Моя Женщина (СИ)
- Пусти! Игнат, отпусти, кому говорю! - Вера сопротивлялась, но с каждой секундой все слабее и под его низкий бархатный смех, в конце конов, остыла, обвив ослабшими руками широкие плечи. - Надо переодеться, сыновья скоро приедут.
- Не надо, мне нравится смотреть на тебя такую, - ответил тихо и потянул за платок, распуская волосы. Она улыбнулась, спрятав лицо у него на груди и вздохнула. - Волнуешься?
- Немного, не каждый день невест в дом приводят.
- Вот мы сегодня и посмотрим, что за невесты, - Игнат сжал Веру пониже спины, мягко, но чувственно, и чуть отстранился.
- Успеем тебя переодеть, пока не приехали?
- Игнат!
- Успеем, - улыбнулся, довольный, и подтолкнул Веру к дому. - Давай, пока не простыла, а я мангал запалю.
Вера поднялась на второй этаж, в их спальню и, расстегнув молнию на спине, скинула сарафан. Взбила у корней промокшие волосы и достала красивое летнее платье цвета морской волны - то, что купил ей Игнат в Милане, в ее первое и, как оказалось, не последнее путешествие заграницу.
Услышала автомобильный гудок у ворот и подошла к окну. Из такси вышли Паша с Вовой и две молодые девушки. Пока Игнат открывал калитку, Вера с любопытством разглядывала прибывших.
Несмотря на теплые отношения с Верой, сыновья не отличались особой разговорчивостью, когда дело касалось их личной жизни. Девушки сменяли друг друга и сыновья почти никогда не видели необходимости водить их в дом и знакомить с Верой, но не в этот раз.
Паша с Вовой не сразу приняли Игната, когда про него узнали. Вера не хотела торопиться, но он сам настоял и познакомился. Обменялся с парнями телефонами и всегда был на связи. А на Верин день рождения в конце июня устроил «мужской разговор» и сыновья остыли.
О чем они говорили, Вера не знала, но уважения в общении с Игнатом явно прибавилось. И сегодня, глядя как Паша жмет ему руку, а Вова дружески хлопает по плечу, сердце Веры трепетало от любви ко всем троим.
Да, именно любви.
Глубокой, проверенной временем и обстоятельствами и уверенной в завтрашнем дне. Мы не можем изменить никого рядом с собой. Если люди и меняются, то только потому, что хотят этого сами.
Как Игнат.
Женская мудрость никогда не победит мужское эго и Вера знала, что это правда. Когда-то давно, с присущим ему максимализмом, Игнат бросился утолять боль в непостоянстве. И почти разрушил свою жизнь.
И сегодня, с такой же страстью и уверенностью в собственной правоте, он любил Веру. Оберегал ее, брал на себя решение бытовых вопросов и был тем плечом, о которое она могла опереться. Но самое важное, что было между ними - это знание - они никогда не предадут друг друга.
- Мам, знакомься - это Маргарита, - Вова поцеловал вышедшую на веранду Веру в щеку и обнял стоявшую рядом шатенку. Миловидную, с курносым носом и большими чуть раскосыми глазами.
- Здравствуйте, можно просто Рита, - девушка смущенно улыбнулась и Вера кивнула.
- Приятно познакомиться, Вера. Нормально доехали?
Ответить Рите не дал вклинившийся между братом и Верой Паша:
- Вечно ты лезешь поперек, Вован! Ритуля, прости, мам - это Лиза, знакомься, - и навалился на хрупкую девушку сзади, обхватив руками за плечи.
Вера хотела возмутиться невоспитанностью старшего сына, но вмешался Игнат:
- А ну-ка, руки прочь! - оттеснил ребят плечом и протянул широкую ладонь. - Елизавета, Маргарита, будем знакомы, Игнат - отчим этих невоспитанных оборванцев, - девушки засмеялись и по очереди пожали протянутую руку.
Пока мужчины занимались мясом, Вера позвала обеих за собой в дом - мыть и нарезать овощи.
- У вас очень красиво, - сказала Лиза и Вера согласно кивнула.
До того, как они познакомились, Игнат кочевал по съемным квартирам и трешка на девятом этаже стала первым шагом к оседлости. Он вложил в ремонт почти все свои деньги и считал «берлогу» пределом мечтаний.
А потом в его жизни появилась Вера и в одном из разговоров призналась, что всегда мечтала жить за городом. Через три месяца Игнат привез ее за пятнадцать километров от города, в сосновый бор и, показав на отбитый сеткой рабицей участок в десять соток, сказал, что здесь будет их дом, чем поверг Веру в шок.
К осени он поставил по трем сторонам забор и залил фундамент под небольшой, но ладный домик в два этажа, план которого доверил выбрать Вере. И, когда они иногда приезжали туда вместе, мечтал о бане и дровнице, сарае для инструментов и квадроцикле.
Игнат так быстро заразился Вериной идеей о загородной жизни, что она даже испугалась. И, несмотря на посильную помощь в проектировании, поймала себя на мысли, что не может расслабиться. Не может поверить в то, что когда-нибудь все это будет ее.
Пока в конце сентября Игнат не позвал замуж. Без фанфар, но в свойственной только ему эпатажной манере - написав куском арматуры по не застывшему бетону фундамента «Вера, будь моей женой!».
Она подписала рядом «буду!» - и оба признания так и осталась там, под слоем кирпичей и цемента со стороны террасы, выходившей окнами на лес.
Свадьбу не играли - расписались тихо и улетели на неделю в Италию.
В первую в жизни Веры поездку заграницу - Абхазию и Черногорию, в которые она ездила, будучи замужем за Костей, заграницей можно считать только географически.
И там, под теплым солнцем и в окутанном запахами моря воздухе, Вера пустила Игната не только в свою жизнь, но и постель. С трепетом и ноткой неуверенности, после четверти жизни, проведенной с одним, позволила любить себя другому.
И то, что показал ей Игнат, затронув струны удовольствия не только телесного, но и душевного, в корне перевернули Верины представления о близости между мужчиной и женщиной.
Медовая неделя в Италии стала трансформационной и на родину вернулась уже другая Вера.
- Мам, передай соус, - она протянула Паше пиалу и пододвинула к Рите тарелку с салатом.
- Значит, подали уже заявления и свадьбы будете играть в один день? - спросил Игнат, садясь за стол справа от Веры.
- Да, - покраснев, за всех ответила Лиза.
- Ну, а что, весело и удобно. Найдем зал побольше, чтобы всем места хватило, - улыбнулся Вова, перекладывая мясо с шампура на тарелку.
- А жить где будете после свадьбы? - спросил Игнат.
- По распределению пока остаемся в городе при части, квартиру ждать придется, пока военную ипотеку оформим… - ответил Паша и Вова поддержал его кивком.
- Это хорошо, что не на самотек пустили вопрос, - Вера посмотрела на Игната и ласково улыбнулась ему, беря за руку. - Только я хочу вам другой вариант предложить, в качестве свадебного подарка.
Идея продать квартиру и поровну между сыновьями деньги поделить, чтобы на первоначальный взнос хватило, давно преследовала Веру. В город возвращаться она не хотела и мысль о том, что сыновья не пристроенные, не давала покоя.
- Мы хотим, - поправил ее Игнат и приложился губами к пальцам. - Только между собой решите, кто в какой квартире жить будет.
- Игнат, - Вера посмотрела на него, не скрывая своего удивления.
- Я все решил, - спокойно ответил он. - Это наш вам свадебный подарок. Захотите в ипотеку на будущее жилье взять, ваше право. Но крыша под головой уже есть, так что будет время другими важными семейными делами заниматься, - он хитро улыбнулся и тишина, повисшая было над столом, колыхнулась.
- Ну, Игнат, спасибо! - Паша встал из-за стола, за ним Вова и оба обняли отчима, как родного отца.
Вечером в постели Вера, прижавшись к Игнату, тихо сказала:
- Это было не обязательно.
- Для меня - обязательно. Они теперь и мои, Вера, понимаешь? Все, что твое - теперь мое. И наоборот.
Он поцеловал ее в макушку, провел ладонью по спине.
И она знала, что он говорит правду.
После возвращения из Италии, стройку пришлось заморозить. Игнат никогда не посвящал Веру в свои проблемы, но она понимала, на что он замахнулся.
По возвращении, Игнат настоял на том, чтобы Вера переехала к нему и отверг предложение ее квартиру сдавать, чтобы заработать немного денег.