Беги домой

Клер не знала, что Хохотун подошел к ней сзади, пока он не схватил ее за плечо и не развернул к себе лицом. Она попыталась отойти назад, но идти было некуда. Внезапно он отвел правую руку назад и сильно ударил ее по лицу. Пока Клер не опомнилась от удара, обеими руками грубо сорвал с нее юбку. Пуговица отскочила, а молния просто разорвалась. Юбка упала к ее лодыжкам. Мясистая рука тут же сорвала ее белые трусики.
— Да, — рассмеялся подонок. — Натуральная блондинка, чудно. — Он завел назад обе руки и теперь мял ей ягодицы.
Клер вскрикнула, и он вновь ударил ее:
— Заткнись, ты, стерва!
После второго удара она внезапно осознала, в какой оказалась опасности.
Она должна выбраться отсюда.
Выбраться и позвать на помощь, чтобы спасти этих девочек.
 Вот я ему сейчас. 
Когда Хохотун вновь двинулся к ней и наклонился, чтобы снять с нее куртку, рубашку и лифчик, Клер ринулась вперед и ударила его головой в подбородк.
Теперь уже Хохотун вскрикнул от боли, и спустя секунду Клер пожалела о том, что сделала. Он обрушил на девочку серию ударов по груди и плечам, буквально пригвоздив ее к полу. Это продолжалось всего несколько секунд — слава богу, в каюту вошел второй и остановил своего обезумевшего напарника.
— Какого хрена ты делаешь? Это хороший товар, и, черт тебя подери, ты его портишь. Ты что, не соображаешь?
Поджав губы, Хохотун наклонился и быстро связал запястья Клер. Она лягнула его левой ногой в голень и тут же обрела голос.
— Отвали от меня, ты, грязный подонок! Пошел ты! Отпусти меня! — Клер топала ногами по полу. — Брэд! Брэд! — кричала она, но Хохотун, который больше не улыбался, прикрикнул на нее, схватил ее за лодыжки и связал их.
— Видишь, какая? — пожаловался он напарнику. — Хуже всех. Лучше закрой пасть, сука. Нет больше никакого Брэда.
— Отвали от меня, урод, свинья паршивая! — Клер опять начала топать по полу каблуками. — Отпусти меня!
Хохотун схватил ее за волосы, яркие зажимы-бабочки разлетелись в стороны.
— Послушай, деточка! — Он обрызгал ее лицо слюной. — Поверь мне, я знаю множество способов, чтобы сделать тебе больно и не особо попортить твою белую кожу.
Хохотун левой рукой надавил ей на затылок и, прижав ее лицо к своему, впился в нее губами. Клер отчаянно сопротивлялась, но он был сильнее. Оторвавшись от ее губ, Хохотун толкнул ее к двум другим девочкам:
— Это тебе урок, а теперь заткнись. Там, где ты скоро окажешься, с тобой будут вовсю развлекаться.
Снова засмеявшись, он вышел из каюты.
— Тьфу, вот дерьмо, — отплевывалась Клер, — мерзкий недоносок! Этот подонок со своим вонючим дыханием засунул язык мне в рот! — Ее трясло. — Боже, лучше бы меня вырвало. — Она все продолжала отплевываться.
Трейси, рыжеволосая девушка со сверкающими зелеными глазами, не выдержала, глядя на Клер.
— Я хочу домой! — рыдала она. — Я хочу к мамочке! Я хочу к папочке! — Она посмотрела на остальных девушек, ее прелестные глаза были полны отчаяния, а слезы струились по бледному лицу. — Билли сказал, что сделает из меня певицу. Он сказал… — Она сдержала очередной всхлип, помолчала секунду, а потом продолжила: — Он сказал, что я пою, как Тина Тернер и что мир уже готов для новой певицы.
Клер кивнула. Ее донимала боль в коленях, лодыжке, в избитых плечах и груди. Левое колено все еще кровоточило, небольшая красная струйка стекала вниз по ноге.
Джейд смотрела на Трейси. Она пыталась разговорить ее с тех пор, как попала сюда прошлой ночью и увидела еще одну девушку, съежившуюся в углу. Но та была в шоке, и Джейд опасалась, что для нее уже все было кончено.
Следующая фраза, которую она сказала, заставила Джейд покрыться мурашками.
— Я не знаю, что они сделали с другой девушкой, — бормотала Трейси. — Мне всего четырнадцать… Боже, что сделает со мной мамочка, когда полиция обнаружит меня здесь без одежды!
— Что еще за другая девушка? — резко спросила Джейд.
— Что? — Трейси посмотрела на нее.
— Другая девушка: ты только что сказала, что здесь была другая девушка.
 
— Да, она была здесь, когда меня притащили сюда, — ответила, помолчав, Трейси. — Они насиловали ее. Снова и снова. — Она опять начала рыдать.
— Боже мой! — Клер осмотрела все свои ранения и теперь стала вслушиваться в то, о чем говорили девушки.
— Что ты имеешь в виду под другой девушкой? Где она теперь?
Трейси проигнорировала ее и хныкала:
— Билли говорил, что любит меня, сказал, что мы разбогатеем на моем пении и объедем весь мир. — В подтверждение она кивнула головой.
— Мне кажется, — сказала Джейд, — что всех нас выбрали из-за хорошей внешности, и теперь мы все в большой куче дерьма.
Клер медленно кивнула, затем стукнула кулаками по стене.
— Я видела, как один из них давал Брэду кучу денег. Этот урод продал меня. Вот что он сделал, черт его подери, он продал меня! — Она начала колотить ногами по полу и прикусила губу, чтобы не закричать.
Трейси смотрела, как Джейд пыталась успокоить новенькую. Спустя некоторое время Клер пришла в себя и попросила Трейси рассказать, что же произошло с той девушкой.
— Ее просто вытащили отсюда, и она больше не вернулась.
Клер и Джейд посмотрели друг на друга. Они молчали пару минут, каждая вспоминала все те кошмарные истории, что рассказывали им старшие о странных людях, от которых надо держаться подальше. Истории, которые они впитывали еще с молоком матерей, на их коленях. Истории, которые никогда не могли произойти с ними. Только не с ними.
Затем Клер завыла. Это был протяжный, глухой звук, который издает пойманное животное, когда понимает, что ему уже не спастись.
  
Глава третья
 
— Чертовы гонщики! — пробормотала Сандра Гилбрайд, закрыв за собой калитку и посмотрев направо и налево, прежде чем ступить на дорогу. — Теперь даже выйти из своего собственного дома небезопасно.
Сандра всегда готова была поразоряться, ей было все равно, что к ее мнению мало кто прислушивался. Все знали, что она не один раз орала на местного священника за то, что тот ездил по району слишком быстро. Теперь он проезжал мимо ее дома с особой осторожностью — как и все остальные автомобилисты Сихиллса.
Эта маленькая женщина отличалась неплохим вкусом и непреодолимой страстью к туфлям на высоких каблуках, которые надевала, как только вставала с постели, и снимала, когда ложилась спать. Ее длинные темные волосы были заплетены в косу, которая доставала до середины спины, и у нее были карие глаза. Еще подростком она была хорошенькой, но и теперь, в тридцать девять, выглядела очень даже неплохо.
Она перешла дорогу, держа в руке полиэтиленовый пакет, который был доверху забит одеждой Клейтона, из которой тот уже вырос. Она хотела сделать подарок одному из ребятишек своей лучшей подруги Ванессы. Клейтон, хитрюга, решил, что мамочка подарит ему на день рождения новую кепку, и милостиво разрешил отдать Даррену свою синюю «найковскую». Сандра улыбнулась, понимая, что теперь все-таки придется купить сыну новую кепку.
Даррен был на два года младше Клейтона, и Сандра его любила, хотя у нее было четверо собственных сыновей. И малышку Сьюзи. Да и остальные дети Ванессы неплохие… Особенно если сравнивать с другими подростками в округе. Разве что Клер иногда бывает слишком нахальной, вышагивает словно пава и думает, что она лучше всех. Но ничего, Керри сделает из нее человека.
А собственные дети Сандры! Разве можно не гордиться ими? Сандра обдумала эту мысль и преисполнилась гордостью. Разве ее старший, Грант, не умница? Мальчик учится в Лондоне на шеф-повара и звонит домой каждый божий день ровно в восемь. И вообще, ее мальчики никогда не слонялись по улицам допоздна, не болтались без присмотра. Не то что другие — Сандра знала их наперечет и поминала при каждом удобном случае. Если ее ребятишки опаздывали хоть на минуту, она искала их по всей округе, и помоги боже тому малышу, у которого не было должного оправдания.