Зов ушедших героев (СИ)
«Что за корабль?» — с интересом спросил Сэф.
Я пожал плечами: «Он говорил что-то про корвет илипайской расы...»
Глаза Сэфа от удивления расширились: «Илипайской? И где же он его раздобыл?»
Я снова пожал плечами: «Не знаю. Но это и не так важно сейчас! У меня есть координаты той базы, и, — я посмотрел на Солу, — он оставил мне от нее ключ».
Сэф внимательно посмотрел на меня, затем медленно кивнул и, как будто не замечая рядом со мною маленькой девочки, задумчиво проговорил: «Надо же! Значит, база изгоев всё-таки существует. Хм… в это мало кто верил…»
Затем он встрепенулся и уже твёрдо по-деловому предложил: «В сцепке с крейсером путешествовать по галактике крайне затруднительно, предлагаю сначала отбуксировать «Эсурру» и уже затем на быстром корабле отправиться к базе Кая».
Я отрицательно мотнул головой: «Мы не успеем, и он уничтожит базу, если я задержусь. Он предупредил, и я склонен полагать, что он в тот момент совсем не шутил».
«Тогда транспортировку крейсера придется отложить и немедля отправиться к той базе. Сейчас у нас нет недостатка в боевых кораблях и восстанавливать этот израненный крейсер не имеет смысла, лучше позже вернуться сюда и пустить его…»
Я не успел ему возразить, как наш диалог прервал пронзительно-тревожный звуковой сигнал. Звук шел от телепорта. Символы на арках врат вмиг погасли, туман бесследно исчез.
Под сводами зала притух свет и зазвучал негодующий голос Кнурса:
— Пока буксир не возьмет «Эсурру» и не даст мне доступ к его искину, никто больше не покинет этот крейсер! Вы обещали мне восстановить корабль и должны выполнить это обещание.
— Что он себе позволяет?! — вслух возмутился Сэф. — Такое своеволие искинов непозволительно и подлежит…
Я попытался прервать жестом негодование Сэфа, но тот, не замечая этого, продолжил:
— Я вынужден буду подать рапорт в Совет Восьми, это опасный прецедент, и он может привести к нежелательным последствиям в будущем и…
— Успокойся, Сэф! Кнурс здесь ни при чём. Это работа Кая и, видимо, пребывание «Эсурры» на корабле Ханки в течение целого цикла так сказалось на нём.
— На корабле Ханки? — неверяще уставился он на меня, вмиг позабыв о Кнурсе. — Ты сказал, целый цикл на корабле Ханки?
— Да. Поэтому мы выполним всё, что ему было обещано ранее, а я отправлюсь к базе на одном из кораблей буксира.
Сэф перевел взгляд на Солу и, казалось бы, только сейчас заметил ее необычные разноцветные глаза. Хотел было еще о чём-то спросить, но передумал, лишь утвердительно кивнул. Глаза его на миг затуманились, затем он посмотрел на нас просветленным взглядом.
— Подготовка к транспортировке крейсера начата. Между искинами кораблей установлена надежная связь.
Путешествие на «Поисковике»
Единственным средством передвижения, на котором мы могли бы добраться до системы Фужа, был двухместный поисковой корабль, входящий в состав крохотного флота буксира. Остальное, находящееся на его летной палубе, не подходило нам совсем никак. Четыре истребителя прикрытия годились только для ближнего боя в непосредственной близости от самого буксира, а пара катеров уровня «Ант» совсем не были приспособлены для длительного путешествия.
Навигатор буксира вычислил нам маршрут, и выходило так, что до точки прибытия нам необходимо было совершить ровно четыре прыжка — приблизительно по паре суток каждый.
Успеваем! Впритык, но успеваем.
Виза, Шак и даже Сэф, все хотели лететь с нами, но на «Поисковике» всего лишь два места и крохотная каютка с пищевым синтезатором. Поэтому Виза с Мором отправляются на Новый Зот, а Шак и Сэф везут реликвию обратно своему клану.
Устраиваясь поудобнее в пилотском кресле, я украдкой подглядывал за Солой. Та уже сидела, выпрямив спину, положив маленькие ручонки на массивные подлокотники. Первый раз вижу зотэрианского ребенка в полном скафандре. Всё то же самое, что и у взрослых, только размеры какие-то миниатюрные, игрушечные.
Бронеплиты буксира медленно пошли вверх, открывая нам выход в космическое пространство.
Немного отлетев, я посмотрел на жесткую сцепку крейсера и буксира со стороны.
Удивительное дело! Сам буксир раз в пять меньше крейсера, а будет тянуть на себе такую громаду. Настоящий космический трудяга.
Мои наблюдения прервал искин «Поисковика»:
— Координаты для первого прыжка к Системе Фужа в созвездии Ирума установлены. Начинаю разгон. Время разгона…
База изгоев
Через восемь суток после старта мы вышли из последнего гиперпрыжка в системе Фужа, невдалеке от мертвой планеты, которую Сола назвала — Грэк. В переводе с хогтэрианского это название можно истолковать как — дающая надежду, или что-то в этом роде. Не понимаю пока, почему Кай назвал эту планету на языке Хогов? Ну, может, когда мы на нее высадимся, всё станет ясно.
По моим расчетам в запасе у нас оставались еще два дня, так что мы успеваем и пока можно не беспокоиться.
Наши шлемы собрались у нас на головах, и мы приготовились к посадке.
Путешествие вышло немного утомительным и всё из-за Солы. Девочка любознательна до крайности и засыпала меня всевозможными вопросами о моей прошлой и настоящей жизни. Ее интересовало абсолютно всё: выжившие зотэрианцы и Хоги, люди с планеты Терра, чем отличаются Хоги с Нариха от наших, как выглядит Новый Зот, какие там животные и растения, и многое-многое другое. Ее интересовало практически всё, и она с милой улыбкой требовала от меня полного отчета.
Пытаясь наладить с ней дружеский контакт, я шел на уступки и болтал без умолку, прерываясь только на сон и еду. Сама же Сола на мои вопросы больше отмалчивалась, загадочно улыбалась и отводила глаза. Но один раз мне всё-таки удалось ее разговорить, и этого одного раза хватило на то, чтобы понять, какое сокровище сидит сейчас рядом со мною в соседнем кресле.
Я тогда сделал ей небольшой комплимент:
— Твои глаза они такие необычные, и их цвет... тебе очень идет.
Сола посмотрела на меня с сомнением.
— Ты так думаешь? А вот Рос и Нут всё время дразнятся и говорят, что я уродина.
Я засмеялся и сказал сквозь смех:
— Нет, Сола, что ты! Ты очень красивая, и твои глаза прибавляют тебе загадочности… и эти мальчишки, они просто завидуют тебе! Вот поверь мне.
Она улыбнулась и как-то совсем уж по-женски стрельнула глазками.
— Тоже так думаю. Ведь Хирмепрастиктс меня взял в свои ученики, а не их.
Я многозначительно кивнул соглашаясь.
— И как это? Обучаться у Ханки? — спросил я с замиранием сердца.
Девочка дернулась и застыла в кресле, уставившись в одну точку. Я от досады прикусил язык, вот же… Видимо, для нее это запретная тема, а тут я со своими расспросами. Но промолчав какое-то время, она тихо произнесла:
— Раньше у меня были нормальные глаза, как у всех. Они изменились после того, как Хирмепрастиктс окунул меня в чашу с какой-то жижей, и у меня после этого на спине появился знак.
— Что за знак? — спросил я с плохо скрываемым интересом.
Сола молча расстегнула клапаны комбинезона и, совершенно не стесняясь, приспустила его на бедра.
— Вот! — повернулась она спиной, приподняв волосы на затылке.
От увиденного я обомлел. Всю спину Солы покрывал цветной замысловатый узор. Он начинался на шее, растекался по плечам, сужался между лопаток и стекал как ручеек к пояснице, охватывая талию.
— Это было больно, но я не плакала, терпела, — застегивая комбинезон, она шмыгнула носом. — Хирмепрастиктс хвалил меня и жалел, говорил, что я настоящая дочь своего народа, а потом… потом я стала видеть и слышать то, что было недоступно другим из наших.
Справившись с застежками, она развернулась ко мне. Смотрела серьезно без улыбки.
— Я могу рассказать больше, если тебе интересно, конечно, и нескучно это слушать.
Медленно кивнув, я весь превратился в слух.