнце близилось к горизонту, подсвечивая верхушки деревьев и разбрасывая блики по нежной фиолетовой поверхности скал. Совершенно неземной, этот вид почему-то не казался чужеродным. Напротив, странно привычным… Что за чушь? Снова настоящий Руто, что ли, из подсознания за ниточки дёргает?
— Красиво, — вдруг заметила Нея.
— Да, госпожа. Очень красиво.
Её рука лежала на нагретой солнцем поверхности скалы, и я, не особо подумав, накрыл её своей. Нея вздрогнула.
Честно говоря, я ощущал себя не очень хорошим человеком, потому что сделал это не столько искренне, сколько из любопытства. Я мог представить реакцию Гринды в подобной ситуации («Ты охренел, придурок?!») или, скажем, Ангры («Ах-ха-ха, какой дерзкий малыш!»). Но не этой мягкой, мечтательной, непривычно женственной для этого мира девушки.
Однако и глупой она не была.
— Ты чего добиваешься, Руто? — осведомилась она, не глядя на меня. С этого ракурса был виден лишь уголок её губ, приподнятый в усмешке.
— А сами как думаете, госпожа?
— Я думаю, ты начитался легенд про Авро с Багрового Озера, Грехса с Лиловых Болот и прочих великих предводителей-мужчин. Хотя вообще-то такая литература не должна попадать в руки мальчикам. И ещё я думаю, Гринда так просто не согласится признать тебя лидером, хоть ты под каждым буревестником по штихлису находи. Дея бы признала… Ну, на какое-то время. Она любила эксперименты.
— А вы?
— А я, — она всё же выдернула свою ладонь, — ещё не решила.
— Вы проницательны, госпожа. Как поняли?
— Ты целенаправленно нарушаешь правила, словно чтобы посмотреть, что из этого выйдет. А что будет, если ослушаться приказа кузины? А что, если попробовать ей приказать? А если дотронуться до малознакомой госпожи без её разрешения, что будет?
— И что будет?
— Ну, — молочная рассмеялась, — в обычной ситуации, наверное, ничего хорошего. Но в данном случае госпожа тебя раскусила и ей, честно говоря, самой интересно.
К полному восторгу Зутти, мы нашли-таки пещеру, пригодную к ночёвке. Ну как пещеру, скорее грот — эдакую природную террасу под каменным навесом. Пока я ощупывал шершавые фиолетовые стены и задавался вопросом, что за сила могла выточить эту пустоту в монолитной скале, Гринда уже успела разжечь маленький костерок, а Йорф — разрезать пойманного Неей по пути зверька на аккуратные кусочки. Надо сказать, бытовая магия у него последнее время выходила очень неплохо.
— Строкцал в лесу, — мрачно произнесла Гринда, глядя в огонь. — Откуда он взялся? Они обитают в пустыне.
— Кто знает, — отозвалась Нея. — Забрёл. Не думаю, что они встречаются в лесу реже, чем штихлисы.
Снова повисла пауза. Йорф с непроницаемым лицом жарил мясо; Айр старательно делал вид, будто занят починкой куртки. Одежда, честно говоря, у всех была в плачевном состоянии — долгая прогулка по подземелью, затем через заросли, а потом ещё и битва с чудовищем сделали своё дело. И если грубоватая ткань мужской одежды ещё стойко вынесла это испытание, то на изысканные платья девушек смотреть было страшно. Хорошо хоть обувь и у тех, и у других словно специально изготовили для многочасовых пеших походов, а не для мраморных коридоров академии.
 
— А может, он как раз его охранял? Штихлис? — возбуждённо предположил Зутти.
— На кой его охранять?..
Снова пауза.
— Почему ты, Руто, не сказал, — наконец медленно начала Гринда, — что владеешь ручными молниями? Зачем просил меня научить тогда, на тренировке? Откуда узнал, как управлять шикшнями?
— Я ничего из этого не знал и не умел, — огрызнулся я, давно готовый к таким вопросам. — Мне словно… подсказали. Как тогда, с белым зеркалом.
— Кто подсказал?
Я промолчал.
— Я уже говорил вам, госпожа, — осторожно напомнил Йорф, — на что это всё похоже.
Говорил, вот как, подумал я. И когда же они успели перешептаться за моей спиной?
— И я уже ответила, что это невозможно, —раздражённо бросила Гринда. — Он не девушка.
— О чём вы? — с вежливым любопытством поинтересовался Айр.
Йорф вопросительно взглянул на свою госпожу, словно спрашивая разрешения, но Гринда не удостоила его ответом.
— У Багрового Озера есть легенда, — всё же рискнул он, — пророчество о человеке, который в самые тёмные для семьи времена приведёт её к славе и могуществу, да так, что все семьи мира покорятся ей.
— У многих семей есть такая легенда, — снисходительно улыбнулась Нея.
— Самые тёмные времена, пожалуй, настали, — продолжал Йорф. — А о том, что тем человеком обязательно должна быть женщина, нигде ни слова.
Я зевнул.
— А откуда оно взялось, это пророчество?
Гринда воззрилась на меня с подозрением, но Йорф, уже привыкший разжёвывать мне элементарные вещи, спокойно объяснил:
— При твоей прапрабабушке, Руто, была известная провидица. Однажды, отвечая на её вопрос о том, стоит ли увеличивать поголовье ицхорклов в ближайшие три месяца, она вдруг умолкла на полуслове, будто бы пережила внезапное видение, и выдала. Всё задокументировано в летописях…
— А что конкретно в нём было, помнишь?
— Примерно, — Йорф покосился на Гринду, но та по-прежнему хмуро и молча таращилась в огонь. — Что-то вроде: «Среди потомков твоих в пятом поколении придёт извне великий вожак, что принесёт угнетённому и гибнущему роду твоему спасение и надежду, и воспрянет Багровое Озеро, и вознесётся среди прочих родов, и склонятся перед ним его друзья и недруги…»
— Что значит «извне»? — подняла брови Нея.
— А вот демоны его знают, что это значит, — внезапно огрызнулась Гринда. — Единственное слово, над которым уже четыре поколения головы ломают.
Я промолчал. Мне было ясно, что оно значит. Точнее, что поняла под этим словом матушка, решившаяся на невероятной сложности ритуал, чтобы призвать в тело своего сына, представителя того самого пятого поколения, душу из чужого мира. «Извне».
А затем, повстречавшись с кузиной взглядом, я осознал ещё одну вещь: будучи единственной прямой наследницей в пятом поколении той багровой бабки, она привыкла воспринимать злополучное пророчество на свой счёт. И все вокруг к этому привыкли. Каково это, с пелёнок из кожи вон лезть, чтобы не разочаровать родню, а потом узнать, что долгожданный «избранный» на самом деле — кузен-недотёпа, зачатый от лазурного очкастый неудачник, долбаный позор семьи?
Чтобы хоть как-то сгладить этот момент, я улыбнулся ей как можно искреннее…
Гринда вскочила. Чёрт, кажется, она приняла мою улыбку за насмешку!
— Госпожа, я вовсе не…
— Заткнись, Руто! — вскричала она. — Не смей вести себя так, как будто эти россказни что-то меняют! Не смей метить на моё место!
Вокруг её руки заколебался воздух. Я напрягся.
— Госпожа, не надо, прошу! — в ужасе взмолился Йорф, делая отважную попытку заслонить меня своим телом. — Руто ничего такого не имел в виду, вам показалось!