Зов ушедших героев (СИ)

Он поднес руку к месту, куда настоятель запихнул ему иглу, и от бессилия и злобы сжал кулак. Перетерпев жуткий приступ боли и чуть отдышавшись, он по-другому сформулировал свой вопрос:
— Шубар… ты так хорошо меня знаешь? Откуда?
Телохранитель коротко кивнул, стащил боевую перчатку, сдвинул остро отточенным ногтем на предплечье одну из защитных пластин и на что-то там несколько раз нажал. Шлем с его головы тут же стал собираться в воротник доспеха. Он медленно развернул к Изгушу лицо и посмотрел ему прямо в глаза. От этого взгляда у будущего предводителя восстания сдавило горло и всё похолодело внутри. На него смотрел уже немолодой Митхар с горизонтальным зрачком в правом глазу, точно таким же, как теперь у него самого, и таким же, как и у всех истинных Салахош.
— Т… ты?..
Шубар грустно ухмыльнулся и кивнул.
— Да, род Салахош проклят самим Буаегом, и когда-то я принадлежал к нему.
Он опустил голову, разглядывая что-то под ногами.
— Наши с Изгушем отцы… они когда-то были родными братьями и… — тут бывший генерал отчетливо расслышал, как Шубар скрипнул от злости зубами, — они вряд ли догадывались о том, что я всю жизнь, находясь от них на огромном расстоянии, неотрывно следил за ними. Теперь у меня есть все основания ненавидеть это племя всем сердцем.
Шубар сжал кулак и поднял его над головой.
— Во славу императора!
— Во славу императора! — вскинули сжатые кулаки все находящиеся в десантном отсеке, и даже пилот, не оборачиваясь, поддержал этот жест.
— А как же?.. — Изгуш, ничего не понимая, во все глаза разглядывал своего телохранителя.
Тот кивнул и ткнул пальцем сначала себе в грудь, а затем указал на каждого из своих воинов.
— Я Аргиш, они все — Аргиш. Мы знаем о всех, о нас почти никто. Ты знаешь — кто такие Аргиш?
Изгуш чуть призадумался и кивнул: «Надо же! Все эти воины… они из секретной касты Аргиш. Да-да, он слышал о них, мало того, его родной брат тоже был Аргиш, но он толком и не знал о них ничего, так… слухи, не более. У высших аристократов Митхар издревле существовал такой закон: третьего ребенка в семье забирал себе император и больше о нём никогда никто не слышал. Ходили редкие, ничем не подтверждённые слухи, что их еще младенцами тайно свозили на хорошо охраняемую планету Сумра, где в храме Аргиш воспитывали в крайней строгости и абсолютной преданности лично императору. Говорят, им всем там меняли внешность и состав крови, чтобы в будущем их родичи не могли догадаться, что это они. Так же поговаривали, что немногие выходили из стен того храма, но те, кто выжил и прошёл обучение, служили своему покровителю верой и правдой до конца своих дней. Кем они потом становились, какие посты занимали, точно уже не знал никто, кроме, конечно же, самого императора».
— Для всех тех, с кем нам дальше придется иметь дело, — продолжал Шубар, — я буду просто одним из выживших представителей рода Салахош. Ты меня к себе приблизил и позволяешь иногда давать тебе мудрые и своевременные советы, а так, да… все мы, — он обвел рукой присутствующих, — твои верные телохранители.
— А много их выжило? — чуть напряженно спросил Изгуш, имея в виду представителей рода Салахош.
Шубар мотнул головой.
— Насколько мне известно, тех, кто должен будет проявить себя перед тобою, совсем мало. Может, с десяток где-то и затаились, да еще большая часть гарема…
«Гарема... — Изгуш тут же вспомнил о Шейме и тяжело вздохнул. — Единственную, кого бы он хотел видеть сейчас рядом, так это только ее. И не только из-за обольстительных ягодиц и умелого острого язычка, но еще и из-за ее знаний, о которых, наверное, не догадывался и сам настоятель».
В перерывах между любовными утехами она много рассказывала ему о настоящей тайной жизни Изгуша, о его самых сокровенных желаниях и никому не известных возможностях. Очень осторожно расспрашивая наложницу, он пытался приблизиться к тайне кулона из груди поверженного им узника и, казалось бы, разгадка была уже совсем близка, но… это ночное нападение на храм…
— Изгуш, — вывел его из задумчивости голос Шубара, — разреши мне представить тебе твоих самых преданных телохранителей, готовых не задумываясь отдать за тебя жизнь.
 
«Или лишить меня головы, если возникнет такая необходимость», — невесело подумал Гигемеш и кивнул.
После слов командира все начали убирать шлемы со своих голов.
— Когда прибудем на «Беш», я познакомлю тебя с остальными, а сейчас…
Он указал пальцем на крепкого плечистого Митхар, чей зеленоватый цвет чешуи и налитые кровью глаза говорили о высокой родовитости.
— Это Шулей. Он непревзойденный боец и мастер Тихой смерти. Это Алиш, — Шубар кивнул на сидевшего в кресле пилота, — он управляет всеми видами летательных аппаратов, включая орбитальные крепости.
Затем он указал на невысокого воина с одним обломанным клыком.
— Это Накош. Мастер… а чего он мастер?
Шубар вопросительно уставился на Шулея. Тот состроил непонимающую рожу и пожал плечами, мол, а я откуда знаю. Шубар безнадежно махнул рукой и оскалился.
— Да всего он мастер! Справится с любой задачей, была бы указана цель.
Все показали свои клыки, что означало — шутка командира удалась.
— А это Агеш! Не смотри, что она хрупка и своей красотой может затмить любую наложницу из гарема самого императора. 
Он фривольно хлопнул её ниже спины, на что та притворно зашипев отскочила от него.
— Она, прежде всего воин Тени, и уверяю тебя — одна из лучших.
Закончив представлять свой отряд, он чуть склонил голову вбок и пристально посмотрел на Изгуша.
— Мы все Аргиш. Помни это.
Бывший генерал понял всё правильно и, подняв сжатый кулак над головой, выкрикнул:
— Во славу императора!
— Во славу императора! — вторили все ему в ответ.
Тайна Изгуша 
Штурмовые челноки таморианской расы ценили за то, что они были способны совершать короткие прыжки через гиперпространство практически без разгона. Единственная проблема — они были совсем не приспособлены для митхарианской расы. Тесная кабина управления, низкие потолки и какие-то несерьезные и неудобные кресла. Даже миниатюрной Агеш приходилось постоянно пригибаться и ходить чуть ли не полусогнувшись, чтобы не касаться головой потолка.
Шубар с Изгушем расселись прямо на полу, прислонившись спинами к ребристым переборкам.
— Почему они стали убивать узников храма? — задал Изгуш давно мучивший его вопрос. — Предательство, или это что-то другое? Мое обучение в храме близилось к завершению, оно было достаточно жестоким, но всё шло своим чередом, не скажу, что ко мне относились дружески, но…
Шубар приподнял руку, останавливая Изгуша, и как только тот запнулся на полуслове, пояснил:
— Когда твое обучение стало подходить к концу, доверенные лица императора начали распространять среди дворцовой знати слух о том, что в подземельях храма Шахри содержится бывший предводитель восстания по имени Изгуш из рода Салахош. Все знают, Изгуш, что в твоих жилах течет кровь древних императоров, и ты имеешь право вернуть себе трон, принадлежавший когда-то твоим далеким предкам. Поэтому дальнейший план, одобренный настоятелем и самим императором, был прост — общественности надо было донести, что предводитель неудавшегося из-за предательства восстания жив и содержится в подземельях храма. Кто-то обязательно захочет тебя выкрасть и затем, используя как знамя, попытаться снова свергнуть императора. По нашим расчетам это должно было произойти только после праздника Урлей и никак не раньше, и мы должны были опередить всех.
Шубар прервался, потому что, к ним подошла Агеш и протянула два высоких и узких стакана с густой зеленоватой жидкостью внутри. Телохранитель благодарно ей кивнул, сделал большой глоток, жестом приглашая Изгуша присоединиться.
— Это вкусно и всем нам сейчас необходимо.
Изгуш попробовал жидкость кончиком языка.