Беги домой

Она шла к машине, и с каждым шагом депрессия все больше накатывалась на нее. Прошла половина недели, и у них все еще не было ни одной версии насчет девочек или хотя бы их тел. Боже мой, думала она, еще немного, и Кларк нас с дерьмом смешает.
Надеясь, что, когда она придет на работу, появятся хоть какие-нибудь новости, Лоррейн дала задний ход и присоединилась к потоку движения на дороге. Ей пришлось один раз резко свернуть в сторону, чтобы не задавить дворняжку, которая внезапно застыла на дороге, хотя Лоррейн несколько раз нажала на кнопку сигнала. Она ехала очень быстро, не сбавляя скорость даже на поворотах, и домчалась до полицейского участка в мгновение ока. Но там ее ожидал сущий ад.
— Боже! — пробормотала она, когда, проехав через ворота участка, машина тут же была окружена толпами журналистов. — Какого черта тут творится?
Сдав назад, она заехала под большую арку и повела машину к служебному входу. К ее разочарованию, бдительные журналисты были и там.
— Чертовы длинноносые ублюдки! — Зная, что спрятаться не выйдет, Лоррейн приготовилась дать отпор этим папарацци.
«Кто его знает, — думала она, когда брала кейс с заднего сиденья, — если немного повезет, они подумают, что я просто секретарша».
Но ей не повезло сегодня. Не успела она еще дойти до главного здания, как они окружили ее, словно стая оголодавших ворон.
— Детектив-инспектор Хант! — послышался один голос.
Лоррейн узнала его и поэтому повернулась. Она спокойно оглядела журналиста с ног до головы, он вернул ей такой же взгляд, и на его лице появилась явная усмешка.
Из всех репортеров во всем чертовом мире самым чертовым был он. Большинство из них просто выполняло свою работу и делало это очень хорошо. Но в бочке меда всегда бывает ложка дегтя. Этот журналюга, насколько знала Лоррейн, был из Боснии, а Люк, который ненавидел его так же сильно, как и она, часто говаривал, что, возможно, он специально развязал там войну, чтобы делать свои чертовы репортажи.
Этот самый репортер, проталкиваясь через коллег, схватил одну блондинку за руку и оттолкнул ее в сторону. Та посмотрела на него с такой же ненавистью, как и Лоррейн.
Зная, что теперь он полностью завладел вниманием Лоррейн, журналюга лживо улыбнулся и спросил:
— Правда ли, детектив-инспектор Хант, что у тела, которое нашли в Фетфилде, не было головы?
Вот дерьмо. Как он выяснил это?
— Детектив-инспектор Хант перед вами. — Ее голос был все таким же ледяным, но внутри она вся кипела.
Он положил руку ей на запястье. Лоррейн с отвращением взглянула на его руку, словно он прокаженный, потом, не моргая, пристально посмотрела в его темно-коричневые поросячьи глазки. Журналюга тут же отдернул руку и извинился. Проигнорировав его, она посмотрела на остальных репортеров, пытаясь заморозить их своим взглядом, и отчеканила:
— Без комментариев.
В ответ же последовал недовольный гул. Она поднялась по ступеням в здание, остановилась наверху, повернулась и сказала:
— Как только у нас будет более точная информация, вас проинформируют. До тех пор, пожалуйста, не пытайтесь выдумывать бог весть что.
За ее спиной открылась дверь, и она повернулась. Там стояли Люк и Картер.
Она даже не стала оглядываться, просто вошла в участок.
— Просто классно, босс, — сказал Люк, когда она прошла мимо него. Она кивнула и пошла по коридору в комнату разборов, стараясь держать как можно большую дистанцию между ними. Люк передернул плечами, закрыл дверь, а потом вместе с Картером пошел за Лоррейн.
— Так, — сказала она, когда вошла в комнату и бросила сумку на стол. — Ну и откуда у нас утекает информация?
Она обвела взглядом своих подчиненных. Их там было семеро, а с Люком, Картером и ею самой — десять. Все тут же прекратили свои занятия и подняли глаза на босса. Она очень редко разговаривала с ними в таком тоне, но, когда это происходило, все прекрасно понимали, что кто-то может очень скоро пострадать.
Сара Джейкобс, маленькая темноволосая женщина, подняла руку и сказала тоненьким голоском:
 
— Они здесь уже с семи часов утра, босс. Мне пришлось пробивать себе дорогу в здание.
Лоррейн стиснула зубы и холодно улыбнулась:
— Я не спрашивала, сколько они уже тут тусуются. Мне очень хочется знать, откуда они получают всю эту информацию? Как, например, они узнали, что у тела не было чертовой головы? Или это слишком сложный вопрос для комнаты, полной чертовых детективов?
Никто не ответил. Они смотрели в потолок, на дверь, в окно, потом друг на друга, словно пытались таким образом понять, кто проговорился.
Лоррейн вздохнула, что только усложнило ситуацию и заставило всех чувствовать себя очень неловко. Кто-то из них совершил великий грех. Может, случайно, может, предумышленно, чтобы заработать денег. Проболтались жене, мужу, другу… но раньше такого здесь не было никогда. Они очень долго были хорошей командой, и даже новые члены — Картер и Сара Джейкобс — казалось, ладили со всеми остальными. Хотя, если честно, Лоррейн считала, что Сара жеманная дурочка, и она действовала на нервы не только ей, но и всей команде. Мерзость, какую и не вообразить, — кто-то из них подставил свои грязные ладони под пригоршню монет и выболтал все. Она молила Бога, чтобы это оказалось ложью. Ну а если именно так и случилось и если ей удастся найти виновного — или виновную — он получит работу на фабрике по производству резиновых игрушек до конца своих дней.
Лоррейн еще раз посмотрела на них, давая им время обдумать то, что она недавно сказала, и то, насколько зла она была. Потом подошла к доске, громко цокая каблуками в притихшей аудитории. Там были фотографии трех пропавших девочек.
— Так. Трэвис, Мэй и Джейкобс, — она показала на двух мужчин и Сару, — будут заниматься всей той информацией, которая у нас есть по поводу пропавших голов. Я еще раз говорю всем, там должна быть какая-то ниточка, которую мы все время упускаем.
Услышав смешок, она обернулась и стала искать глазами Джеймса Динвола. В каждой группе людей всегда есть клоун, и в ее команде это был Джеймс. Она злобно посмотрела на него, потом сухо сказала:
—  Кромесамих голов.
Послышался негромкий смех, он понизил температуру в накалившейся атмосфере, и Лоррейн продолжила:
— Итак, мы, по крайней мере, знаем имя человека, чье тело нашли в Фетфилде. Пока этого недостаточно. Вы трое поедете туда, чтобы еще раз разыскать доказательства, самые мелочные улики, плевать, что это будет. Что бы с вами ни случилось, плюньте на проблемы и не приходите ко мне, пока у вас не будет более информации. Теперь остальные. — Она взяла указку, висевшую у доски, и ткнула ею в фото каждой девочки. — Я хочу, чтобы этих детей нашли. Как вы все знаете, мы уже прорабатываем теорию о том, что похититель всех троих — один и тот же человек. Хотя у меня и есть некоторые сомнения. Также я уверена, что он всего лишь шестерка, и все это похищение было очень тщательно спланировано.
Она выдержала небольшую паузу, дав им впитать то, что она только что сказала.
— Хорошо, теперь вот что я хочу еще. Все остальные выйдут на улицы Сандерленда с портретом Брэда. Разговаривайте с людьми. У всех есть свои контактеры, свяжитесь с ними. У него должна быть хотя бы пара врагов, которые выдадут его за несколько фунтов. — Она пожала плечами. — Никогда не знаешь, где повезет. Если он так швыряется деньгами, как об этом говорят, тогда большинство маклеров знает, кто ему может завидовать, и вполне вероятно, что, если им немного пригрозить, они дадут вам нужную информацию бесплатно.
После ее речи послышались недовольные возгласы, и Джеймс Динвол произнес своим замогильным голосом:
— А почему бы и нет босс, бывает, что и корова летает!
— Пускай она летает, Джеймс, но тебе бы лучше взлететь еще выше. Я хочу получить ответы на заданные вопросы, и они мне нужны вчера, поняли?
Она пристально взглянула на Сандерсона — небольшого жилистого мужчину с лисьим взглядом, который подчеркивался его бородкой и волосами песочного цвета. — Сегодня прибыли новые люди из Ньюкасла. Мне очень хотелось бы, чтобы вы с ними встретились. Вы отвечаете за этих ребят, поэтому смотрите, чтобы они не попали в какую-нибудь передрягу.