Кречетов, ты – крестьянин, а не наследник! Том 2 (СИ)

— Почему Имперская? — спросил я.
— Во времена Империи, она снарядила их первыми, когда она еще была в силе. И с тех пор северяне сохранили этот статус. Видите эти выгравированных коней на их щитах и колчанах?
Я надул щеки, беспокойно выдыхая. Скакуны их были забиты оружием. Длинные копья, коварные сабли, составные луки. Даже боевые молоты — всё, что нужно, чтобы разбить череп в мгновение ока.
— Что это за воины, Радион? — спросил я, чувствуя, как тревога накатывает.
— Не обычные тут гости, скажу я вам, государь, — буркнул Радион, вглядываясь вперед. — Это элита, следуют за королевскими членами, как блохи за собакой.
Вскоре их кони, фыркая стояли перед нами.
— Назовите свои имена принцу, — сказал человек в маске медведя. Светло-голубые глаза сверкали в прорезях. Тон его был далеко не дружелюбным.
Если я хотел быть честным, то этот человек казался оскорбленным.
Принц? Что за неряшливая фигня здесь происходит?
Радион все разложил по полочкам.
— Я жрец Перуна — Радион Бондарев. Это князь Ярослав из Новгорода. А вон тот лихой парень — дружинник из княжеского отряда. У вашего принца есть имя?
Всадник отшатнулся от предполагаемого оскорбления. Я понятия не имел, что считается дурными манерами у членов королевских семей. Сам будучи дворянином, примерно месяц.
«Медведь» брыкнул ногами, чтобы подтолкнуть свою лошадь вперед. Он остановился рядом с человеком, который желто-зелеными глазами изучал каждого из нас, прежде чем заговорить.
— Я принц Рагнар, — сказал он коротко, и отдал власть своему подручному.
— Рагнар? Что это за имя такое? — Спросил я с легкой усмешкой, которая, казалось, еще больше разозлила «медведя»
— Принц Рагнар, — начал Радион своим обычным голосом. — Вы не можете двинуть эту армию через стену.
— Жрец Радион, — ответил всадник. — Наш принц теперь наш конунг. Он объявил эти земли своими. Армия конунга не может уйти.
— Мы не можем этого допустить. Ярослав Кречетов — теперь князь Новгорода, — объяснил Радион, не сбиваясь с ритма. — Князь не откажется от земель и титулов здесь.
— Разве князь не должен быть старым? Я вижу только тебя. — Сказал всадник в маске медведя. — Принц Рагнар позволит вам и жителям деревни уйти невредимыми, если вы того пожелаете.
Так уж получалось, что разговоры вели наши помощники. Принц Рагнар молчал, я делал тоже самое.
— Это их дом, где они родились, — настаивал Радион. — Где честь в том, чтобы прогонять людей?
— Принц великодушен, но не позволит использовать его в своих интересах. У вас есть время до завтра, чтобы освободить замок. Если вы этого не сделаете и решите остаться, то Золотой Медведь попирует на ваших костях.
Очевидно, наш разговор был окончен.
Радион стиснул челюсти, и я услышал, как он скрипнул зубами. Принц Рагнар сделал паузу, когда всадники повернулись, он уставился на меня.
— Я думал, князь Новгорода был человеком постарше, — сказал он ровным, довольно культурным для слуха голосом.
— Он был убит, — ответил я, и принц удивленно откинулся на спинку своего богатого седла. — Мой отец тоже, так что я здесь.
— Вот вы где, — промурлыкал принц Рагнар и слегка одобрительно, но неожиданно кивнул мне головой. — Тогда вы должны забрать свою землячку.
 
По его приказу воины вывели избитую женщину. Я узнал в ней нашу разведчицу, которую взяли в плен. Уже думал, что она пропала.
Я кивнул своим людям:
— Заберите её и отведите к замку. Позаботьтесь о ней.
Они подхватили женщину и усадили её на лошадь.
Переговоры были закончены. Мы повернули в сторону замка.
* * *
— Это проклятое безумие, — поделился я, возвратившись в замок.
— Ах, да, беспредел, — протянул Радион, скривив морду. — Надо бы слать голубей в Новгород за подкреплением. Советник Велемир нам поможет.
— Что же делать пока? — спросил я, понурившись, как и полагается в таких случаях.
— Держимся как можем. Видели какие ребята на стене? — хрипло возразил жрец.
— А с той стороны их больше, — заметил я, не готовый сдаваться без борьбы.
— Не все смогут до защищенных позиций дойти, — не унимался Радион. — На модных седлах или нет.
После этого он ушел гонять всех бездельников. Собрать их в команды для войны, которой я вообще не хотел.
Чтобы отвлечься, решил прогуляться по двору. Конечно, этот проклятый Ларион где-то шляется. Но, похоже, даже он не так глуп, чтобы сейчас показаться.
Дана заметила, как я таскаюсь возле конюшни, и подбежала ко мне с шальным светом в глазах.
— Я не в настроении играться, — предупредил я.
— Я не для этого, — невозмутимо ответила Дана.
— Чего ты хочешь?
— Твоего бойца в штанах?
Я сильно надулся.
— Нам надо допросить нашу разведчицу, — предложил я.
Дана согласилась и мы вместе пошли туда, где её уложили отдыхать.
Бедняжка так испугалась, увидав нас, одетых как при сражении. На её лице было написано все: от ужаса до жалости. И она заплакала.
— Эти мрази напали на меня, — выдавила она из себя, словно говорила через зубы.
Я остановился, потрясенный, и посмотрел на нее. Она сидела там, согнувшись у стены, как старая ёжка.
— Подожди, дай-ка я посмотрю твою рану, — сказал я, приближаясь.
Она покорно подчинилась, прижав руки к бокам.
— Что-то тут не так, — прошипела Дана с тревогой в голосе.
— Что именно?
— Эта кровь… это не её кровь…
Я обернулся, чтобы взглянуть на Дану.
Она медленно подняла руку, и я увидел красное пятно на её пальцах.
— Что за…? — мой голос заикнулся, когда острая боль пронзила меня под левой грудью.
Дана выругалась, а я повернулся, чтобы увидеть причину адской боли.
Мой взгляд упал на рукоять ножа, торчащего из моего бока. Левая рука этой бабы все еще держала его, а правая забивала его глубже.
— Ярослав! — закричала Дана, её голос звучал отдаленно.