Барон из МЧС 4 (СИ)

Пункте на сороковом я выдохся и замолчал. Видя, что поток требований террориста Горюнова иссяк, переводчик оживился, коротко сказав:
— Зди.
— Подожду, мне не жалко. Я вообще-то очень терпеливый, если не стою в очереди в сортир.
За время получасовой паузы, взятой на совещание, несколько раз связывался с Чахом, но опять безрезультатно. Его молчание начинает напрягать. Тут либо подстава какая-то, либо что-то у него идёт не так.
  
— Синий класка делать и уши уклашать истнымому налоду незя, — вдруг снова ожил динамик, через который переводчик явно зачитывал послание. — Стальное мозно. Сто толстих самок езай к вам час.
Я прямо офонарел от такого! Почти весь мой список одобрен. Даже гарем из жирных гоблинок! Во как харкам нужны эти проклятущие яйца! Даже своих девок не пожалели отдать людям!
— Хорошо! — прокричал я в ответ. — Не хотите быть красивыми — не перекрашивайтесь в синий и уши свои не трогайте. Но самок поторопите! Целый час ждать я не могу. И учтите! Каждую буду лично проверять! Хоть одну худую увижу — взорву яйцо!
— Засем тебе самки?
— Жрать, конечно. Из жирных навар хороший.
Судя по звукам в динамике, от моих слов переводчика стошнило. Так тебе, тварь, и надо! Или думал, что только человечиной баловаться можно? Ничего! Если выберусь из этой долбанной Реальности, то обязательно подкину Старшему следователю Комову парочку задумок для идеологических диверсий. Мол, люди научились готовить гоблинов, но самые вкусные из них те, кто попробовал человеческого мяса. От людоедства, естественно, такое не отучит, но аппетит зелёным подпортит.
Больше со мной никто не общался. Видимо, большого желания нет, поэтому тупо ждём гоблинских «эскортниц». Пойти бы посмотреть, как там у наумба дела, но от дверей лучше не отходить. Харкам хватит ума, заговорив мне зубы, устроить штурм. Лучше сразу у входа ушастый спецназ встретить, чем потом играть с ними в «кошки-мышки» по всей пещере.
Да и в спину шмальнуть легко могут. У меня, конечно, есть защитный Пояс Хаоса. Только истощать его сейчас не хочется. Нам ещё с боем к дирижаблю прорываться. И уверен, что основная нагрузка в этом нелёгком деле ляжет на хрупкие плечи старшины Горюнова. Чёртов Чах! Так не вовремя выключил из операции Веру и Галину! Да и неизвестно, в каком состоянии проснутся ромалы…
— Я всё… — тут же обозначился наумб, словно услышав мои мысли о себе. — Возвращайся.
Долго упрашивать меня не пришлось: через несколько минут я снова оказался в помещении с живыми яйцами. Приятно видеть, что все наши в сознании. Обратил внимание на два яйца — в них аккуратные дыры. Помню, при вылуплении Чаха тоже были похожие. И раз все до сих пор живы, раз ни одна живая бомба не рванула, значит, перенос зародышей прошёл по плану.
— Девчонки, вы как? — сразу поинтересовался самочувствием подруг.
— Физически в норме, — ответила Ведьма. — А вот всё остальное…
— И всё остальное в норме, — перебил её Чах. — Просто злые на меня. Но я реально потом всё популярно объясню, так что ещё благодарить меня будут и до конца своей жизни бесплатно поить.
— До конца ТВОЕЙ жизни, — сквозь зубы процедила Верочка. — Очень и очень короткой жизни!
— Я ж говорю, что всё как обычно, — улыбнулся наумб, даже не попытавшись отреагировать на угрозу. — Настрой боевой, сознание не путаное, жажда крови внушает оптимизм.
— Мне пока ничего не внушает твоего оптимизма, — возразил я. — Как прорываться обратно будем? Уверен, что сейчас нас обкладывает не только охрана базы, но и дополнительные войска стягиваются.
— До дирижабля перемещу всех.
— Ты же говорил, что яйцо нельзя? Что взорваться от Пояса Хаоса может?
— Соврал, Данила, — невозмутимо пояснил Чах. — Но вот через защитный барьер базы его реально перемещать опасно, поэтому и нужно обыкновенное транспортное средство. Потом не забывай, что придётся покрыть большое расстояние до границы. Тоже переместить могу, но сил потрачу много. А они мне пригодятся для прикрытия вас от ментального взрыва. Честно говоря, в этом плане и так на большой риск иду, но других вариантов нет.
— Гнида летающая права: без бомбы не обойтись, и рисковать придётся, — кивнула Ведьма. — Сейчас бессмысленно соваться к южному флангу фронта и ждать спасательной экспедиции. По всей видимости, император нас списал со счетов. Но есть проблема с дирижаблем. Чтобы запустить его двигатели, мне понадобится минуты три-четыре. За это время и само воздушное судно, и нас превратят в решето.
— Предлагаю следующее, — после всеобщего минутного раздумья открыл рот я. — Вы перемещаетесь на дирижабль. Я же остаюсь здесь и договариваюсь с харками, чтобы дали «зелёный свет» всей группе на эвакуацию. В случае отказа обещаю взорвать яйцо.
— Они, кроме одного, все пустые, — не понял моей мысли Чах.
— Только гоблины этого не знают. Просто одно оставим у входа, развернув так, чтобы дырка в скорлупе не была видна. Думаю, что вас легко согласятся выпустить, разменяв группку людишек на редкое ментальное оружие.
— А ты? — спросила Вера. — Данила, ты готовишься пожертвовать собой ради нас? Давай искать другой вариант!
— Зачем жертвовать? — наконец-то понял мой план наумб. — Как только мы покидаем базу, я просто перетаскиваю Даньку на дирижабль. Можно, конечно, и подальше отлететь, но опять-таки, лишняя трата сил мне сейчас противопоказана.
— Принимается! — согласилась Ведьма. — Лучше, конечно, мне остаться, но Данила тоже умеет дурить головы. Да и из задниц всяких вылезает мастерски… Тут даже мне не сравниться. Тем более, если наши планы осуществятся и окажемся на своей территории, то ему император за внучку всё равно башку открутит. Так что всяк помирать бедолаге.
— Это ещё посмотрим! — с уверенной улыбкой ответил я, демонстративно приобняв Веру. — Кстати, лейтенант Якутова? Тебя на нашу свадьбу приглашать? Хватит денег на достойный подарок таким важным молодожёнам или бесплатно по телевизору посмотришь?
— Тьфу на тебя, недоумок! — смачно сплюнула она в сторону. — Чего встали, раззявы⁈ Яйцо к выходу тащим, а потом задницы на дирижабль!
— Задницы не сразу, — поправил я. — Дождёмся очередного витка переговоров. Как только запущу харков в пещеру, и они убедятся в реальной опасности взрыва яйца, только тогда перемещайтесь.
— Верно, нефиг светиться, — согласилась лейтенант. — Ну что, старшина Горюнов? Твой выход.
Ждать очередного раунда переговоров пришлось долго. Почти полтора часа мы провели в серьёзном напряжении. То ли кулинарный гарем из ста самок задержался в пути, то ли никто и не собирался его присылать, но факт остаётся фактом: даже переводчик меня игнорил, несмотря на все попытки узнать у него положение дел в реальном времени.
— Люди, — наконец-то раздался голос в динамике. — Самки доставлены.
Судя по отсутствию акцента и уверенным властным интонациям, нарисовался новый, более значимый персонаж вместо горе-переводчика. Ценят, уважают… Приятно!
— Приоткрыть двери на метр и запускать их по одной! — тут же отозвался я.
— Лучше на полтора — могут не пролезть. Вы же сами просили самых толстых.
— Хорошо. Но только самки! Если увижу кого-нибудь ещё, то взорву яйцо наумба!
— Ты знаешь о наумбах? — неприятно удивился мой собеседник.
— Не только о них. Как активировать спящих зародышей, тоже хорошо представляю.
— Я понял тебя…
Дверь отъехала в сторону, и сразу же в щель просунулась маленькая толстенькая гоблинка. Такой зелёный квадратик на ножках и с испуганными глазами. Впервые вижу самку харков. Мне раньше показывали их фото, но живьём интереснее. Даже эта толстуха вызывает чувство умиления. Удивительно, насколько страшные мужики у гоблинов и приятные на мордашку бабёнки. Только цвет кожи и большие ушки всё портят.
— Эта нравится! — ответил я переговорщику, жестом показывая самке, чтобы отошла в сторону.
После этого пропустил ещё несколько заложниц и примерно на десятой забраковал одну. Во-первых, не такая и толстая. Скорее сильно накачанная. И ещё с таким взглядом профессионального бойца, что сразу понятно: какой конторы сотрудница. Девочек с сюрпризом нам не надо. Во-вторых, мне нужно, чтобы кто-то сообщил доблестным зелёным бойцам за дверью, что я реально стою около яйца, положив на него руки. Здесь видеокамер нет.