Барон из МЧС 4 (СИ)

Удивительно… Совсем недавно я даже со слабой тварью бой считал чуть ли не подвигом, а теперь явно матёрого гада завалил, не запыхавшись. В такие моменты отчётливо ощущаю, насколько возрос мой уровень не только как бойца, но и как одарённого.
— Чего дальше? — спросила Ведьма, заботливо вытирая меч о штанину трупа.
— Как всегда в любой приличной семье, — улыбнулся я. — Мародёрка. Мы же за этим сюда и пришли?
  
— Фу, — скривилась Вера. — Поганое слово. Я бы назвала это так: вынужденная экспроприация у криминального элемента незаконных доходов в пользу… Естественно, нашу.
— Пока ты всё это выговоришь, то мы уже помародёрствовать успеем, и ничего тебе не достанется, — произнесла Ведьма шутливо-менторским тоном, подняв указательный палец вверх. — Не хочешь шмонать — не надо, а другим не мешай.
— Я и не отказываюсь. Просто приятно осознавать себя высокоморальной личностью хотя бы на словах.
— Учту твои принципы, когда наедине останемся. Мораль и только мораль тебе обеспечена! — поддержал я игру Якутовой.
— Сдурел⁈ Ну, ты сам напросился! Чур, золотые коронки с зубов не снимать! Они мои! Недырявые носки тоже!
Рассмеявшись, мы принялись пополнять казну нашей подпольной организации.
  
Глава 8
 
Результатами осмотра криминального штаба мы остались довольны. Около пятнадцати тысяч наличкой, а также несколько явно левых телефонов в нашей ситуации абсолютно лишними не будут. Ещё и короткоствольным оружием обзавелись, а то прятать автоматы, отнятые у спецназовцев — ещё та морока.
Больше всего повезло Ведьме: ей перепал боевой серп кроу. Но вначале она отказывалась от него, мотивируя это тем, что больше привычна к мечу, которых на выбор теперь аж три штуки. История с Веркой, когда втюхивал ей серп, повторяется.
— Галя, — сразу же обозначил я главный аргумент. — А как ты меч прятать будешь? Он же из-под твоей мини-юбочки будет свисать конским возбуждённым членом. А освоить серп на самом деле особого ума не надо. Это оружие само тебя сможет многому научить в кратчайшие сроки. К тому же ты ведь спасатель, умеющая даже спичкой убить!
— Ладно,- нехотя согласилась она.- Халявное оружие никогда лишним не будет.
Ну а дальше мы затащили все трупы в бункер, который намертво заблокировали, сломав замок закрытой двери. На парковке прихватили оба джипа, любезно доставивших нас сюда, и поехали в сторону окраины. Уже там, не выходя из машины, лейтенант позвонила с трофейного телефона майору Жуковскому.
— Модест… — только и успела проговорить она.
— Отключился? — сразу всё понял я.
— Да, — кивнула Галина. — Я была о нём лучшего мнения. Уверена, что Модест узнал мой голос. Тонка кишка у армейских по сравнению со спасателями. Вот Антоха Станов так бы не поступил. Чёрт башку под пресс положит, а своих не предаст. Нужно избавляться от телефона. Ещё застучит нас, падла Жуковский, и могут…
Неожиданный звонок аппарата в её руке отвлёк от продолжения диалога.
— Ну? — взяв секундную паузу, ответила Ведьма нейтральной фразой.
После ответа невидимого собеседника её лицо внезапно прояснилось. Непонятно, что происходит, но явно ничего плохого.
— Чмоки, дорогой! — закончила Галина разговор.
— Нашла клиента «ночная бабочка»? — тут же поинтересовался я.
— Он сам нашёлся. Причём уже давно. Пора воссоединиться с твоим табором, Данила. Не хочу по десять раз одно и то же пересказывать.
— Галя… Честно говоря, не очень хочется, чтобы парни знали много. Я им доверяю, но по всем своим показателям ромалы — слабое звено. Их поймать и расколоть легче, чем нашу троицу.
— Я тоже так думаю, — кивнула Вера.
— Принимается. Модест это звонил. Он как только мой голос в своей трубке услышал, так сразу вырубился: прослушки опасается. Телефончик, вроде нашего, у майора тоже припрятан, поэтому он с него на связь и вышел. Короче, почти все войсковые части сидят на казарменном положении без права покидать территории баз, даже для похода в магазин.
Жуковский сказал, что если я не одна, то стоит передать информацию для знакомого картёжника. Для тебя, Горюнов, получается. Есть такой сайт барахольщиков, где покупают и продают ненужные вещи. Называется «Экономный человек». Нужно выйти на него и найти объявление двухнедельной давности о продаже зелёного дивана без одной ножки. Позвонить по указанному телефону и попросить продать не весь диван, а оставшиеся у него ножки. Ну, а дальше всё пойдёт по накатанной.
— Чую, без Старшего следователя Комова здесь не обошлось, — сразу же выдвинул версию я. — Ищем этот долбанный диван.
Увидев необходимое объявление, я тут же позвонил. Ответила какая-то старушка, которая, услышав о ножках, сразу же заявила, что решить подобное не может, а передаст трубку хозяину вещи.
— Да? — раздался такой знакомый голос Ильи Сергеевича.
— Здравствуйте, я по объявлению. Но нам весь диван не нужен. Видите ли, мы молодожёны. Только что вернулись из свадебного путешествия, в которое ещё и сестру жены брали. Поэтому, сами понимаете, денег у нас нет. А вот диван подобный имеем.
— Все трое вернулись? — моментально расшифровал мой рассказ Комов.
— Все.
— Где сейчас?
— В Орле.
— Записывай адрес. Езжай один. Пароль: извинишься три раза в одном предложении. От телефона избавься немедленно. Сюда больше не звонить.
Такие шпионские игры неспроста. Поэтому я не стал выёживаться, а исполнил всё в точности, как и приказал следак. По нужному адресу мне открыла дверь какая-то алкоголичка.
— Чё надо, парень? — неприветливо спросила она.
— Извините, бога ради, но в столь неурочный час вынужден к вам обратиться, простите, с нелепой просьбой о посещении, ещё раз извините, туалета. Очень припёрло, но как культурный человек я…
— В подворотне поссышь! — на весь подъезд гневно проорала баба, незаметно протягивая мне телефон. — Ишь, культурных развелось! Житья приличному человеку от них нет! Трезвонят и трезвонят! Всё! Вали отсюда!
Неловко оправдываясь, я ретировался на улицу и действительно облюбовал для «мокрого дела» один из тёмных углов. Из образа нужно не выходить до последнего, на случай слежки. Минут через десять ожил телефон.
— Значит так, Данила, — сказал Комов. — По этой связи можем говорить спокойно. Как понимаю, Вера цела?
— Да.
— Это главное. В ситуации разобрались?
— На уровне газет и слухов.
— Пока достаточно. Что думаешь делать дальше?
— Пробираться в столицу и разоблачать оборотня. Ну, а дальше по обстоятельствам. Если дедушка нашей внучки погиб…
— Нет. Он жив. И я даже примерно знаю, где его держат. Так что в столицу тебе не надо, а вот своих родственников навестить стоит.
— Дедушка в Тюмени⁈ — искренне удивился я.
— Скорее всего. Завтра с утра находишь ремонтную компьютерную конторку «Мощный мастер»…
— Один?
— Нет, с подругами идёшь. Просто показываете пустые запястья, и вам предоставят новые браслеты.
— Проблема есть, — дал новые вводные я. — Со мной ещё пятеро наших.
— Чёрт… — выругался следователь. — Значит, завтра получаете браслеты вы, а послезавтра все остальные из вашей команды. Как понимаю, это твой табор?
— Они.
— Тогда проблем с подгоном под новые личности не намечается. Как только все легализуетесь, то летите в Тюмень. Пока же сидите тихо, не высовывайтесь. Деньги есть?
— Заработали тут прилично. Накрыли одну банду, девками промышлявшую.
— Плохо. Могут по ней вычислить. Ладно. По своим каналам придумаю что-нибудь. Отбой. Не прощаюсь.
Комов нас не подвёл, и буквально через два дня мы снова стали полноценными гражданами Российской Империи. Правда, под чужими личинами. Но это такая мелочь, на которую никто внимания не обратил. А вот с самолётом до Тюмени нам не повезло. Именно в тот день, когда мы собирались отбыть туда, временно прекратились все гражданские полёты по стране.
Очень хреновый знак. Видимо, у Временного Комитета что-то с оборотнем Николаем не клеится. Как бы реально гражданская война не началась. А уж если она полыхнёт, то за пять минут такой пожар не потушишь. Недолго думая, связался с Комовым для того, чтобы получить новые вводные.