Мама по необходимости (СИ)

  
Мама по необходимости
   
Лида
 
— Папа! — громко произнесла я, вваливаясь вместе с пакетом продуктов в общую дверь коммуналки. То, что мне не ответили, заставило меня сразу же встревожиться. Неужели опять?..
Я, почувствовав, как после этой мысли в груди моментально потяжелело, прошла в нашу захудалую комнатушку.
По запаху непроветриваемого помещения, смешанного с дешёвым алкоголем и куревом я поняла, что оказалась права. А после этого моим глазам ещё и представилась картина: отец посапывает, уснув сидя за столом, заставленным недоеденной колбасной нарезкой, пустыми бутылками и окурками. Рядом с его протянутой вдоль стола рукой лежала опрокинутая рюмка, возле которой образовалась лужица прозрачной жидкости.
Я подбежала к нему, кинув пакет у двери.
— Проснись, пап, — похлопывая его по плечу, сказала я.
Но в ответ он только отмахнулся от меня, подложив после этого под голову ладони.
— Папа! — уже со слезами на глазах повторила я. — Мы же только месяц назад тебя пролечили, а ты опять… Тебе же завтра на работу. Вставай!
Но все мои последующие попытки разбудить его оказывались неудачными.
Вытерев слёзы тыльной стороной ладони, я взяла в руки брошенный возле двери пакет и подошла к холодильнику. Покидав в него часть купленных продуктов, я отправилась на общую кухню.
Решив сварить быстрый суп, я поставила кастрюлю с водой на плиту и вдруг услышала, как кто-то вошёл в помещение.
— Хай, Лидок, — поздоровался со мной наш сосед Илья, позёвывая в кулак.
— Привет, — устало произнесла я, пытаясь вытащить замороженное куриное бедро из упаковки.
— Ну чё, Лидок, твой папаша опять в асфальт, — почёсывая свой облысевший затылок, сказал Илья.
— Я уже видела, — пробурчала я.
Илья сел на стул и уставился на меня. Заметив его игривый взгляд, я тоже посмотрела на него и разглядела на его руке огромную татуировку в виде растительного орнамента.
— Илья, ещё одна. У тебя же чистого места на теле скоро от них не останется.
— Ты так говоришь, как будто видела меня голым, — усмехнулся он.
— Хватит, — тихо произнесла я, коснувшись рукой лба.
— Может это тебе хватит? Пошли погуляем, а?
Я снова посмотрела на него и от вида кокетства, смешанного с похотью на его лице, мне стало ещё хуже.
— Илья, мне не до прогулок.
— Ты всегда так говоришь. Сколько можно тебя уламывать?
— Так прекращай, — произнесла я, одновременно бросив в горячую воду куриное бедро.
— Всё грезишь о прекрасном принце, да? — он встал и подошёл ко мне со спины; я сразу почувствовала запах от недавно выкуренной сигареты. — Забудь. В мире, в котором мы живём, их не бывает. Я конечно не предел мечтаний, но, по крайней мере, всегда при работе и каких-никаких деньгах. Вот сейчас и в ночную смену грузчиком устроился работать.
— Это здорово, только…
— Что?
— Илья, хватит строить из себя… — я развернулась к нему. — Или ты думаешь, что я не в курсе, как ты… своих девушек… Я слышу их крики из твоей комнаты.
— Ты что думаешь, я их избиваю? Так это они от удовольствия кричат, — и он подмигнул мне.
— Перестань. По-твоему я ничего не понимаю? Они от тебя в синяках выходят.
Я подошла к столу и, резко схватив очищенную луковицу, стала резать её на разделочной доске.
— Ты конечно можешь найти кого-то получше меня, Лида, — услышала я голос Ильи где-то у себя за спиной. — Но не намного. Я же вижу, ты девчонка что надо. Хозяйственная, заботливая… не такая, как те, которые мне всегда попадаются. С тобой я бы мог завести семью. И тебе была бы дополнительная помощь с твоим папашей.
Почувствовав, как он коснулся рукой моей шеи, я сразу приподняла плечо, пытаясь показать ему, что мне это не нравится.
— Лидка, ты такая классная. Где ещё в нашем райончике я встречу натуральную блондинку, да и ещё с такой фигуркой и…
Я ощутила, как он «нырнул» пальцами в мои волосы и стал нажимать на заколку.
— Давай ты сейчас переоденешься в коротенькое платье, распустишь свои шикарные волосы, и мы с тобой посидим в парке на скамейке.
 
Я бросила нож и, убрав от себя его руки, развернулась к нему:
— Илья, давай договоримся, что ты больше не будешь трогать меня и делать подобные предложения?
Я почувствовала, как на моих глазах выступили слёзы то ли от лука, то ли от перспективы моего будущего.
— Ну и вежливая ты, блин. Аж тошно, — Илья вдруг заговорил нервно и гнусаво. — Ну и мучайся с ним одна. Да чтоб ты до конца своих дней возилась с этим вонючим пропойцей!
И Илья ушёл, громко хлопнув дверью своей комнаты.
***
Сварив суп, я снова зашла в нашу комнату. Папа проснулся и теперь валялся на своём диване в застиранных синих трико и держал ладонь на лбу. Невозможно было поверить, что этому человеку был всего сорок один год: излишняя худоба, морщинистое лицо и наполовину седые реденькие волосы делали его похожим на старика.
— Есть будешь? — вяло спросила я.
— Нет, — кривясь, произнёс он. — Сходи лучше за пивком.
— Ты в своём уме? Тебе завтра на работу. Поешь суп и отсыпайся. На сегодня с тебя всё.
После этого он залез в свой кнопочный телефон и что-то начал в нём тыкать.
— Пап, как ты мог? Я же все скопленные деньги отдала на твоё лечение.
— Завтра ещё денёк и в завязку.
— Какой ещё денёк? Ты на новой работе всего неделю. Для отгулов слишком рано.
— У нас охранники постоянно где-то требуются. Найду другую работу без проблем.
Я на это ничего не ответила. Придя к выводу, что отца мои слова вообще никак не волновали, я со злостью стала собирать разбросанную по комнате одежду.
Когда я встала у двери с тазиком грязного белья, то услышала:
— Ты за пивом?
— Нет. Стирать! — рявкнула я.
В ответ были только бурчания, а звуки от тыканья в кнопки телефона стали интенсивнее.
Оказавшись в ванной, я покидала в стиралку грязную одежду и включила стирку.
Всё тело ныло после работы. Сегодня столько коробок пришлось перетаскать, а ещё стояла такая жара. Хотелось только брякнуться в кровать и хоть на несколько часов сбежать в сон от этой кошмарной жизни.
Я поела суп и провела всё время стирки, копаясь в своём телефоне. Чтобы отвлечься я стала играть в бестолковые скачанные игры. Интернет по моему скромному тарифу в нынешнем июне-месяце уже закончился, и приходилось довольствоваться тем, что было когда-то скачано. И всё равно это было гораздо приятнее, чем сидеть в комнате с подвыпившим отцом.
Но когда вещи были постираны, а посуда вымыта, мне пришлось возвращаться в комнату.
Внутри потемневшего от времени суток помещения было тихо.
Я стала развешивать влажную одежду на сушилку. Света, исходившего от уличных фонарей, мне было достаточно, а отца будить совсем не хотелось. Но вдруг я услышала его голос, от которого вздрогнула:
— Может сегодня ночью ты куда-нибудь сходишь?
— Чего?
— Машка ко мне придёт.
— Пап, ты о чём?
— Ну а что мне делать, по-твоему? С ней целая куча детей живёт в одной комнате, а у меня здесь только ты и… Что тебе сходить совсем некуда? Такой взрослой девочке и некуда?
— Мне завтра на работу, пап. Я устала. Мне отдохнуть нужно. Тебе что дня не хватает для личной жизни?
Я нажала на выключатель рядом с собой и комната тут же озарилась тёмно-жёлтым светом.
— Лидка, да тебе трудно что ли? — отец уставился на меня, присев на диване и упёрся руками о его края. — Хочешь сказать, что у тебя нет никого, к кому можно заглянуть на ночь?
— Пап, ты за кого меня принимаешь?
— Вот только святошей не прикидывайся, — сказал он, скривив губы. — Тебе же хватило ума залететь в восемнадцать лет.
 
— Тогда я влюбилась, но больше со мной такого не случалось. И вряд ли случится.
Я закрыла глаза, моментально вспомнив самые ужасные месяцы своей жизни.