Барон из МЧС 4 (СИ)

— Проехали, — великодушно простила его Ведьма. — Но вернёмся к дирижаблю. Берём или пусть себе летает?
— Берём, — немного подумав, согласился я. — Чах, ты как видишь нашу доставку на этот пепелац?
— Легко и непринуждённо, раз теперь Галюнчик…
— Не смей называть меня так!
— Хорошо. Раз теперь лейтенант Галюнчик в норме, то перенесу и её, и твоих ромал. На Верку вообще никаких сил не потрачу, так как она к Даньке прилипнет. Ну а он сам давно для меня не проблема. Дирижабль имеет опознавательные амулеты «свой-чужой», поэтому в защитный барьер базы войдём как нож в масло.
  
— Защитный барьер? — удивился я такому нововведению у гоблинов.
— Именно. Тут практически оружие массового поражения хранится, так что проклятые харки с защитой заморочились по полной программе. Когда начинаем?
— А план базы у тебя есть, чтобы так резво стартовать? — поинтересовалась Ведьма.
— Он мне не нужен, а вам ни к чему.
— Опять темнишь?
— И какой ответ ты хочешь услышать?
— Данила, — повернулась ко мне Якутова, прекратив бесполезные препирательства с наумбом. — Как ты с этой тварью уживаешься? Он же даже хуже, чем ты.
— Мы идеальная пара! — с улыбкой ответил я.
— Мне начинать ревновать? — косо посмотрела на меня Вера.
Пришлось тут же поправиться:
— После нашей с тобой, разумеется.
— Предатель ты, Данька! — недовольно скривился Чах. — Друга на бабу променял! Вот и пей с тобой после этого!
— Ты кого бабой назвал, поросёнок странной ориентации⁈ — моментально взвилась моя подруга.
— Господа, вы задолбали, — тихо сказал Пушкин. — Мы воевать будем или ваш семейный галдёж слушать?
— Слава богу, я не в их семейке, но полностью с тобой согласна, — кивнула Ведьма. — Оружие к бою. А ты, чахоточный, перемещай нас на этот «дерижопль».
Гондола летательного аппарата вызвала кучу матерных фраз. Слишком низкий потолок, рассчитанный на мелкорастущих гоблинов, заставил шибануться об него шлемом и низко склонить голову. Но прежде чем нехорошие, но искренние слова сорвались с моих губ, я уже уложил серпом двух зелёных, которым не повезло оказаться рядом с точкой моего переноса.
Впрочем, их сотоварищам легче от этого не стало. Наша группа действовала чётко и без жалости, в несколько секунд полностью вырезав охреневший от такого нахальства экипаж дирижабля. Даже сигнал подать не успели.
Быстро подбежав в рулевому колесу, очень напоминающему старинный штурвал парусника, Ведьма моментально взяла управление в свои руки. И стала давать распоряжения, дёргая за какие-то непонятные рычаги.
— Значит так, бойцы. Задача проста: глядим в оба и не мешаем мне вести этот грёбаный баклажан. Гоблины могут почувствовать неладное и открыть предупредительный огонь. Не отвечать! Как только оказываемся над территорией базы, я паркуюсь около причального столба.
Обычно после этого скидываются тросы, и дирижабль с их помощью опускается на землю. Уверена, что подобного комфорта нам твари не предоставят. Обязательно будут вякать в эфир и требовать ответа, с какого перепуга мы вернулись с дежурства раньше времени.
— Я немного понимаю по-гоблински, — напомнил я про своё умение.
— Даже не думай о диалоге, Данила. Всё равно внятно и без акцента не ответишь, а тревогу поднимешь раньше времени. Делаем проще: тут есть эвакуационные тросы, по ним и десантируемся.
— Делаем ещё проще, — вступил в разговор Чах. — Я вас перемещаю прямо в пещеру с кладкой.
— Всех?
— Да, Галюнчик.
— Я же сказала больше так не называть!
— Ничего не могу с собой поделать. После изменения твоего Дара у меня проснулись отцовские чувства, и хочется ласково называть доченьку, без лишнего формализма.
— Слышь, папаша недоделанный! Не доводи меня до отцеубийства!
— Грубая ты, Галя. Ладно. Сделаю вид, что у ребёнка переходный возраст и плохая компания.
— Твоя?
— Понял. Просто переходный возраст.
— Говорите по делу, — опять первым не выдержал Пушкин. — У меня ощущение, что не с профессионалами дело имею, а попал к клоунам в гримёрку.
— По делу и говорю, — быстро переключился наумб. — Доставляю вас прямо к кладке. Но вот обратно придётся с яйцом топать, так как есть опасность, что может рвануть при переносе через Пояс Хаоса.
— Это всё замечательно, но как мы попадём обратно на дирижабль? — задал резонный вопрос Морячок. — Не думаю, что по земле нам яйцо катить дадут.
— Там, на земле ещё пришвартованные обязательно должны быть. Стандартное звено зелёных воздухоплавателей состоит из четырёх машин. Два аппарата в воздухе, значит, два готовятся им на смену, прикованные к земле. Допускаю, что курьерский или командирский дирижабль ещё имеется. В случае чего, нужно постараться именно его захватить. Он меньше, но мощнее.
— Тогда, — внёс я тоже немного разнообразия в наш план, — нет смысла швартоваться у причальной мачты. Чуток взрывчатки имеем. Тупо после переноса рванём этот дирижабль. Пусть харки думают, что это не нападение, а несчастный случай. Мол, что-то случилось с летающей мандулой, поэтому она и пошла на базу вне графика. Чуток не дотянула и взорвалась.
— Отлично! Принимается! — показала большой палец вверх Ведьма. — Это даст нам дополнительное время. Да! Тогда после перемещения никакой стрельбы. Работаем исключительно холодным оружием.
— Через две минуты входим в защитный барьер, — деловым тоном, не допускающим никаких побочных разговоров, произнёс Чах. — Может быть немного плохо. Не бойтесь, временный эффект.
— Барон! — приказала такая же посерьёзневшая Якутова. — Минируй гондолу ближе к корме. Там рядом топливные баки.
— Есть, — ответил я и, согнувшись из-за чёртового низкого потолка, побежал выполнять задание.
Всё пошло по плану. Лёгкую дурноту при пересечении защитного барьера мы ощутили, но бывало и хуже. Так что слегка поморщились, этим дело и ограничилось.
— Прыжок! — предупредил наумб перед перемещением.
Я тут же активировал заряды с задержкой в десять секунд. Буквально через мгновение оказался посреди огромной пещеры, залитой ярким электрическим светом. Это реально та самая кладка наумбов. Тут даже присматриваться не надо, так как длинные ряды овальных предметов ничем иным не могут быть, как яйцами. Я одно похожее при вылуплении Чаха видел.
Но сейчас не до экскурсий. Включив ускорение, пронёсся по залу, орудуя серпом направо и налево. Зелёных гадов здесь хватает. Правда, почти все они либо в рабочих комбинезонах, либо в балахонах местных учёных. Охраны с винтовками тоже прилично, но мне сейчас, в принципе, по фиг, кто передо мной. Нам необходимо быстро и полностью зачистить объект, пока какой-нибудь тварёнок не поднял тревогу. Судя по тому, что пока ни одного выстрела не прозвучало, наша группа справляется.
Отдалённый взрыв дирижабля был слышен даже здесь. Отлично! Сейчас нам на руку любая суета на поверхности. Даже если какой-нибудь расторопный охранник и шмальнёт, то наверху никто не обратит внимания.
Размышляя над этим, ворвался в комнату, явно отведённую дежуркой охране. Пятеро гоблинов, беспечно поставив свои винтовочки у стен, играют в какую-то настольную игру. Правил её не знаю, но нет сомнения, что выиграл я. Ни один из охранников даже дёрнуться не успел в мою сторону, так как напитанный силой по максимуму серп удлинился, и хватило одного удара, чтобы располовинить игроков.
Выскочив из комнаты, осмотрелся и связался с нашими по гарнитуре.
— Барон на связи. Как обстановка? У меня чисто.
— Табор. У нас чисто, — порадовал Морячок.
— Ведьма и Вера. Чище не бывает, — закончила перекличку лейтенант и добавила: — Куда теперь? Где это чёртово яйцо.
Ответа я не знал, но он нам и не пригодился. Чах всё сделал сам, переместив ещё в одно помещение. Здесь всё залито кровью, словно на скотобойне. Около дюжины харков растерзаны просто в клочья. Думаю, правильно сложить их туши не сможет ни один патологоанатом.