День совершенства
— А что будет с нашими родителями? — спросил он. — Их ведь умертвят через несколько лет. Что будет со Снежинкой и Пташкой — со всем Братством в целом?
Она шила, вернее перешивала рукава своего зеленого платья на рубашонку для будущего малыша.
— Пойти должны другие, — сказала она упрямо. — Те, у кого нет семьи.
Вечером, уже в постели он сказал:
— Если что-нибудь плохое случится, Джулия о тебе позаботится. И о ребенке тоже.
— Велико утешение! — сказала она. — Спасибо тебе, большущее спасибо! И Джулии спасибо тоже.
С той ночи эта ссора так и осталась стоять между ними — ее обида и его нежелание признать свою неправоту.
4 Часть
НИЗВЕРЖЕНИЕ
Глава 1
Он был занят по горло. Никогда в своей жизни он еще не бывал так занят: планирование, подбор людей и снаряжения, поездки, занятия, тренировки, уговоры, прикидки, принятие решений. И само собой, работа на фабрике, где Джулия, хоть и предоставила ему возможность использовать служебное время для своих нужд, не упускала возможности использовать его на все шестьдесят-пять-в-неделю для ремонта и наладки оборудования и увеличения производства. Да плюс к этому беременность Маттиолы, вынуждавшая его брать на себя все большую часть домашних дел. От усталости он валился с ног, но он с каждым днем все более четко воспринимал мир, переживал и волновался за все. Он все ярче жил.
Разработать план, проект — было как собрать машину: найти и изготовить детали, подогнать их по размерам и форме, чтобы они в конце концов стали одним целым.
Прежде чем решить вопрос о числе участников отряда, необходимо было окончательно уяснить конечную цель, а прежде чем он мог это сделать, необходимо было узнать в подробностях о функционировании Уни и о его наиболее уязвимых местах.
Он беседовал с Ларсом Ньюменом, приятелем Аши, который заведовал школой. Ларе послал его к человеку в Андрайте, а тот послал его к человеку в Манакоре.
— Я знал, что банки были слишком малы для того количества информации, которая, судя по всему, должна была в них содержаться, — сказал человек из Манакора. Его звали Ньюбрук, и ему было под семьдесят. До того, как покинуть Братство, он преподавал в Академии Технологии. Теперь он нянчил младенца, свою внучку, менял ей подгузники и пеленки и делал это с явным раздражением. — Да не вертись же ты! — прикрикнул он на кроху. — Так вот, допустим, вам удастся проникнуть туда, — говорил он, обращаясь к Чипу. — В этом случае вашим объектом должен стать источник энергии. Реактор или, что более вероятно, реакторы.
— Но ведь их довольно несложно заменить, разве не так? — сказал Чип. — Я хочу вывести Уни из строя надолго, чтобы за время его бездействия Братство смогло пробудиться и решить, как ему поступить с компьютером.
— Да будь ты неладна! Уймись же, наконец! — прикрикнул на внучку Ньюбрук. — Тогда — холодильные установки.
— Холодильные установки? — переспросил Чип.
— Совершенно верно, — сказал Ньюбрук. — Внутренняя температура банков памяти должна быть близка к абсолютному нулю; повысьте температуру на несколько градусов, и вы увидите, что случится: электрические цепи перестанут быть сверхпроводимыми, и память Уни не сможет долее сохранять информацию. — Он поднял плачущее дитя и прижал к своему плечу, пошлепывая по спинке. — Ш-шш, шш, — приговаривал он.
— Информация сотрется насовсем? — спросил Чип.
Ньюбрук кивнул, похлопывая плачущую девочку.
— Даже если хладозаводы будут восстановлены, — сказал он, — все данные будет необходимо загрузить заново. На это уйдут годы.
— Вот это как раз то, что мне надо, — сказал Чип.
Основной холодильник.
И резервный.
И второй, резервный, если он есть.
Вывести из строя три холодильника. По два человека на каждый, прикидывал он. Один закладывает заряд, а другой его охраняет.
Шесть человек разрушат систему охлаждения Уни и затем будут охранять входы от аварийщиков, которых призовет на помощь тающий, слабеющий мозг компьютера. Смогут ли шесть человек удерживать лифты и подземный ход? (Не упоминал ли Папа Ян о других шахтах в подготовленных запасных пещерах?) Да, меньше шести никак нельзя, и он как раз хотел обойтись минимумом, — потому что, если кого-то из группы схватят по дороге, то на допросе у врачей он все расскажет, и тогда Уни встретит их у туннеля. Чем меньше участников, тем меньше риск попасться.
Итак, он и еще пятеро.
Желтоволосый молодой человек, что правил катером «ССЭ» — Вито Ньюком, хотя сам он себя называл Дувром, — красил поручни, слушая Чипа, а потом, когда Чип заговорил о подземном туннеле и о настоящих банках данных, перестал красить, присел на корточки с кистью, повисшей на руке. Он смотрел на Чипа, прищурясь, в его бородке и на груди белели пятна краски.
— А вы во всем этом уверены? — спросили.
— Абсолютно уверен, — сказал Чип.
— Похоже, пришло время еще раз попробовать сокрушить братобойца. — Дувр полюбовался своим перепачканным краской большим пальцем и вытер его о штанину.
Чип присел на корточки рядом с ним.
— А вы не хотите влезть в эту затею? — спросил он напрямик.
Дувр посмотрел на него и, подумав, кивнул.
— Да, — сказал он. — Определенно хочу.
Аши, как Чип и ожидал, ответил на такой же вопрос отказом; но не предложить ему было бы просто некрасиво.
— Чутье говорит мне, это не тот случай, когда стоит рисковать, — сказал Аши. — Я окажу вам любую помощь, какую смогу. Джулия уже просила меня о вкладе, и я пообещал дать сто долларов. Я дам даже больше, если тебе потребуется.
— Прекрасно, — сказал Чип. — Благодарю тебя, Аши. Ты можешь нам поспособствовать. Сходи в библиотеку. Посмотри, не найдутся ли там географические карты территорий вокруг ЕВР 001, изданные до или после Унификации. Чем они будут крупномасштабней, тем лучше. Карты с топографическими деталями местности.
Когда Джулия узнала, что в группу войдет Дувр Ньюком, она запротестовала.
— Он нужен нам здесь, на катере, — сказала она.
— Нужда отпадет, если нас прихлопнут, — сказал Чип.
— Боже праведный, — сказала Джулия. — Зачем вы за это взялись, если у вас так мало веры в себя?
— Очень просто, — сказал Чип. — У меня есть друг, который за меня молится.
Джулия холодно посмотрела на него.
— Больше из ССЭ никого не берите, — сказала она. — И никого не берите с фабрики. И не берите семейных, чтобы мне потом не пришлось тратиться на поддержку сирот!
— Зачем вы за это взялись, если у вас так мало веры в успех?
Они с Дувром переговорили с тридцатью или сорока иммигрантами, но так и не нашли охотников принять участие в операции. Они выписали фамилии и адреса из досье в ССЭ на мужчин и женщин в возрасте от двадцати до сорока лет, прибывших на Либерти за последние несколько лет, и каждую неделю посещали по семь-восемь человек из этого списка. Сын Ларса Ньюмена хотел стать членом группы, но он родился на Либерти, а Чип брал только тех, кто вырос в Братстве, кто был знаком со сканерами, пешеходными дорогами, кто был приучен к неторопливому шагу и довольной улыбке.
В Полленсе он разыскал компанию, которая согласилась изготовить динамитные бомбы с взрывателями мгновенного действия или с часовым механизмом. Но клиент должен быть коренным жителем и иметь специальное разрешение. Он нашел другую компанию в Калвии, которая подрядилась изготовить шесть противогазов, но без гарантии защиты от ЛПК, если у них не будет образца вещества для испытания. Маттиола, работавшая в эмигрантской клинике, нашла врача, который знал формулу ЛПК, но ни одна химическая компания на острове не смогла воспроизвести ЛПК — одним из основных его компонентов был литий, а уже более тридцати лет, как исчезла всякая возможность достать литий на острове.
Он еженедельно помещал в «Иммигранте» объявление в две строки о покупке балахонов, сандалий и дорожных сумок-ранцев принятой в Братстве модели. Однажды он получил ответ от женщины из Андрата и через некоторое время вечерком отправился к ней. Сумки были потрепанные и старомодные, но сандалии были хороши. Женщина и ее муж поинтересовались, с какой целью он их приобретает. Их фамилия была Ньюбридж, и обоим было чуть за тридцать, и жили они в крохотной каморке в гнусном, населенном крысами подвале. Чип рассказал им о своих планах, и они стали проситься в группу и даже очень настойчиво. Они выглядели вполне нормальными, и это говорило в их пользу, но была в них какая-то суетливость, напряженная взвинченность, что несколько беспокоило Чипа.