Возрождение Тёмной

Чживэй еще раз попыталась поймать его взгляд, но он только отвернулся. Она заметила, что у него сжаты челюсти.
– Тебе было велено уходить, – произнес он разбитыми губами.
Чживэй посмотрела на Светлого. Его сила ощущалась также навязчиво, как запах лука. Он излучал власть и мощь, способную в одиночку уложить несколько десятков простых людей.
Внешне Светлый также оправдывал свою фракцию: высокий мужчина с правильными чертами, лицо его напоминало слепленную скульптуру. Белые волосы сияли, ниспадая на одеяние, вышитое золотом.
Светлый перевел взгляд ярких голубых глаз на Чживэй, источая благородство и уверенность героя, вершащего добро и побеждающего злодеев.
Вот только одно но.
Герои не разжигают костер, используя для топлива чужих родителей.
Мысли Чживэй превратились в месиво из оттенков страха. «Это конец. Для всех нас». Хорошие концы про попаданок бывают только в сказках, где одного только чувства юмора достаточно для победы. Недостаточно быть положительным героем в реальном мире, чтобы выжить.
«А я ведь и не положительный, – внезапно осознала Чживэй. – Все это происходит, потому что я – злобная демоница, способная убивать людей, не притрагиваясь к ним. Великие небеса, ведь я – убийца!»
Осознание этого хлестнуло Чживэй как пощечина. Она может убить его силой своей ци! Чживэй сосредоточилась на энергии Светлого, но он сделал быстрое движение рукой, и ее горло сжала невидимая рука.
Чживэй начала задыхаться.
– Поставьте ей печать.
– Слушаюсь, Истинный восьмой Чжао Юхэ.
Чживэй попыталась воспротивиться. Выбора у нее не было – либо бороться, либо поддаться страху, накатывающему волнами. А меньше всего ей хотелось сдаваться Светлому с его лицемерной ухмылкой.
В поле зрения появился солдат с раскаленным железным прутом. Он приложил его к внешней стороне руки Чживэй. Сначала она почувствовала запах горелой плоти, а затем боль настигла ее.
Чживэй закричала, извиваясь. Невидимая рука отпустила ее, и Чживэй снова оказалась на земле. Она начала дуть на рану, пытаясь хотя бы немного успокоить боль, но место ожога только сильнее пульсировало.
И она больше не чувствовала ничего. Ни силы Чжао Юхэ (Чживэй повторила про себя его имя), ни эмоций людей вокруг.
Неизвестно, откуда она взяла в себе силы, чтобы умолять за брата, но они все же нашлись.
– Пожалуйста, отпусти его. Накажи меня, пытай меня, просто не тро…
Договорить Чживэй не дали. В лицо ей прилетел кулак, и она упала на землю. Ее сразу же потянули наверх за волосы. Лезвие прижалось к ее щеке, оставив легкий порез. После того, как отпустили, Чживэй провела рукой по лицу и обнаружила слезы. Она плакала! Чживэй попыталась стереть влагу, но только смешала на лице кровь и слезы.
Чживэй повернулась и поймала взгляд Чжунъяна. Он смотрел на нее с любовью и сожалением, прощался с ней и прощался с жизнью.
Чживэй резко вскинула голову на Светлого. Тот кивнул охраннику, который занес меч над шеей Чжунъяна.
– Нет! Пожалуйста! Пожалуйста! Я сделаю все! Сделаю все!
Чживэй рванулась вперед к Светлому, но пинок в спину ее остановил. Она упала, и солдат поставил на нее сапог, не давая подняться. Левая щека прижалась к земле. Однако девушка все еще могла видеть своего брата.
Чжунъян закрыл глаза. Солдат над ним замахнулся мечом и вонзил тот ему в хребет. Раздался страшный хруст, с которым, Чживэй показалось, разорвалось ее собственное сердце, и Чжунъян завалился на землю. Он был мертв.
Чживэй всхлипнула, сначала тихо, а потом зарыдала вслух. В рот набилась земля, но она продолжала тихо бормотать.
– Убил его… по-настоящему… ты убил его по-настоящему, – шептала она, однако голос ее становился громче, пока она не закричала: – Ты убил его! Убийца!
Чживэй вывернулась из-под ноги охранника и рванулась к Светлому. Она ненавидела его так сильно, что была готова убить голыми руками, но он лишь едва заметно двинул рукой, и она отлетела назад. Охранник тут же поставил ее обратно на колени. Светлый опустился рядом с ней, но Чживэй не подняла на него головы.
 
– Кто еще есть из семьи? Чживэй покачала головой.
– Никого. Брат и я.
Светлый поднялся, после чего заговорил будничным тоном, словно они обсуждали погоду, словно не он стал только что причиной нескольких смертей.
– Собака растет верной, если ее хорошо кормить, – произнес он и повернулся к своим солдатам. – Ронг! Обыщите поместье. Должно быть еще трое: два ребенка и девушка.
– Они уехали еще вчера, – соврала Чживэй.
Светлый не удостоил ее взглядом.
– Если она так говорит, значит, они точно здесь. Ищите.
Боль в руке начала пульсировать сильнее. Чживэй согнулась на коленях, прикрывая рану ладонью. На месте ожога образовались пузыри в форме какого-то символа.
– За что? – произнесла Чживэй, не понимая. – Из-за меня? Вы убиваете их из-за меня?
Светлый даже не смотрел в ее сторону.
– Скажите мне причину!
– Истинный восьмой Чжао Юхэ, – рядом с ними возник солдат. – Нашли двух детей.
– Где они?
Чживэй повернула голову и увидела, как во двор привели Лю Цзи и Лю Ши. Она тут же вскочила на ноги и побежала к ним, чтобы оттолкнуть солдат, угрожающих им. Однако ее схватили за руки и свалили на землю, не давая убежать.
Чживэй закричала.
– НЕТ! Пожалуйста! Убейте меня вместо них!
Чживэй смогла подняться на колени и подползла к Светлому. Теперь она была готова умолять.
– Они ни в чем виноваты. Родители вынудили их подчиниться. Пожалуйста. Я отдам свою жизнь за…
Светлый отшвырнул ее силой ци от себя, и Чживэй только успела заметить его кивок. Упав на землю, она повернулась к близнецам и увидела, как блеснул меч. Двое маленьких детей безжизненно упали на землю.
– НЕТ! – Крик разодрал ей горло, и она закашлялась.
Чживэй вновь кинулась вперед к Светлому. У нее нет оружия, но она разорвет ему глотку зубами!
Очередной удар в спину сбил ее с ног. Ногами ее начали бить по ребрам и по голове. По лицу потекла кровь, капая на ресницы. Чживэй закрыла глаза и сжалась в комочек на земле. Она не понимала, что пошло не так, но внезапно потеряла всю волю к сопротивлению.
– Последняя, – услышала Чживэй.
Девушка открыла глаза. В воротах появилась фигура девушки, которую тащили силком. Мэйцзюнь сопротивлялась, но когда увидела открывшуюся ей картину, то сразу сдалась.
– Почему… – едва слышно произнесла Чживэй, после чего выкрикнула изо всех сил. – Почему ты не убежала!
Чживэй попыталась стереть кровавую пелену с глаз, но ничего не получилось. Она вновь попыталась подняться на ноги, чтобы попытаться спасти последнего члена семьи. Словно верный пес, она пыталась защитить хозяина.
Ее ударили по голове, и последнее, что она увидела, как меч пронзает тоненькую фигуру, после чего потеряла сознание.
  
Глава IV
 
Сети на небе и силки на земле
 
Резь в желудке нарастала, но просыпаться не хотелось. Даже сквозь сон Чживэй чувствовала, что открывать глаза пока не стоит. Она не была готова столкнуться с новой действительностью, и ей хотелось как можно дольше провести в успокаивающем небытии. Ее укачивало. Голову кружило от тряски, желудок предательски сжимало, но Чживэй, свернувшись в калачик, пыталась ужаться, забыться, исчезнуть.
После убийства семьи Чжао Юхэ исчез, а солдаты занялись грабежом поместья. Закончив, они бросили Чживэй в повозку, огражденную брусьями, как решеткой, и куда-то повезли. Большую часть пути она провела без сознания, а во время недолгих проблесков Чживэй ощущала щемящую пустоту, которую порой перебивал назойливый молоточек в голове, без конца повторяющий: «Нич-тож-на-я Чжи-вэй». И поэтому ей было все равно, куда ее везли. Едва ли они могли сделать с ней что-то еще хуже, чем уже сделали.
Неровность пола давила на висок, Чживэй хотела положить ладонь под щеку, но задела раной шероховатую поверхность, и вспышка боли не заставила себя ждать. Чживэй тут же очнулась и поднялась, не совсем понимая, где находится. От вида движущихся деревьев тошнота усилилась, и Чживэй закусила палец и начала глубоко дышать, чтобы ее не вырвало.