Чпр 3 (СИ)

Но, как бы там ни было, Бен был абсолютно прав: говорить и думать об этом пока что рано. На носу у меня были роды, а еще премьера с Гроу, которая должна была состояться спустя месяц после появления на свет нашей крохи.
Подумав об этом, я улыбнулась. Перевела взгляд на браслет, с которым теперь не расставалась: здесь постоянно обновлялись показатели моего состояния (на этом настоял Бен, когда я собиралась на первую репетицию), а еще я использовала его как часы.
— У тебя уже совсем скоро встреча с журналистом…
— Да, — опомнившись, Бен убрал ладонь с моего живота и кивнул. — Вообще-то она вот-вот начнется. Я просто теряю счет времени, когда я с вами.
«С вами» прозвучало так глубоко, что я, опираясь на подлокотники, привстала и коснулась губами его губ.
— Тогда мы пойдем. Не будем тебя отвлекать.
— Вы никогда меня не отвлекаете.
Я снова улыбнулась. Обвела взглядом кабинет.
Если верить рассказам о моей жизни, я здесь была и как секретарь, и когда-то пыталась сюда пробиться, чтобы доказать, что я имею право здесь работать. Увы, память ко мне так и не вернулась, и, скорее всего, уже никогда не вернется. Когда я рассказала Ардену, что в момент похищения близнецов вспомнила их рождение, он сообщил, что память максимально активизировалась в момент стресса. И что, если бы я должна была вспомнить, я бы уже вспомнила, но увы.
На самом деле отсутствие памяти мне совершенно не мешало. Я действительно начала жизнь с чистого листа, и в ней было все, о чем только можно мечтать.
— О чем будете говорить? — тихо поинтересовалась я, оказавшись в объятиях мужа. Покидать их категорически не хотелось, пусть даже я представляла, какая на Бене лежит ответственность, и чего стоит каждая его проведенная в рабочее время со мной минута.
— Предполагаю, что о последних новостях в мировом сообществе. Тема попыток меня подвинуть перестала быть актуальной несколько месяцев назад.
Оппоненты Бена и того, кто хотел занять его место, живо разом перегруппировались и начали наседать на него на тему того, что он использовал неэкологичный метод для защиты Раграна от Кроунгарда и что даже допустил вторжение того на окраину города. Они бесились несколько месяцев, у Дейан вышло несколько статей по этому поводу, но в конечном итоге все решили перевыборы, которые так лоббировали желающие занять его пост.
Бен отреагировал на это на удивление спокойно.
— Я буду совершенно не против оставить политику и заниматься семьей, — сказал он тогда мне.
Но рагранцы решили иначе.
Что же касается Мирового сообщества, там долгое время назревали перемены, инициатором которых стал Рэйнар Халлоран. Он сообщил, что покидает пост главы, и останется лишь на какое-то время, пока страны активно занимаются последствиями Кроунгардовых интриг. Халлоран предлагал кандидатуру Бена на смену себе, но Бен отказался и предложил Ландерстерга.
— Он, судя по всему, решил, что я таким образом подложил ему набла, — говоря об этом, мой муж усмехался.
Учитывая, что с самой нашей свадьбы они с Ландерстергом весьма экзотично подкалывали друг друга по самому разному поводу, это могло быть воспринято Торном как угодно, но только не так, как сказал Бен. Я бы вообще предположила, что в жизни моего мужа впервые появился настоящий друг, но он о таком даже не заикался. Ну а я… я просто наблюдала. За тем, как двое мужчин, которые терпеть друг друга не могли, сейчас общаются как мы с Зои.
С Зои было на удивление легко, мы в самом деле очень быстро снова нашли общий язык, и я была счастлива. Определенно я была счастлива и тому, что с Лаурой Ландерстерг общение тоже складывалось.
— Ладно, я все-таки пойду, — тихо произнесла я.
Бен нехотя разжал руки.
— До вечера.
— До вечера.
Напоследок поцеловав мужа в щеку, я вышла в приемную. Попрощалась с секретарями, развернулась к диванчикам для посетителей и наткнулась взглядом на мужчину. Черные вьющиеся волосы были аккуратно уложены, в них блестели колечки седины.
Знакомое лицо… Слишком знакомое!
Мир разорвался на части и сложился заново, как будто в него встали все недостающие детали картины.
 
— Риаммэ Вайдхэн, — он поднялся, шагнул мне навстречу. — Позвольте представиться, меня зовут Тео Родхэн, у меня назначено интервью с вашим мужем.
— Да, конечно, — игнорируя протянутую мне руку, произнесла я. Потому что передо мной стоял тот, кто в кафе Ферверна, когда я была в отчаянии, предлагал мне разрушить режим иртханов.
Я шагнула к ближайшему посту вальцгардов и едва слышно произнесла:
— Арестуйте этого человека.
Они успели еще до того, как секретарь дотронулась до коммуникатора, собираясь сообщить о визите. За миг до того, как его скрутили, и как из кабинета вышел Бен, я увидела в глазах истоковца изумление.
На такое он точно не подписывался, да такого и не должно было случиться.
Потому что Аврора Вайдхэн не помнила свою жизнь.
Потому что именно благодаря ему я все вспомнила.
~~~~~~~
— А-а-а-а-а! Бен! Да не сжимай так сильно мою руку, не ты же рожаешь!
К счастью, пальцы он расслабил мгновенно, до того, как я лишилась руки.
— Прости, Аврора, — шепотом произнес Бен, оглянувшись на акушеров. — Не забывай, пожалуйста, что мы с тобой очень ярко чувствуем друг друга.
— О чем я точно больше не буду забывать — так это о контрацепции! — яростно прошептала я.
Схватки усиливались, и с каждым мгновением становились все более и более частыми. Мне казалось, что из меня выходит не малышка, а драконенок со всеми его шипами и наростами. Тот самый глубоководный, только маленький. Но для меня-то более чем большой!
Я изначально была против совместных родов, но Бен очень хотел. Для него это было очень важно, а уж учитывая тот факт, что после того, как ко мне вернулись все воспоминания, он стал совсем нервный: с чего-то взял, что я захочу с ним развестись или перестану общаться, или… в общем, по-моему, мой беременный невроз передался и ему, поэтому вот мы тут.
Рожаем!
— А-а-а-а-а!
На этот раз он не стал сжимать мою руку, наоборот. Я вцепилась ногтями в его, стараясь сдержать следующие рвущиеся из груди крики. Бен заглянул мне в глаза: настолько растерянно, что я с трудом удержалась от рваного смешка.
— Что, Черное пламя Раграна, к такому жизнь тебя не готовила?
— Узнаю старую Аврору, — пробормотал Бен.
— За старую ты мне еще ответишь! И… А-а-а-а-а-а!
Кажется, акушеры здесь были лишние, потому что их просьбы доносились сквозь шум в ушах и боль, которую создавало одно маленькое, вредное, толкучее создание, которое вроде как и стремилось покинуть мое тело, но вместе с тем не очень-то торопилось!
— Давай говорить о чем-нибудь, чтобы отвлечься, — предложил Бен, когда у меня на глазах все-таки выступили слезы. Поскольку я отказалась лежать, ходила по просторной огромной палате, сейчас лишь кивнула, расслабляя пальцы и отмечая красные полумесяцы на его коже: следы от моих ногтей.
— Прости.
— Все хорошо. Все хорошо, Аврора. — Мы с ним сделали несколько шагов к запечатанному жалюзи окну, потом вернулись к койке.
— О чем ты там предлагал поговорить?
— Не представляю. Как будем поздравлять Ландерстерга со вступлением на пост главы Мирового сообщества?
— Я ему скорее посочувствовать могу!
Бен не выдержал и хохотнул, совершенно неполиткорректно, а меня снова накрыло схваткой. На этот раз мы остановились, и он мягко сомкнул ладони на моих, позволяя мне делать все, что угодно. Я уже не хотела делать все, что угодно! Я просто хотела родить!
— Знаешь, о чем я думаю сейчас? О том, что твоя идея со специализированными занятиями для беременных балерин — просто супер.
Я подняла на него глаза, из-за слез его лицо казалось немного размытым.
— Правда?
— Правда. Для тех, кто хочет сохранять возможность танцевать до последних месяцев, как это делала ты, такое, твой опыт бесценны.