Беги домой

Даррен пожал плечами, решив не тревожить сестру своими страхами.
— Может быть. Ведь хорошо, когда она чувствует себя нормально.
Сьюзи улыбнулась:
— Да, она тогда очень смешная.
Они направились домой. Эмма вышагивала впереди, сдвинув брови, а Даррен и Сьюзи шли позади, взявшись за руки.
Керри уже закончила тренировку на выносливость и теперь просто бегала кругами, приводя дыхание в норму. Стэн Мейфилд, ее тренер, с секундомером в руке наблюдал за ней. Стэн уже десять лет занимался на хоктонском стадионе «Гарриерс», а местная военная школа позволила ему пользоваться всем необходимым. Его отличали багровый цвет лица и пивной живот, костюм, вероятно, был ему впору лет семь назад, до того, как скоропостижно скончалась его жена. С тех пор он много пил. Стэн сам мало занимался спортом, но считался первоклассным тренером.
Рядом с ним стоял высокий темноволосый мужчина в дорогом черном пальто. Белая рубашка и золотой галстук эффектно оттеняли загорелое лицо. Загорал он явно не в Англии, учитывая сырую английскую весну. Держался незнакомец уверенно, его лицо было бы красиво, если бы не высокомерная гримаса и жесткая линия рта. Пронизывающий взгляд незнакомца был прикован к Керри, пока она проходила круги.
— А она неплоха, — кивнул он в сторону бегуньи.
— Да, — с гордостью ответил Стэн. Он тренировал Керри уже три года и с самого начала понял, что в ней что-то есть, то, что делало хороших спортсменов великими. — Могу смело сказать, что она лучшая бегунья, которую я видел за всю свою жизнь.
Мужчина достал золотой портсигар и зажигалку из кармана и посмотрел на остальных тренирующихся.
— Лучше, чем любой из этих? — Он зажег сигарету и пустил струю дыма в лицо Стэну.
— Еще бы, — успел похвастаться Стэн, прежде чем зайтись кашлем. Прочистив горло, он продолжил: — Я считаю, что она лучшая в стране, и она докажет это. — Стэн не мог удержаться, чтобы не выпятить грудь. — Я тренировал ее сам, и через пару недель на дархемских отборочных соревнованиях все узнают Керри Лэмсдон.
— Похоже, вы очень гордитесь ею.
— Конечно. Керри — чудная девушка, держала бы только почаще рот закрытым, и все было бы просто замечательно. Как и большинству подростков, ей просто надо дать шанс.
— Шанс, которого у тебя никогда не было, да, Стэн?
Стен был удивлен, хотя ни для кого не было секретом, что у него была бы сказочная карьера, если бы не проблемы с амфетаминами лет шестнадцать назад. Откуда этот незнакомец… Или нет? Теперь, когда он подумал об этом, тот стал казаться ему странно знакомым.
Собеседник улыбнулся и пошел к «Роллс-Ройсу», где его ждал водитель.
— Кто это был? — спросила Керри, подошедшая сзади.
— Боже, детка! — Стэн повернулся. — Не подходи к людям так. Так можно и инфаркт получить.
— Ну, Стэн, об этом раньше позаботится твой живот… Ну, кто же он? Мне кажется, я его уже где-то видела.
— Ну, ты даешь. А ты нахальная девчонка. Не знаю, кто он, но у меня тоже странное чувство, что я встречал его раньше. Может, он агент. — Стэн пожал плечами. — Никогда точно не скажешь.
— Мечтать не вредно, — пробормотала Керри, уставясь в землю.
Стэн глубоко вздохнул.
— Детка, что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? Что ты лучшая в мире? Ты и так это знаешь. Почему же ты не можешь поверить в себя так, как я верю в тебя? Ради бога, Керри, никто еще никогда не обгонял тебя!
— Я знаю, но…
— Никаких «но», дитя. Послушай, я знаю, что у тебя не все в порядке дома, но надо верить в лучшее. Многим детям живется в сто раз хуже, чем тебе. Они были бы счастливы оказаться на твоем месте. И потом, Ванесса пытается выкарабкаться.
— Да, когда трезвая. Это бывает так редко, Стэн. — Керри посмотрела на тренера, такая юная, таким взрослым взглядом.
Стэн дружески похлопал ее по руке:
— Иди прими душ, милая, потом домой. Увидимся завтра. И помни, что у тебя есть крыша над головой и ты не голодаешь.
— Есть! — кивнула Керри. — Увидимся завтра.
Стэн смотрел, как она шла, и улыбался. Ей не одурачить его своей показной скромностью. Керри наверняка знает, что она лучшая. Просто ей хочется слышать это почаще.
 
Засунув руки в карманы, он пошел через поле к раздевалке. У Керри редкий талант, но Ванесса тоже была первоклассной спортсменкой. Он никогда не мог понять, что пошло не так: вот она восходящая звезда, прилипшая к той же комете, что и он. Весь мир знал, что его карьера закончилась из-за допингового скандала. А Ванесса просто испарилась. Она вышла замуж за большого Робби, забеременела, родила маленького Робби, отдохнула пару лет, и только было начала опять тренироваться, как вдруг большой Робби сначала получил повышение, а потом и вовсе исчез. Спустя девять месяцев родилась Керри, но Ванесса никому не говорила, что она беременна. С тех пор она не может выйти из депрессии.
Стэн шел вдоль забора, не переставая думать о незнакомце. Если он и спортивный агент, то не высшего разряда, можно ручаться. А для второразрядного слишком богато выглядит.
Стэн пытался вспомнить, где они могли встречаться. Ощущение такое, что этот тип ему явно не понравился, а общались они не дольше пяти минут.
Керри дошла до душевой и тут вспомнила, что забыла взять полотенце.
— Черт!
Она кинула шорты и футболку в сумку, надела школьную форму и пошла домой. Переходя дорогу, вновь увидела незнакомца. Он сидел в большой машине и пристально смотрел на нее, когда проезжал мимо.
«Вот урод», — подумала она и перешла на быстрый шаг.
Через двадцать минут Керри была уже дома. Она очень хотела есть и по дороге сочиняла рецепты всякой экзотичной стряпни. Но, открыв дверь, поняла, что дома было неладно.
Стол был полон вкуснятины, но никто к ней не прикасался. Банка консервированных абрикосов стояла рядом с банкой крема, тут же была стопка потрескавшихся, но чистых суповых мисок. Если в этом доме лежит нетронутая еда, значит, дело очень серьезно. Бросив сумку на пол, она быстро прошла в гостиную.
— Что с вами? — Сердце Керри билось, как после трехмильной пробежки. На нее смотрели три несчастных лица, Эмма начала плакать, а за ней Сьюзи.
— Даррен, что, черт бы побрал, случилось? — Керри никогда не видела его таким бледным.
— Наша мама, Керри. Она… она в больнице.
Керри опустилась в кресло. Больница. Одно только слово уже пугало ее. Пусть она с матерью уже давно не в ладах, но прийти домой и услышать, что мама в больнице… Керри только сейчас поняла, как сильно она хотела, чтобы с мамой все было в порядке. Долгими ночами она лежала в постели и мечтала, чтобы у нее была другая мать… Но сейчас словно огромный молоток, на котором было тысячу раз написано слово «Совесть», бил по ней. Керри посмотрела на малышню:
— Рассказывайте.
Даррен заерзал, не желая произносить ни слова, чтобы не сглазить. Потом быстро выпалил:
— Робби сказал, что-то не в порядке с ее сердцем. Он поехал в больницу с ней, потом вернулся, чтобы забрать нас из школы, и сказал, что нам надо сидеть здесь и не дергаться, пока ты не придешь. Они с Сандрой сейчас в больнице.
Керри покачала головой.
— Но она же еще молодая, при чем тут сердце? — с отчаянием сказала она, надеясь, что дело не в сердце. — Должно быть, это что-то еще. Может, Робби все неправильно понял.
Впервые за свою юную жизнь Эмма согласилась с кем-то из членов семьи и теперь яростно кивала, пока Даррен не развеял их надежды.
— Керри, ты что, забыла о выпивке? Мама пьет слишком много. Я и то понимаю, что это очень вредно.
Впервые до Керри дошло, что остальные дети страдали не меньше, чем она, видя, как мать спивается. Она обсуждала это только с Робби, забывая, что уши были у всех стен.
Чувствуя, как нарастает паника, Керри заставила себя глубоко вздохнуть, медленно выдохнуть и успокоиться.
— Что именно Робби сказал о ее сердце? С ней будет все в порядке? — с трудом выдавила она из себя.