Мы — не ошибка (СИ)

— В смысле, мистер Старк, вы такой весёлый дядька, зачем вам куда-то уходить, я буду чувствовать себя неудобно, что из-за меня и других вам придётся уйти из собственного дома, — невнятно ответил студент, ощущая себя крайне неловко.
— Ну, спасибо за весёлого дядьку, приму как комплимент, — усмехнулся Тони.
— Пап, да он твой фанат, — рассмеялся Харри. — У него на факультете все о тебе знают как о самом выдающемся выпускнике, который добился больших высот в изобретении новых технологий и ведении собственного бизнеса.
  
— Что, правда? Я легенда?
— В некотором роде, — пожал плечами Пит, было видно, что этот разговор он продолжать не хочет, в то время как в университете его хлебом не корми — дай поговорить о Тони Старке и о его изобретении Искусственного Интеллекта. — Кстати, я представлял ваш дом несколько иначе, я думал, что тут будут все ваши инновации, включая программу Джарвис.
— Я решил сделать наш дом самым обычным, каким он был раньше, — теперь было видно, что разговор не хотел продолжать уже Старк, и понял его только сын. После слов Стива о том, что он стал таким же бездушным, как и его изобретения, которыми утыкан весь дом, Старк решил жить обычной жизнью. И до сих пор не понимал, почему Роджерс так ненавидел дело его жизни, которое принесло миллионы их семье.
Повисло неловкое молчание, которое было разрушено звуком смс на телефоне Харрисона.
— Вот блин! Ребята сегодня не смогут быть все, предлагают увидеться завтра, — сказал парень, набирая ответную смс.
— Ну и ладно, пообщаешься с отцом, посмотрим фильмы, а уж завтра познакомишь меня с друзьями, — улыбнулся Питер и перевёл взгляд на Старка, который вяло жевал свой кусок пиццы, вновь погрузившись в воспоминания о бывшем.
— Точно, кстати, мы так и не посмотрели фильм «Зови меня своим именем», — вспомнил Харри и взглянул на отца. — Ты как, пап? Не против с нами провести сеанс кино?
— Что? Да, конечно, — Тони услышал вопрос лишь краем уха и не думая согласился, ведь что может быть безобиднее, чем смотреть фильм, главное — не садиться рядом с Питером.
— Отлично, — парни дали друг другу «пять».
После обеда друзья выбрались по магазинам, чтобы купить предметы первой необходимости для Паркера, на этом лично настоял сам Старк, во-первых, денег у него было достаточно, во-вторых, хотелось спровадить гостя из поля своего зрения хотя бы ненадолго.
Парни вернулись через несколько часов, но покупок было совсем немного: Питер оказался скромным, и как бы Харрисон его ни уговаривал купить что-нибудь ещё, он отказывался наотрез. За это время они успели снова проголодаться, но когда вошли на кухню, оба блаженно застонали, увидев сервированный стол с богатым меню из ресторана. Все наелись, как говорится, от брюха, а Тони был очень доволен собой, ведь для каждого родителя важно, чтобы его ребёнок был в первую очередь сытым. Ну, а дальше, по списку дел, шёл просмотр кино, который оказался не таким уж безобидным, каким представлял его Старк.
Они сидели на мягком диване перед большой плазмой, Питер и Тони — по краям, а посередине восседал Харрисон, руководя процессом. Он выбрал нужный фильм и включил его, а брови Старка медленно ползли вверх, когда он стал понимать, что ребята выбрали не боевик, не фантастику, а гей-драму. Да ещё какую: про взрослого мужчину, пусть и моложе, чем сам Тони, и про семнадцатилетнего паренька. Старк сразу провёл аналогию и искоса посмотрел на Паркера, который полностью увлёкся просмотром.
Питер снова едва прикусывал свои губы, экран телевизора мягко освещал его юношеское симпатичное личико, а глаза отражали неестественный свет. Тони просто не мог оторваться от созерцания, едва повернув голову в сторону, стараясь спокойно дышать через нос. Фильмом, кажется, был увлечён только Паркер, в то время как хозяин дома был увлечён им самим, Харри же залипал в телефоне.
— Может, попкорн принести? — вдруг спросил Питер, поднявшись с дивана, а Старк резко уставился в экран, опасаясь быть замеченным.
— Отлично, я не против, я сейчас… — хотел было встать Харри, но друг потрепал его вьющуюся макушку.
— Сиди, я сам, только поставь на паузу, — подмигнул Паркер, а потом взглянул на Тони, изображавшего из себя мраморную статую. Гость ушёл на кухню за попкорном, оставив хозяев одних.
— Зачем выбрал этот фильм, если тебе даже неинтересно? — с улыбкой спросил Старк своего сына, глядя, как тот всё ещё млеет от прикосновения Питера к его волосам.
— Он хотел давно его посмотреть…
— Уж если подстраиваешься под его вкусы, то хотя бы делай вид, что заинтересован в них, Казанова, — чуть рассмеялся Тони, кивнув на смартфон, в котором чатился его сын уже половину фильма.
— Поверь, когда Питер чем-то увлечён, то рядом с ним может метеорит упасть, а он и не заметит этого. Он даже не обратил внимания, как ты пристально его изучал, — прыснул со смеху Харрисон, заметив, как округлились глаза отца. М-да, перед Паркером-то Старк не спалился, а вот перед собственным отпрыском опростоволосился. — Серьёзно, пап, чего ты так на него смотрел, как на врага народа?
— И вовсе не как на врага, просто он тебе нравится, а мне любопытно, как он относится к тебе, и вообще…
— Ладно-ладно, я понял, что тебя волнует моя личная жизнь и ты за меня переживаешь, знаешь, в конце концов, даже если он не ответит на мои чувства, я не думаю, что он хоть как-то способен меня обидеть. Он ведь как солнце: греет и освещает лишь одним своим существованием, — влюблённо вздохнул Харри, а вскоре послышались шаги Паркера, который нёс большую чашку с попкорном. — Садись, — сказал он и вдруг отодвинулся на край дивана, где раньше сидел Питер, а тому ничего не оставалось, кроме как сесть посередине и поставить угощение себе на колени.
— Вы… будете, мистер Старк? — спросил Паркер и взглянул на Тони.
— Спасибо, мой организм уже не тот, до сих пор ужин переваривает, в отличие от ваших, — отмазался мужчина, потому что его и так в жар бросало из-за того, что Питер теперь сидел рядом с ним, да ещё этот фильм, а уж тянуться каждый раз за попкорном будет чересчур.
Харрисон снял фильм с паузы, и они продолжили просмотр. Теперь в происходящее на экране вникал не только Паркер, но и Старк, став сопереживать главным героям, хотя любителем подобного жанра его назвать было нельзя. Актёры играли очень чувственно и смотрелись безумно гармонично, Тони невольно представил на их месте себя и Питера. Но только он хотел отогнать от себя эти мысли, как его руки, которая покоилась на диване между ним и гостем, осторожно коснулись пальцы последнего. Мужчина напрягся, но руку не убрал, даже когда понял, что это не было случайностью, потому что нежное и робкое прикосновение повторилось.
Паркер почти не дышал, осторожно оглаживая каждую линию на ладони Старка, трепетно выводя на ней замысловатые узоры, и был готов к тому, что вот-вот рука исчезнет, но этого не происходило. Тогда он погладил указательным пальцем выступающие венки на запястье и судорожно вдохнул носом воздух, потому что эта невинная ласка горячила его кровь.
Тони понимал, что позволять этого было нельзя, но ничего не мог с собой поделать, потому что с первой же минуты его тянуло к Питеру так, словно тот — его земное притяжение, словно тот — его гравитация. Именно поэтому он не убирал свою руку, а после, наоборот, ухватил своими пальцами пальцы мальчишки и переплёл их в замок, чуть сжимая.
Они оба смотрели в экран, уже мало интересуясь страстями фильма, в то время как между ними уже пылало, что впору вызывать пожарных и тушить. Это было так глупо и одновременно прекрасно — знать друг друга лишь несколько часов, знать, что это неправильно по отношению к Харрисону, но продолжать держать друг друга за руки.
  
— Ну, неплохой фильм! — вдруг подал голос Харри, и Тони вздрогнул, резко вырвав свою руку из руки Питера, когда на экране поползли титры. Паркер от неожиданности чуть не уронил чашку с остатками воздушной кукурузы.
— Да, мне очень понравился, а вам, мистер Старк? — он набрался смелости и посмотрел на мужчину рядом, взгляд которого был сейчас отстранённым и запутавшимся.