"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Внимание! Полный отчет за тренинг на давилке: 
Время тренировки — 00:27:39 (без поддержки пробужденных теневыми навыками функций). Засчитано 3 прохода, с 3 попыток. Вам начисляется: увеличение параметра Сила на 0,22%, увеличение параметра Ловкость на 0,13%, увеличение параметра Выносливость на 0,51%. 
  
Глава 10
   
Тренажер «скрут», на который я перешел, со стороны являл собой некое подобие двуярусной койки, под шатром из паутины причудливо переплетенных меж собой стальных тросов.
Завалившись спиной на нижнюю кожаную лежанку, я поднял вверх руки и ноги, и вставил их в специальные выемки под ладони и ступни, предусмотренные в верхней части конструкции. Раздался щелчок намертво сжавших запястья и щиколотки колодок, и завладевший моими конечностями тренажер начал свои садистские козни.
Паутина стальных тросов пришла в движение, и выскочившие из пазов верхней платформы сегменты-колодки с зажатыми конечностями, тут же немилосердно растянули конечности в хаотичных направлениях. В итоге, я оказался распятым на некоем подобии дыбы, отличающегося от средневекового пыточного станка лишь тем, что здесь мои жестко вывихнутые руки-ноги растягивались не строго по горизонтали вдоль тела, а — рандомно, как карта ляжет.
Сейчас, к примеру, мою правую руку стальные тросы тренажера затянули до хруста суставов куда-то за голову. Левую, с аналогичным свирепым рвением, рванули вправо, из-за чего на лежанке верхнюю часть тела мне пришлось невольно скособочить вправо. Правую ногу тросы, наоборот, закрутили влево, и крутанувшийся, соответственно, таз развернулся в противоход плечевому поясу. Левая же нога, по колено ушла в полукруг выемки платформы, оставленной умчавшейся ввысь колодкой, и теперь оказалась нелепо задранной вертикально вверх. Вот в такой замечательной позе меня стремительно раскорячило на скруте. Но теперь-то, по происшествии почти трех недель ежеутренних тренировок, разумеется, я был изначально готов к чему-то подобному, в нужный миг заранее расслабил мышцы, и позволил стальным тросам тренажера куражиться над конечности без травм.
Когда же эдакая гребаная экзекуция на скруте приключилась со мной в первый раз, не смотря на гораздо более щадящий тогда натяг стальных тросов, из-за инстинктивного сопротивления конечностей совершаемому над ними насилию, бонусом к относительно терпимой боли в растянутых руках-ногах я получил еще фигову тучу вывихов и растяжений, и, словив многократно усиленный побочными болячками болевой шок, потерял нахрен сознание. После чего, через какое-то время обнаружил себя безвольно валяющимся на лежанки уже без кандалов садистского тренажера на руках-ногах… Остававшаяся во время моего обморока в сознании союзница позже рассказала, что, как только я вырубился, скрут тут же это дело каким-то загадочным образом прочухал и быстренько вернул колодки с зажатыми конечностями на платформу в исходное состояние. Зажимы, удерживающие в неволе ладони и ступни, тут же расстегнулись, и покалеченные руки-ноги рухнули на бесчувственное тело… Дальше, понукаемый «заботой» Хозяина, я активировал свою читерскую лечилку, и снова стал заправлять оживающие под действием ледяного целебного пота руки-ноги в кандалы тренажера…
Но это было давно. Время шишек и болезненных срывов на скруте давно уже прошло. К слову, этот тренажер был успешно освоен мной гораздо раньше той же давилки. Как не сложно догадаться, принцип действия здесь был предельно прост — скрученному «дыбой» бедолаге надлежало вернуть по очереди колодки, с зафиксированными в них конечностями, на место в верхней платформе. Сделать это, конечно, было чертовски трудно, но вполне возможно. Тем более после того, как мною был разгадан тривиальный секрет скрута.
Дело в том, что натяжение четырех разбросанных в разных направлениях рук-ног испытуемого незначительно отличалось по силе воздействия на колодку стальных тросов. И если одну конечность невозможно было даже шевельнуть, другие худо-бедно реагировали на мышечные усилия руки или ноги. Потому, здесь перво-наперво следовало определиться с самой податливой колодкой скрута, и потом сосредоточив на ней все усилия, максимально напрягать выбранную руку или ногу, приближая только ее одну к соответствующей выемке в верхней платформе. Установленная на место колодка тут же раскрывалась, выпуская удерживаемую конечность. После чего наступал черед второй колодки, самой податливой из оставшихся, в возвращении которой на «базу» зажатой конечности активно помогала уже и первая освободившаяся… Ну и далее аналогичная процедура с определением меньшего натяга на оставшихся захватах, и возвращение на верхнюю платформу сперва третей колодки, с помощью теперь сразу пары ранее освобожденных конечностей. И, наконец, совместными усилиями всех рук и ног водворение на место четвертой колодки.
В этот раз самый слабый натяг обнаружился на затянутой влево колодке правой ноги. Стиснув зубы и шипя сквозь них с натуги проклятья, я стал мучительно медленно тянуть правую ногу на базу-выемку в верхней платформе. Дополнительную сложность доставила торчащая вверх аккурат поперек движения левая нога, потому пришлось сперва подтягивать правую коленку почти вплотную к лицу, огибая таким макаром колодкой преграду. А потом, аккуратно обойдя левое бедро, когда осталось дотянуть уже потряхиваемую от длительного напряжения судорогой правую ступню к дальнему краю платформы, возникла новая напасть — пустившийся за колодкой, натянутый, как струна, стальной трос стал чертить на джинсах борозду по все тому же злосчастному левому бедру (из-за жесткого зажима наверху, торчащего по-прежнему намертво), и, из-за содранной за считанные секунды под джинсой кожи, на голубой брючине черный поначалу след от троса стал быстро разрастаться по краям зловещей багровой окантовкой. К счастью, расстояние до базы оставалось уже небольшое, последние отчаянные усилия огнем пылающих мышц правой ноги, и злосчастная колодка вокруг ступни занимает-таки свое место на платформе. Натяг стального троса тут же ослабевает, и его болезненное трение по левому бедру прекращается. Отщелкнувшись от колодки, трос падает вниз и стальной змеей мгновенно соскальзывает с лежанки куда-то вниз. Единственным воспоминанием о чертовой «змее» остается лишь широкая черно-бурая полоса на левом бедре. Щелкает замок закрепившей на платформе колодки, и освобожденная правая нога без сил валится на лежак. Секунд на пять я замираю, давая намучившемуся телу короткую передышку, и снова в бой!
Теперь самый относительно слабый натяг ощущается в левой руке — ну а как иначе, гребаный скрут куражится надо мной по полной, ведь ежу понятно, что правой ногой помогать левой руке — это самый дерьмовый вариант из всех возможных. Но в данном конкретном случае мне на пользу играет направление натяжения левой руки. С правой стороны дотянуться и поднырнуть под натянутую, как струна, руку правой коленкой — дело считанных секунд. А дальше, благодаря отлично прокачавшейся за последние дни ловкости, я с грехом пополам протискиваю между кистью придавленной вниз левой руки и лежаком правую ступню. Целиком оказавшаяся за вытянутой вбок левой рукой правая нога цепляется пяткой за опущенную ниже лежака колодку, и совместными усилиями руки и ноги начинаю медленно, но верно, смещать гребаный зацеп влево к базе. Примерно минута отчаянного преодоления сопротивления неуступчивого стального троса, шипение сквозь стиснутые зубы и заливающий глаза едкий пот, который тупо нечем пока что даже смахнуть, и вот, наконец, вторая колодка занимает места на платформе.
Дальше, с освободившимися правой ногой и левой рукой, дела мои пошли куда как веселее. Буквально четверть минуты понадобилось мне, чтобы вытянуть из-за головы и пришпилить на место в верхней платформе колодку правой руки. А уж потом совместными усилиями всех четырех конечностей переборол-таки самый тугой натяг верхнего троса, опустил с верхотуры колодку левой ноги и зафиксировал в соответствующей базе-выемки на платформе.