Солдат удачи (СИ)
— Обеспечивают скрытность перехода, — со знанием дела хмыкнул Костомаров.
Из полумрака появился рослый морпех, присел рядом.
— Ну что, старшина? Айда помечем ножички? — шутливо толкнул Найденова в бок.
Он был одним из «замков», то есть заместителем командира роты, контрактник по фамилии Синицын, звали Николай. Познакомились вскоре после отхода. На вторые сутки плавания старший сержант предложил смежникам поединок.
— А то про вас столько пыли напускают, — оглянувшись, подмигнул своим. — Ну так вот, хотелось бы убедиться.
— Можно, — встал с рундука Найденов, который был в их в группе старшим.
Сопровождаемые болельщиками, они прошли в грузовой отсек твиндека. Там находились три раскрепленных БМП, два «Урала» и прочее военное имущество, доставляемое в Камрань.
У кормовых ворот оставалась свободная площадка, на ней доброхоты развернули брезент.
— Ну как, диверсант? Пойдет? — обернулся к Найденову старший сержант.
— Вполне.
Разойдясь в разные стороны, по пояс разделись, передав куртки сослуживцам, и в боевых стойках закружились по палубе.
Сначала напал морпех. Подскочив, саданул ногой в голову противнику. Найденов, выставив защитный блок, уклонился и сделал подсечку — сержант грохнулся спиной на брезент. Вскочив, опять пошел в атаку. Проведя захват, швырнул Найденова через бедро и прыгнул сверху, чтобы взять на болевой прием. Не вышло. Он откатился в сторону и через секунду был в боевой стойке. Замелькали руки с ногами, схватка продолжалась.
— А-атставить!
Болельщики раздались, по проходу шел командир морпехов — похожий на шкаф, приземистый, с кривыми ногами и широкими вислыми плечами.
— Что здесь происходит? — остановился рядом.
— Отрабатываем боевое содружество, товарищ капитан! — тяжело дыша, вытянулся замкомвзвода.
— Ну и кто кого?
— Пока неясно, — покосился на Найденова.
— В таком случае продолжайте. — Он развернулся и враскачку пошел в обратную сторону.
Когда, переступив комингс [10], командир морских пехотинцев скрылся в переборке, старший сержант предложил Найденову ничью.
— Согласен, — коротко кивнул тот.
— Держи краба, — протянул старший сержант руку. Сцепились ладонями.
Так началась их дружба. Синицын был родом с Кубани, служил третий год и участвовал в боевых действиях в Чечне, за что имел медаль «За боевые заслуги».
Расслабляться своим подчиненным ротный не давал. Днем в твиндеке, а ночами на палубе проводил с ними занятия по рукопашному бою и физической подготовке. Боевые пловцы тоже разминались рядом, не желая терять форму. В свободное же время валялись на койках — на переходе разрешалось, в отличие от другого места и времени службы, — забивали за раскладными столами «морского козла», слушали плееры — у кого были — или занимались травлей, то есть рассказывали разные истории.
Найденов же с увлечением читал книгу английского писателя Сесила Форестера «Мичман Хорнблоуэр», купленную во время одной из экскурсий в Севастополе.
Как-то после завтрака, подсев на рундук и поговорив о том о сем, Синицын предложил ему научить метать ножи. Ножевому бою в ПДСС обучали, а метанию нет.
Максим, естественно, согласился и не пожалел. С расстояния в десять метров старший сержант точно всаживал в цель не только армейский штык-нож, но и остро заточенную саперную лопатку. Через тройку дней у Найденова стало получаться, а спустя неделю он вполне успешно освоил это дело.
— Помечем, — с готовностью встал Найденов, и оба спустились по трапу в грузовой отсек. Там с полчаса швыряли в деревянный щит с намалеванной на нем фигурой супостата штык-ножи и саперные лопатки.
— Харэ, — сказал Синицын, когда Максим последний раз врубил лопатку точно в цель. — Учить мне тебя больше нечему.
— Спасибо, Колян. Буду должен, — белозубо улыбнулся тот. — Кстати, нож мне больше по душе.
— Не скажи, — подойдя к щиту, выдернул лопатку старший сержант. — Теперь на войне все носят броники. Ножом его хрен прошибешь. А вот саперная лопатка в лоб самое то. Раскалывает, как арбуз. Сам проверял.
— В Чечне?
— Да.
— Страшно там было?
— Страшно, Макс. Только дураки не боятся.
В отличие от боевых пловцов морпехи были тертые ребята. Как и Синицын, некоторые принимали участие в антитеррористической операции в горах, многие ходили с дружеским визитом в Египет и служили не по первому году.
Они быстро установили контакты с командой корабля и у местных ребят выяснили, что те по-тихому делают брагу. Попробовали — забирает, узнали рецепт. Как всегда, по-морскому оригинальный: пять литров фруктового сока, пачка рафинада, чуть дрожжей и… огнетушитель.
По поводу емкости удивились, но умельцы разъяснили. Огнетушитель — главное. Выдерживает изрядное давление, в тепле «созревает» за неделю и, что самое важное, не привлекает внимания начальства. Висит себе на штатном месте да набирает градусы. Только надо предварительно разоружить и вымыть.
Сказано — сделано, тем более ингредиенты имелись. Консервированный яблочный сок в жестяных банках выдавался по утрам к завтраку, сахар-рафинад к вечернему чаю. На дрожжах коки на камбузе пекли хлеб.
Зарядив первый, через неделю ночью продегустировали, — получилось самое то. Повторили и организовали второй, повесив созревать на штатном месте в грузовом отсеке. Но, как говорят, не судьба. Спустя еще сутки во время строевого смотра экипажа корабля на верхней палубе у одного из висящих там средств пожаротушения сорвало крышку. Пенная струя хлестнула в небо, а оттуда вниз, благоухая дразнящим запахом.
Смотр тут же прекратили и на корабле провели шмон. Нашли еще три подобных «самогонных аппарата» в грузовом отсеке.
— Недоноски! — орал, бегая перед шеренгами построенных там морпехов, их командир. И дальше шли «междометия» на великом и могучем.
После инцидента особист провел для команды и морпехов беседы, исключая офицеров. Был он в чине капитана 3 ранга и следовал с десантом в Камрань на замену своего коллеги. Днем практически не появлялся, зато ночью мог встретиться в самых разных местах.
Для начала лектор рассказал о вражеских происках НАТО, приведя ряд примеров, а далее заявил:
— Вам Родина доверила защиту своих священных рубежей. А вы? Портите военное имущество и жрете брагу, чем подрываете боеготовность. Нехорошо.
И зачитал соответствующую статью из Уголовного кодекса.
— Еще раз повторится, найду и отдам под трибунал. Ясно? — обвел всех прозрачным взглядом.
— Я-асно, — вразнобой протянула аудитория.
— Что, и впрямь может найти? — спросил Синицына Максим, когда особист поднялся наверх.
— С него станется, — хмыкнул Николай. — У нас в командировке в Чечне был такой, капитан. Ходил с нами на задания, рубаха-парень. А потом вычислил одного прапорщика — тот толкнул хачам ящик гранат.
— Ну и чем кончилось?
— Загремел под фанфары. Судил в части военный трибунал. Получил три года.
Между тем поход продолжался, вместо яблочного сока стали выдавать томатный.
Зашли в Луанду, столицу Анголы, где когда-то располагались пункт материально-технического обеспечения и узел космической связи советского ВМФ, дозаправились. А затем, обогнув южную оконечность Африки, вошли в Индийский океан и двинулись к Сейшельским островам. Океан был пустынен, дули северо-восточные муссоны, благоприятствующие плаванию.
Одним ранним утром тишину отсеков разорвали колокола громкого боя — на корабле сыграли тревогу. Дизели заработали громче, он увеличил ход.
Чуть позже в твиндеке появился командир роты со взводными, построив личный состав, объявил:
— БДК получил боевое задание! Всем получить оружие!
Расхаживая перед строем, объяснил причину тревоги: оказывается, на корабль пришла радиограмма от командования о захвате в этом районе пиратами грузового судна. Задача ясная: захваченное пиратами судно следует обнаружить и освободить.