Подари мне лошадку
После этого вечера беспокойство Мары, казалось, немного утихло. Она не слишком часто позволяла себе улыбаться, но Фалькону была дорога каждая ее улыбка. Поскольку к Сюзанне постепенно возвращались силы, они с Марой начали ездить верхом и навещать его во время работы вдали от дома.
Когда они приехали к нему в первый раз, Фалькон заметил их издали и натянул на скользкое от пота тело рубашку. Но Мара так завороженно смотрела на его бронзовую от загара спину с прилипшими к ней темными волосами, на широкие плечи и грудь, с которых ручьями стекал пот, что в следующий раз он оставил рубашку лежать в стороне, с удовольствием сознавая, что Мара им любуется.
При этом оба они не отдавали себе отчета в физическом притяжении, которое не переставало существовать между ними.
Мара более, чем когда-либо, была убеждена в необходимости вернуться в Даллас вместе с Сюзанной. Ей казалось, что безопаснее не связывать себя с Фальконом сильнее, чем они были связаны до сих пор. Чем скорее она покинет его дом, тем вернее избежит искушения вновь поддаться его обаянию. Теперь, когда в болезни Сюзанны обозначился явный перелом, необходимость продолжать лечение отпадала.
С другой стороны, Фалькона весьма обнадеживали эти поездки, хотя Мара считала себя всего лишь провожатой Сюзанны.
На этот раз Мара захватила с собой завтрак. Они отогнали скот подальше и расположились под деревьями на берегу вырытого пруда.
Фалькон знал, что ему не представится лучшей возможности обсудить вопрос, который засел у него в голове еще с того дня, когда его родители выразили желание познакомиться с Марой и Сюзанной. Женщины поели и блаженствовали в тенечке на одеяле, и тут он как бы невзначай завел разговор о пикнике, который его семья ежегодно устраивает в День труда.
- Со времен нашего детства и сейчас, когда мы уже взрослые и самостоятельные, это был прекрасный повод всей нашей семье собраться вместе. Я ни разу не пропускал его.
- А мы сможем поехать? - живо заинтересовалась Сюзанна.
Фалькон мысленно благословил дитя за ее непосредственность.
- Если тебе хочется - конечно, - сказал он Сюзанне. - Я уверен, что мои мама и папа будут счастливы с тобой познакомиться.
- Ты так думаешь? - Сюзанна широко раскрыла глаза. - Но зачем им со мной знакомиться?
- Потому что ты их первая внучка. Фалькон краем глаза следил за Марой как она отнесется к их разговору. Она молчала, закусив губу, вид у нее был задумчивый.
- Мы можем поехать, мама? - спросила Сюзанна.
- Не знаю, солнышко... - с сомнением покачала головой Мара.
- Пожалуйста! - попросил Фалькон.
- Пожалуйста! - попросила Сюзанна.
- Наверное, можно было бы поехать...
- Ура! - не дав ей договорить, закричал Фалькон.
- Ура! - эхом повторила Сюзанна, вскарабкавшись на Фалькона и радостно прыгая у него на животе.
Фалькон весело спихнул ее на одеяло между собой и Марой, повернулся на бок и прямо посмотрел Маре в глаза. В них была тревога, и Мара нерешительно заговорила:
- Ведь на самом деле я не настоящая твоя.., и Сюзанна твоим родителям не настоящая...
- Это ерунда, - улыбнулся Фалькон, почувствовав укол в сердце, - ты им понравишься. А от Сюзи они просто будут без ума.
- Правда, Фалькон? Ты так думаешь?
- Пожалуйста, Мара, ну поедем, сделай это ради меня!.. - повторил Фалькон.
- Хорошо, - согласилась она в задумчивости.
По ее лицу было видно, что ее одолевают сомнения, и Фалькон тоже ощутил неуверенность и страх. Возможно, она права.
Фалькон почувствовал, как у него засосало под ложечкой, когда автомобиль повернул в сторону "Ястребиного гнезда". Довоенной постройки дом, в котором он вырос, по-прежнему внушал ему почтение своим двухэтажным фасадом, портиками и высокими белыми колоннами. Подъезд к дому был усажен великолепными магнолиями, а вокруг дома росли сказочные, обросшие мхом дубы. В первый раз вернувшись домой после долгого отсутствия, он вдруг открыл для себя, что их дом выстроен скорее в характерном стиле Юга и совсем не похож на типичные фермерские дома Техаса.
- Как красиво! - восхищенно сказала Мара. Она перехватила взгляд Фалькона. - Я завидую тебе, что ты вырос в таком месте.
- Это просто дом. Но он хранит массу счастливых воспоминаний.
Когда их машина остановилась перед домом, навстречу им вышел древний старик с длинными седыми косами, в жилете из козьих шкур, украшенном перьями и бусами. Его бронзовая кожа была изрезана глубокими морщинами.
- Это настоящий индеец? - прошептала Сюзанна с благоговением и даже страхом.
- Это Чарли Одинокий Наездник. В его жилах действительно течет кровь команчей, но тебе нечего бояться.
Чарли Одинокий Наездник, домоправитель "Ястребиного гнезда", вырастил не одно поколение детей Уайтлоу - отца Фалькона, его тетю и дядей - после смерти фальконовского деда. При виде Сюзанны он протянул вперед руку ладонью вверх и торжественно произнес:
- Хау.
- Оставь это, Чарли, - с улыбкой обратился к нему Фалькон. - Ты их смущаешь. Это моя жена и моя дочь. - Представляя свое семейство человеку, который был ему вторым дедом, Фалькон сам преисполнился гордости.
Старик улыбнулся.
- Привет. - Он кивнул Маре и повернулся к Сюзанне, которая быстро ретировалась за спину Фалькона. - Прости, если я тебя напугал, Сюзи. Меня зовут Чарли. У меня на кухне есть кое-что для тебя. Я испек шоколадное печенье.
- Ты сам испек? - переспросила Сюзанна с недоверчивой улыбкой.
- Да, черт... - Он поймал предостерегающий взгляд Фалькона и быстро поправился:
- Вкуснейшее песочное печенье, ты такого никогда не ела. Пойдем, попробуешь!
Сюзанна вопросительно посмотрела на Фалькона, разрешит ли он ей пойти, и Фалькон сказал:
- За стряпню Чарли я ручаюсь.
- Только одну штучку, Сюзи. Ты испортишь аппетит перед ужином. - Мара проследила глазами, как Чарли повел ее дочь на кухню. - Вот уж не думала, что она пойдет куда-нибудь с незнакомым человеком.
- У Чарли не бывает незнакомых в доме. Когда она вернется, у нее будут перья на голове и боевая раскраска на щеках, вот увидишь! Ну что, войдем? продолжал Фалькон. - Вещи я заберу потом.
К немалому удивлению Мары, их никто не встретил ни в прихожей, ни в гостиной, куда привел ее Фалькон.