Беги домой

— Смит, — закричала миссис Арчер, заставив Стиви снова съежиться, — отведи его туда! — Она указала на заднюю дверь, а затем снова повернулась к девушкам: — А вы двое — за работу! Шэрон…
— Да, миссис Арчер? — Девушка посмотрела на нее своими огромными глазами, не переставая активно двигать челюстями.
— Еще раз щелкнешь этим дерьмом у тебя во рту, я тоже щелкну — по твоей башке.
Она пошла к двери, которая вела на лестницу, и, взявшись за ручку, обернулась:
— И еще: если я хоть раз увижу на зеркалах вашу идиотскую розовую помаду, пеняйте на себя. Вышвырну вас отсюда к чертовой матери! Я не шучу. Все ясно?
Обе девушки кивнули, молча следя, пока дверь за ней не закрылась.
Оказавшись наверху, миссис Арчер заперла дверь, скинула туфли и плюхнулась в черное кожаное кресло.
На первый взгляд ее комната напоминала гостиную богатого китайского купца восемнадцатого века. Однако при ближайшем рассмотрении все оказывалось дешевой копией, кроме, разве что, большого китайского ножа с покрытой резьбой рукоятью и огромным страшным клинком. Он гордо висел на самом видном месте, над камином.
Все остальное было подделкой. Она могла позволить себе купить и подлинники, но это заставило бы окружающих задуматься, насколько она на самом деле богата. Вспомнив сумму своего банковского счета, она улыбнулась.
Там было достаточно денег, чтобы заплатить швейцарскому хирургу, который пообещал изменить ее внешность до неузнаваемости, и более чем достаточно, чтобы заменить все это барахло подлинниками. Особенно когда на рынке появится ее новый товар.
Встав, миссис Арчер подошла к столу. Она сняла ключик с цепочки, висевшей у нее на шее, и отперла ящик. Внутри лежал большой коричневый конверт. Она высыпала его содержимое на ладонь и аккуратно сдвинула ногтем красочные переводные картинки. Микки-Маус весело ухмылялся, Минни застенчиво опустила глаза, а Винни-Пух сосал лапу. Это была лишь часть любимых детьми персонажей, запечатленных на переводных татуировках, которые наклеивались на тело, посылая дозу ЛСД прямо в кровь. Картинки попадут на улицы уже завтра. Миссис Арчер решилась на это рискованное предприятие, не сказав Хозяину ни слова. Она почти облизывалась, когда представляла себе, сколько денег принесет лично ей эта партия наркотиков. А если придется бежать раньше, чем уйдет вся партия, она захватит их с собой, чтобы продать, когда закончит курс лечения и приобретет новую внешность.
На самом деле бежать надо было уже сейчас, учитывая, что обстановка накалилась. Ее инстинкты хором подсказывали ей, что мир трещит по швам и пора сваливать. Но эти картинки… нет, она не могла от этого отказаться. Она не собиралась делиться с Хозяином — в конце концов, он переложил все дела по торговле наркотиками на ее плечи, а сам только просиживал задницу в своем кабинете.
Продолжая злорадствовать, Арчер убрала татуировки обратно. Пока не стоит никому их видеть. Миссис Арчер подошла к камину и встала напротив огромного зеркала. Она вытянула руки над головой и начала вертеться из стороны в сторону, любуясь своей стройной фигурой.
— Неплохо, — сказала она своему отражению, — очень даже неплохо.
Она еще раз внимательно себя осмотрела, а затем пошла на кухню, чтобы приготовить себе чаю. Китайского, само собой разумеется. Поставив чайник, она принялась поливать цветы на подоконнике.
Внезапно она вспомнила о Керри Лэмсдон, и рука с лейкой зависла в воздухе на полпути к растению.
Что, черт возьми, такого особенного в этой девице и всей ее пронырливой семейке? Что бы это ни было, но нахальнее девицы она не встречала.
Внезапно раздался громкий стук в дверь, и миссис Арчер от неожиданности пролила воду. Вот черт, подумала она, схватив полотенце, чтобы вытереть лужу. Должно быть, это Али. Он может знать что-нибудь о девчонке.
Она открыла дверь. Да, это был Али, здоровый двухметровый детина. Его дедушка приехал из Пакистана в начале пятидесятых, и, будучи эмигрантом в третьем поколении, Али превосходно говорил по-английски. На нем был безупречный темно-серый костюм с белой рубашкой, и миссис Арчер заметила, что его страсть к галстукам с мультяшными героями не иссякла. Она ухмыльнулась про себя, когда с галстука ей подмигнул Микки-Маус.
 
— Входи, Али, — сказала она вслух.
Он сел в кресло, а она устроилась на стуле напротив него.
— Итак, по причинам, известным только ему одному, Хозяин хочет, чтобы мы следили за этой дрянной девчонкой. Ее зовут Керри Лэмсдон. Ты ведь слышал о ней, не так ли?
— У нее есть брат Робби?
— Точно.
— Я давно за ним наблюдаю. Помнишь, у Ригана магазин сгорел?
Миссис Арчер кивнула.
— Так вот, его подожгли, потому что он взял парнишку к себе на работу. Его ведь предупреждали, но он не обратил внимания. Риган всегда был занозой в заднице, считал, что ему не нужна защита… Ну, в ту ночь она бы ему очень пригодилась.
— Так потому ему ногу сломали?
Али кивнул.
— Хм… А ты не знаешь, что Хозяин имеет против этой семейки?
— Понятия не имею, — он пожал плечами, — да и не особо хочу знать. Это личные дела Хозяина, а он платит мне деньги.
Миссис Арчер поняла намек и решила отступить.
— Да, думаю, ты прав. Любопытная Варвара все-таки осталась без носа. Учитывая, что ты приглядывал за братом, тебе не составит труда откопать что-нибудь и о сестре.
Али пожал плечами:
— Она довольно аппетитная цыпочка, а еще превосходная бегунья. Пока все.
Скудная информация, предоставленная Али, только разожгла любопытство миссис Арчер. Для собственной безопасности она должна знать как можно больше об этой девчонке. Интрижки с молоденькими девушками за Хозяином как будто не водились, так что причина должна быть в другом. В этой игре знание означало безопасность.
Она решила, что сама позвонит Хозяину после ухода Али. Конечно, ей не полагалось этого делать — звонил обычно он, и то нечасто. Скорее всего, он будет взбешен, но потом еще поблагодарит ее за то, что она поставила его в известность о том, что Лэмсдоны приходили к ней и интересовались Брэдом. Таким образом, она сможет перевести огонь с себя на этого бестолкового красавчика.
  
Глава двадцатая
 
Лоррейн, переодетая проституткой, закрыла за собой дверь и робкой походкой направилась к полицейской машине без опознавательных знаков. У Люка был выходной, и за рулем сидел Картер. Он с открытым ртом наблюдал за проституткой, которая оказалась его боссом.
Ему было велено одеться попроще, и Лоррейн критическим взглядом окинула его серые брюки и плотную желтую рубашку.
— Сойдет, — пробормотала она. — Запомни, мы с тобой не вместе, ты там только для того, чтобы прикрыть меня, — добавила она, пристегивая ремень безопасности. Он кивнул. — И еще, Картер…
— Да, босс?
— Прикрой рот.
Картер вспыхнул:
— Но, босс, вы даже цвет глаз изменили.
— Веди машину, Картер.
Они ехали по шоссе А19 в сторону Болдена, а там намеревались свернуть к заведению, где проходили собачьи бега.
— Ты знаешь этот новый гей-клуб, — спросила Лоррейн, — название еще такое дурацкое, «Губы лотоса» или что-то в этом роде? Он ведь где-то здесь недалеко, да?
— Да вот, сразу за «Макдоналдсом» и кинотеатром.
— Хорошо. Остановимся минут на пять.
Через некоторое время они оказались возле большого розового здания, на стенах которого в большом количестве висели огромные алые губы. Они посидели какое-то время в машине, наблюдая, как в клуб вошли несколько двойников Элвиса Пресли.
— Должно быть, ночь Элвисов, — сказал Картер.
Взгляд, который бросила на него Лоррейн, заставил его пожалеть, что он вообще открыл рот.
— Хороший полицейский, Картер, уже давно бы заметил плакаты, на которых это написано. Хороший полицейский мог бы также прочитать об этом в местной газете.
Картеру хотелось провалиться сквозь землю. Его лицо пылало. Когда его начальница была раздражена, она могла задеть очень глубоко. А в последнее время она была просто не в себе.